Джейсона устраивала работа с Закари. Не смотря на заслуги перед Гильдией, Шандар давал себе отчет, что в обычной жизни он довольно бесполезен. Примерно на уровне собаки-компаньона. Вроде, взгляд умный, понимающий, какие-то простые вещи может делать самостоятельно, даже команды выполняет. А какашки после выгула все равно кому-то другому убирать приходится.
(c) Джейсон Шандар

Девчонки, чего, когда подрастают, за сахаром охотятся? Поэтому им на свидании конфеты дарят? И шоколадки? Чтобы тебя не слопали?
(c) Почуй-Ветер

Люди невероятны сами по себе, а вместе они собирались в единое целое, способное справиться почти с любой бедой..
(c) Эмиль

— Вот знавал я одну сестру милосердия , Авдотья звали, девчонка смазливая была, лет восемнадцать только только исполнилось, младше всего нашего брата почти, но ты только проверни чего, приобними или ещё чего, так она тебе потом так уколет, что хоть на стенку лезь, а присесть, неа , и стой весь день.
(c) Алексей Вольский

— Лист капудыни? — усмехнувшись и пожав плечами, тихо проговорил Вейкко. — Лично я считаю, что раз уж этот листик не способен привести к сокровищам или юной заколдованной принцессе, то это скорее лист бесперспективной капудыни. Лист беспердыни, черт возьми.
(c) Вейкко

Она никогда не делилась своим прошлым, мужчина даже за эти полгода вряд ли смог узнать хоть что-то стоящее, помимо возможности ящерицы находить неприятности на свою аппетитную задницу.
(c) Рене

— Вот знавал я одну сестру милосердия , Авдотья звали, девчонка смазливая была, лет восемнадцать только только исполнилось, младше всего нашего брата почти, но ты только проверни чего, приобними или ещё чего, так она тебе потом так уколет, что хоть на стенку лезь, а присесть, неа , и стой весь день.
(c) Алексей Вольский

— Зануда? Гм.. Да, говорили и не раз. Мои соратники считают, что одной из моих магических способностей, является атака монотонными витиеватыми речами, пока противник не сходит с ума. Ахахахахахаха… — На сей раз, Эссен раскатисто хохочет, хлопая себя по колену ладонью.
(c) Герман Эссен

В вечернее время в Сказке всегда начинает твориться всякое необъяснимое и жуткое непотребство. То за поворотом тебя тварь какая-то поджидает, то в тенях деревьев оживает что-то странное и не очень материальное, то ещё какая странность произойдёт..
(c) Дарий

Решив, что «убийца» не достоин жизни, люди также постепенно начинали обращаться с ним хуже, чем с диким зверем. Насилие порождало ещё большее насилие, вот только преступникам очень часто отказывали даже в базовых нуждах, что уж говорить о компетентной медицинской помощи. Виктор давно решил для себя, что невзирая на их проступки, не спрашивая и не судя, он будет им её оказывать. Потому что несмотря ни на что, они всё ещё оставались разумными существами.
(c) Виктор

Она никогда не делилась своим прошлым, мужчина даже за эти полгода вряд ли смог узнать хоть что-то стоящее, помимо возможности ящерицы находить неприятности на свою аппетитную задницу.
(c) Рене

Нет, они любили лезть в жопу мира. Иначе зачем вообще жить? Вообще от мира со временем достаточно легко устать, особенно если не соваться в его жопы. Но было бы неплохо из этой жопы выбираться с деньгами, да еще и с хорошими деньгами, чтобы там например меч новый можно купить.
(c) Керах

Ему замечательно спалось в канаве, учитывая, что в тот момент он был куда ближе к свинье, нежели единорогу, а то, что храп кому-то мешал — дык зря что ли изобретали такую замечательную вещь как беруши? И вообще это был не храп, а звуки прекрасной живой природы. Скотина он, в конце концов, иль где?
(c) Молот

Ротт не был бы самим собой, если бы так просто и безэмоционально забывал о долге и деле, которое умел и мог делать. А лучше всего ему удавалось то, что многие под прикрытием милосердия и некоего высшего блага не воспринимают всерьез: калечить, рубить, сражаться, умерщвлять и иным способом губительно воздействовать на внешний мир.
(c) К. Д. Ротт

Звали этого маститого мясного голема Дарий и, если Ротту не изменяла память, массивный и практически неподъемный меч за спиной у этого человеческого выброса применялся тем весьма часто. А это значило, что пользоваться он им, как минимум, умеет. И, конечно же, Бешеному Псу хотелось проверить сей тезис на собственной шкуре, а заодно и испытать бывшего сопартийца по гильдии на предмет личностного роста, и степени прогресса боевых навыков.
(c) К. Д. Ротт

Конечно многие посчитают странным то, что двадцатилетняя девушка приглашает детей в гости. Что такого интересного можно было найти в общении с детьми? Но Агнес — это несколько иной случай.
(c) Агнес

Вместо вытекающей крови — клубничное варенье. А вместо меня — каскадер, который сейчас встанет, отряхнется и пойдет дальше по своим делам.
(c) Джун Нин

Есть в этом что-то странное, полагаться на чужое зрение. Хотя оно как бы уже твоё собственное, но все равно это иная перспектива, ведь твои глаза всегда закрыты. Все сложно. Зато никогда не заблудишься. Ведь если смотришь на мир с высоты птичьего полета, всегда знаешь, куда приведет тот или иной поворот.
(c) Стрикс

путеводитель сюжет нужные гостевая правила о мире роли магия расы FAQ
❖ Гильдия Стражей ожидает беспорядки на фоне приближающегося Дня Зверя.
❖ Где-то в холмах неподалёку от Валдена, по слухам, поднялся из земли древний трон. Говорят, тот, кто просидит на нём всю ночь, утром встанет либо мудрецом, либо сумасшедшим.
❖ В поселении объявился отец Забин, весьма странный тип, который коллекционирует святые символы любых форм, размеров и конфессий. Всем известно — он каждый год начинает поклоняться новому богу. Одни говорят, что он шарлатан, другие же — что он может даровать благословение от любого известного бога. (подробнее...)
Октябрь года Лютых Лун
❖ Свет и жара от двух солнц негативно влияет на все окружение; невыносимая жара, гибель урожаев на фермах. Кое-где в Валдене начали плавиться дома..
❖ 29 сентября года Лютых Лун в парковом районе практически полностью уничтожено четыре дома, девять задеты взрывами и пожарами. Погибло семнадцать человек и фэйри, пострадало около тридцати, в том числе многие ранены не последствиями взрывов и пожаров, на их телах обнаружены колотые раны в жизненно важные органы.
❖ В ходе Совета Гильдий решили временно отказаться от войны с Ягой: в такую жару просто невозможно двигаться и что-то делать.

Dark Tale

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dark Tale » Незавершённые эпизоды » [31.05 РК] Цепная зверушка


[31.05 РК] Цепная зверушка

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

ЦЕПНАЯ ЗВЕРУШКА

Тридцать первое мая Русалкиной Колыбельной

Где-то в заброшенной тюрьме, около горы Хап

Калеб и Гаморра

http://sh.uploads.ru/t/aMQ79.jpg

ПРЕДИСЛОВИЕ

Жил однажды на свете Дьявол.

Свобода Воли: Нет.

Отредактировано Гаморра (2019-07-26 06:25:07)

+1

2

-Хорошая псина, послушная. Скажи, песик, ты же рад видеть хозяина?
-Пшел в задницу, извращен-нец, - Калеб в очередной раз дернулся в сторону сектанта, и снова у него ничего не вышло.
-Ну-ну, разве так можно с хозяином, - невысокий лысый мужчина в маске в виде совы, неспешно перебирал инструменты пыток на небольшом подносе, - что ты предпочитаешь, ведь у тебя за это время наверняка появился свой фаворит? Скальпель, молоток или клещи? Чего молчишь песик? – возможно, что мучитель улыбнулся, однако, из-за маски этого не было видно, чтобы понять наверняка, - надо же, молчишь, но… Учащенное тяжелое дыхание, бегающие туда-сюда глазки, дрожь пальцев, о, да ты боишься меня! – потом, несколько секунд подумав, добавил, - нет, не меня, скорее моего арсенала игрушек, - рука в грязных нестиранных перчатках погладила холодный металл скальпеля, - ну что ж, раз ты в предвкушении, то я, как истинный джентльмен, не буду заставлять тебя ждать!
Вдруг, сзади «мистера Совы» послышалось нерешительное покашливание. Палач обернулся и с нечеловеческой ловкостью играя излюбленным кривым ножом между пальцами, некоторое время молча смотрел в темноту дверного проема. Наконец, он чертовски неестественно повернул голову вправо, так что у обычного человека наверное, если бы он был способен такое выкинуть, сломалась бы шея и негромко, но не скрывая какой-то торжественности момента проговорил:
-Входи, Игорь. Я как раз думал начинать сегодняшние процедуры. И я надеюсь, ты на этот раз хорошо вымыл ручки?
-Угу, - громогласно заявило нечто и бодрым шагом потопало к связанному Калебу, наклоняясь над ним, показывая абсолютно горбатую спину, без намека на прямоту, два глаза разной величины и разного цвета да еще вдобавок ко всему немилостиво пуская вонючие слюни на пленника. Пожалуй, этому уроду маска и не требовалась…
-Ну что, тогда приступим? – хриплым от возбуждения голосом просипел «мистер Сова» и протянул Игорю молоток.
-Угу, - на этот раз тихонько и почему-то будто девчачьим голоском заявил громила – горбун и ударил молотком. И снова. И опять… Пустынные коридоры каземата заполнили страшные крики полукровки и истеричный, захлебывающейся хохот лысого в маске. Игорь лишь натужно сопел, старательно работая инструментами и не скрывая появившегося возбуждения в грязных штанах, которое уже заметно выпирало сквозь ветхую ткань…
-Мы сделаем из тебя послушную псинку, - голос «мистера Совы» утонул в новом вопле Калеба…

***
Одиночество. Я один. Сам. Нет никого. Где они все? Ушли. Бросили. «Псина больше не интересна». «Песик больше не кричит». «Игорь принеси-ка факел». Сссука. Отпустите. Отпустите! Не отпустят. Здесь больше никого нет. Но… кто тогда меня развяжет? Папочка, почему ты не пришёл?  Ты ведь мог. Ты сильный. Почему не спас? Почему… Плевать. Я звал. И оставался один. Пустота внутри и кровь снаружи. Разве кровь не должна быть тоже внутри?
Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Зачем? Боль. Боль. Боль. Боль. Боль. Помогите. Боль. Боль. Боль. Помогите пожалуйста!!! Боль. Боль. Болит. Нет, правда больно. Ты не веришь? Боль. Боль. Боль. Забываюсь. Вспомнить прошлое все тяжелее. Боль. Боль. Убейте. Боль. Не надо. Хочу жить. Хотя. Боль. И… Боль.
Нет, я еще жив. Хочу увидеть свет. Хочу почувствовать прикасания девушки.  Любой. Хочу помнить лицо матери. Имя отца, чтобы ненавидеть. Хочу стать сильнее. Хочу защищать. Хочу убивать. Убивать? Хочу… Я хочу слишком многого, чтобы вот так сдохнуть. Хочу есть. Нет, пить. Настолько сильно, что во рту будто насыпали колючего песка, а глаза просто пекут. Но… они ушли недавно. Еще могут быть рядом… Боюсь? Нет. Я сказал нет! Просто хочу, чтобы все это закончилось… Дайте мне маяк. Я буду идти на свет. Даже в цепях…

***
Бормотание Калеба, эхом распространяющееся по затянутым паутиной и обжитыми пауками всех размеров и мастей коридорам, камерам и других затхлым комнатушкам, резко прекратилось. Настолько внезапно, что ему самому показалось, будто он оглох от давящей из всех сторон тишины, но потом, один звук все же прорезался сквозь пелену вездесущей немоты. Звук легких шагов, никак не похожих на шаги мучителей…
-Кто здесь?

Отредактировано Калеб Штайн (2019-07-25 17:06:15)

+2

3

   Чёрт его знает, сколько времени вообще эта пещера была заперта. Может быть — день, может — два. Гаморра пришла сюда за чем-то, что могло остаться после сектантов. Может даже, она бы хотела стать их жертвой? Группу накрыли стражи где-то с неделю назад, пообещав, что выкорчевали абсолютно всех. Однако, никто не говорил, что из пещеры были вытянуты все абсолютно вещи. Кто знает, может змея найдёт там что-то.
   С момента, как она сбежала, в её карманах не было ни гроша, питалась она тем, что удавалось поймать: будь то зверь или птица — змее было не так важно. Возвращаться в цивилизацию совершенно не хотелось. Только быть совершенно одной. Одной и только одной. Из вещей — лишь походная сумка да одежда, наскоро украденная где-то в деревне, что недалеко под Валденом. Не было ведь времени на то, чтобы подготовиться хоть немного и, хоть мысли уже постепенно начинали приходить в себя, душа до сих пор рваной раной саднила, высказывая о своей жизни подобным способом. Конечно, Гаморра могла бы выйти и другое место для своего нахождения, однако… ну, убьют её, и что дальше? Разве заполнит это её пустоту? Не важно.
   Голос раздался довольно громко, казалось, картаво, судорожно и иссохши. Тот, кто пытался издать звуки явно не пил несколько дней, громко и судорожно дышал. Подсвечивая себе путь фанариком, что удобно висел прямо на хвосте, над головой чешуйчатой, та сделала несколько громких шажков на звук. Не хотелось бы, чтобы в темноте её приняли за не пойми кого. Правда только в том, что она обнаружила там, Гаморра не узнала ни одного из сектантов, коих видела пару раз, ошивающихся недалеко от горы. Она видела измученного мужчину, может старика. Морщинки и окровавленное лицо не давали ей разобрать, кого именно она там нашла.
   — Так-так. Посмотри на меня. Ты здесь? Сейчас. Сейчас-сейчас, — хвост удобно ставит фонарик прямо на стол, чуть поодаль от фигуры в цепях, освобождает хвост и осторожно сдвигает им же нависшие отросшие пряди чёрных как тьма волос, пытаясь вглядеться в затравленные глаза того, кого же она нашла. Он так судорожно двигался, так дёргался, что времени на мысли совершенно не оставалось. В мгновение девичий хвостик оказался между лиц, она вальяжно затрещала его кончиком, осторожно, так, чтобы мужчина точно услышал звук, предназначенный ему. Едва ли она сейчас сможет помочь человеку, до коли тот будет шевелиться или, что ещё хуже, испугается, нападёт на хвостатую. Осталось надеяться, что отросток справится со своей задачей да наведёт дурман на разум пленника.
   Пока можно осмотреть то, что вокруг. Это была камера пыток? Несомненно. Инструменты, кровь, находящаяся на полу, да и в принципе наличие узника посреди непонятного круга, вырезанного в камне под его коленями уже говорила о многом. Интересно, что бы это значило..?
   Петли на руках не выглядели крепкими. Возможно даже, что они просто растрепались, однако кожа под ними давно слезла: где-то была сукровица, где-то кровь, где-то даже начинал появляться гной. Потом она, безусловно, обработает раны найдёныша, а пока — просто тянется руками к цепям, выуживая из своих петель металлические ржавые гвозди, надёжно скрепляющие каждое из обшарпанных колец.

+1

4

- Кто здесь?
***
А может, они? Вернулись? Хотят снова сделать больно? Или убьют, подчищая следы? Суки. Суки. Суки. Сс… Нет, это не могут быть мучители. Пытали всегда только урод в маске совы и выродок Игорь. Остальные не притрагивались, боялись, не причиняли боль. Лишь молились, тихо шепча во тьме. Чёрт. Чьи же тогда это шаги? Стражи? Еще кто-то? Кто вообще полезет сюда имея хоть каплю рассудка? Безумец? Кто, я? Нет, не я. Тот, что пришел. Легкий. Ребенок? Подросток? Девушка? Люблю девушек. Они теплые. Люблю спать на коленках. Люблю…
Нет, чушь. Не может быть. Не девушка. Кто-то новый. Будет резать? Колоть? Бить? Вырывать? Снова? Нет. Нет. Нет. Нет. Нет. Не хочу опять. Пожалуйста. Лучше пусть убьют. Да, хочу смерти… Нет, не хочу. Не хочу. Не хо…
Пахнет приятно. Знакомый запах. Что это? Все-таки девушка? Вы серьезно? Не боится?
Чокнутая.
***
Когда девушка вошла в комнату, Калеб уже начинал тихо истерично смеяться. Смеяться, несмотря на слезы, бегущие по грязному и покрытому запекшейся кровью лицу. Неизвестно почему, но полукровка почему-то знал, что она не причинит ему боль. Однако… Он вытерпел слишком многое и не сумев до конца поверить в собственное спасение, его сознание начало еще глубже погружаться в безумие. Это можно было сравнить с человеком, который страдал от голода, превратившись в ходячий скелет, а потом, наконец, получив заветный хлеб, начал бездумно пожирать его, травмируя собственные органы и лишь ближе приближая самого себя к смерти. Или с наркоманом, который после страшной ломки добрался до дозы волшебного порошка, дарующего наслаждение и втягивающего своими трепещущими, желающими попасть в мир грез ноздрями, слишком много. Штайн поступил также. Радость и счастье слишком заполонили его разум, так что здравомыслие, и так балансирующее на грани, пошло огромными трещинами.
Сознание Калеба, как маленький ребенок в кромешной темноте, затрепетало, дрожа, выискивая возможные пути спасения от поглощающего безумия. Однако, оно, не желая выпускать жертву из собственных объятий, мягко, будто лаская и в то же время крепко, цепко, жадно схватило разум парня десятками вертких щупалец, утаскивая его прямиком в глубины сумасшествия.
Калеб начал дергаться, пытаясь вырваться из склизких лап безумия, постоянно бормоча что-то себе под нос. Пальцы рук судорожно сжимались и разжимались, зрачки бегали туда-сюда. Казалось, что теперь Штайн навеки останется безмозглым овощем… Утаскиваемый в небытие, он в последний раз протянул руку к своему телу, пытаясь вновь обрести рассудок, освободится, вырваться…
- Прошу. Кто-нибудь. Дайте мне свет. Дайте мне маяк. Пожалуйста.
Звук. Будто трещотка. Странный и приятный одновременно. Он притягивал. Обнимал и обволакивал все тело. И сопровождался светом. Ярким, как в самый солнечный день. Горячим, будто в разгар жаркого лета.
Калеб вдруг понял. Все, что нужно, просто еще раз попытаться. Несмотря на все те неудачные попытки. Проявить рвение. Показать, что еще не потерян… Вернуть себя.
И он протянул руку на встречу свету. И свет поглотил его.
Нет, конечно же, Штайн больше не будет прежним после всего увиденного и пережитого. Но пока он видел свой свет, мог мыслить как когда-то. Чисто и без назойливых голосов. Без вездесущего шума. Без… Всего.
Впервые за долгое время, Калеб поднял голову и его взгляд был осмысленным. Слезы, которые так и не перестали течь, застилали глаза так, что он даже не мог нормально увидеть свою спасительницу. Но ему это и не нужно было. Ведь Зверь уже был счастлив. Когда цепи, столько долгих дней и недель, сдерживающие его, наконец-то с страшным грохотом упали на пол, он попытался сделать неверный шаг навстречу девушке, но резкая боль, отозвавшаяся в ноге, заставила упасть Пса на колено. Но нет, больше его это не остановит. Не сдержит. И вообще, разве это боль?
Зверь дернулся вперед, чувствуя как сила анахорета снова течет в его жилах, отдавая во все тело ноющей волной, которая захлестывала Калеба, поднимая его вверх.
«Тело Зверя»
Молниеносный рывок, толкающий измученною плоть мужчины прямиком к девушке, менее чем за секунду. Ее лицо, наконец увиденное, прекрасное лицо живого создания, казалось ему милее всех красавиц, виденных и любимых ранее. Так близко…
Слишком рано, придурок. Зачем использовал силу…?
Ноги в который раз подогнулись, а тело практически обмякло и понеслось навстречу земле. Однако, слава богам, Зверь успел ухватится за спасительницу и уже после этого, грохнулся на колени, получая новые раны поверх старых, одновременно с этим обнимая девушку. Сухие губы, несколько с трудом выговорили:
- Спасибо.

0

5

   Чёрт. Заклинание не сработало. Пленник всё ещё дёргался в своих петлях, будто в плену собственных кошмаров. Он плакал, всхлипывал. И плевать, что мужчина. Мужчины тоже плачут. Тем более от такого, божечки! Ладони бережно обнимают щёки найдёныша, гладят их, пытаясь стереть жидкость, пока ставший бесполезным хвост продолжает медленно выуживать каждый гвоздь в уже давно поржавевших кандалах.
   — Тише-тише-тише, сейчас, — вторит девушка каждому слову, повторяет, будто бы хоть голосом пытаясь успокоить мученика, и осторожно сдвигает грязные, слипшиеся пряди от крови и кожного жира с лица того, кто сидел напротив. В таком ужасном состоянии она не видела ни кого. За что же его так, а? Она сдувает с лица упавшую на него же прядь волос, вытирает пот, проступивший со лба — сильно волновалась, боялась, что ненароком сделает только хуже, повредит каким-то из своих действий того, кого, в общем-то, пришла спасать. Чего только стоил момент, когда брюнет, потянувшись к ней рукой, потрогал её за щеку. «Наваждение?» — не важно, нужно действовать далее. Трещит ткань, и девичья сорочка лишается части своего подола, частично оголяя чешуйчатое тело. Она пытается сделать хоть что-то, пусть и экстренно: прижимает ткань, уже через мгновение насквозь вымазавшуюся в кровь, до тела мужчины, осторожно, даже как-то бережно закрывает его раны.
   Он выжил раньше — и сейчас тоже. Справится ведь?
   Гаморра мотает головой; где-то в сумке была лаванда. Нужно как можно скорее положить мужчину на пол, и растереть масло, дать ему какое-то лекарство. Нужно посмотреть, что же там у неё было.
   Жаль только, что желаемому свершиться на дал всё тот же «зверёк», сидевший на цепи, подобно ободранной уличной собаке. Приютили которую, дали хлеб да место, где она может пережить, переждать зиму. И точно-точно должна быть благодарна, даже, если хозяева бьют, даже, если убивают. Её сильно толкают назад, наваливаются сверху. Толкают, блять, а потом падают. Да ещё и змейку уволакивают за собой. Безусловно, он был ей сейчас рад, но зачем вот так сразу? Это пугало, действительно пугало, и Гаморра даже бы попыталась дёрнуться назад, но кто же её отпустит? Она клялась, клялась и заговаривала сама себя: ещё чуть-чуть, и она его толкнёт, не даст ему подобраться к себе, ну не даст ведь, ни за что. Но разрешила. Крепкие ладони сильно, даже как-то грубо обнимают её тело. Может мужчине и казалось это лаской, но было пыткой для хрупкой чешуйчатой, что сейчас даже не могла как-то противиться своим хвостом на его действия. Ей оставалось только нервно им елозить по полу.
   А затем приобнять, не зная, что вообще она может сделать кроме этого.

0

6

Он прямо таки почувствовал ее страх. Ее дрожание. Ее запах…
Нет, нет, нет, не этого он хотел, не напугать, не сделать больно, не… Просто поблагодарить. Слишком сильно, слишком внезапно. Придурок. Нельзя. Отпусти. Убери руки…
Штайн отшатнулся от девушки, снова чуть не упал, потом уже сам плюхнулся на задницу, немного на расстоянии от девушки и негромко сказал:
- Прости, - еще одно слово, произнесенное живому человеку за несколько последних дней. Оно напоминало о эмоциях, ранее переживаемых Зверем, каким-то непонятным чувствам, чьим-то слезам… Калеб встряхнул головой, прогоняя глупые, старые, забытые и больше ненужные мысли и воспоминания. Нет, сейчас нужно было сделать что-то, чтобы загладить свою вину, но… Полукровка понял, что лучше совсем ничего не предпринимать. Просто сидеть, вот так, и не пугать бедную девушку. Еще бы. С таким-то видом…
Парень уставился на собственное тело. Оказывается, его волосы так сильно отросли и сейчас висели черными паклями, практически закрывая лицо. Как и ногти, сейчас действительно напоминающие когти, хотя ничего такого Калеб раньше за своей физиологией не замечал. А в комплекте с грязью и засохшей кровью – теперь мужчина действительно походил на зверя. Черт, черт! И шрамов прибавилось заметно. Да, сейчас он еще тот красавец…
- Я… Не хотел напугать… Или причинить боль, - слова выдавливаются тяжело, губы как деревянные, связки не слушаются. В груди болит. В спине болит. Везде болит.
Долго еще будешь себя жалеть? Тебе дали свободу.
Действительно. Да, больно. Да, тело как кусок хорошо отбитого перед прожаркой мяса. Но ведь ты хотел свет, хотел маяк? Вот твой маяк. Следуй за ним. Иди на свет.
Калеб вытер слезы тыльной стороной ладони и снова взглянул на девушку, которая на этот раз показалась ему еще красивее, чем тогда, когда он увидел ее впервые. Нужно было говорить, несмотря на адскую сухость во рту, на дрожание ног, на… все. Успокоить, дать понять, что он не чудовище, что до сих пор... Но, все что смог сделать, это вот так сидеть и молчать. Наконец, превозмогая настойчиво роящееся в голове мысли, Зверь произнес:
- У тебя нет… Воды? – несмотря на то, что сказать он хотел совсем другое, последнее слово было прозвучало с явной надеждой, чувственно и даже с небольшим придыханием.
Действительно. Не то, чтобы мужчина смог забыть о страшной жажде, просто почему-то это все отошло на второй план, вместе с голодом и другими недомоганиями. Однако сейчас, противное чувство, что в рот насыпали песку,  вернулось с двойной силой. А умереть от жажды в маленьком, ничтожном шаге от такой желаемой и полученной совсем недавно свободы, было бы по крайней мере глупо. Но… Какова будет реакция девушки? Убежит, испугавшись? Уйдет, разочаровавшись в собственном спасаемом, который умудрился причинить ей боль?
Калеб с надеждой уставился на Гаморру, не желая верить, что его свет сможет его бросить.

0

7

   И как же чертовски хочется сейчас кинуть свой походный рюкзак прямо в физиономию парня, что сидел напротив. Жаль, нельзя — яйца разобьются.
— Ещё… Ещё один шаг в мою сторону, и я тебя укушу. Слышишь? — лишняя защита не помешает. Хвостом она шаркается около рюкзака, ищет бурдюк, крепко привязанный прямо к нему, а затем осторожно снимает с карабина, протягивает к человеку, что был напротив. — Тут есть выход, совсем недалеко. Я отведу тебя до речки и направлю в гильдию «Стражей», надеюсь, там с тобой разберутся. Но учти, что если ещё раз такое произойдёт, я просто проткну тебя чем-то. Надеюсь, понятно выражаюсь?
   Вообще, было очевидно, что девушка обидеть может только муху, но, как известно, звери пытаются казаться больше, чтобы напугать кого-то, кто сильнее их. И змея следует данной догме совсем беспрекословно. — И-и! Если потеряешься — я не виновата. Уяснил? — в желаниях оставалось лишь полностью отдать ему бурдюк: принимать обратно, да ещё и пить из него, после того, как ЭТОТ коснётся туда своими губами, и напускает слюней… брр, в общем. Гаморра встала, обернулась на пятках, а затем обернула торс некогда пленника своим хвостом. Касаться, кстати, даже руками стало слегка противно сразу, как первое впечатление от повреждений парня прошли. Нужно его отмыть. Не только от крови, а от всего, что вообще на него налипло, о половине которого Гамме даже думать не хотелось — мало ли.
   Наконец она дошагала до двери, выглянула, а вдруг там кто-то будет. Никого. Коридоры она запомнила довольно хорошо (хотя, что там запоминать: три калеки в два ряда), собственно, поэтому уже через несколько минут новые знакомые вышли на свежий воздух. Конечно, для девушки он был чем-то родным, знакомым. Совсем неотъемлемым от неё самой. А вот парень на время, казалось, даже завис. Что же. Она его понимала. То время, пока пещера, казавшаяся слишком тусклой, съедающий любой лучик света, любую надежду, обнимала его своей пустотой, возможно, было для него вечностью. Что же, делать нечего: хвост обмяк, распутался и упал на пол, а вслед за ним и девушка. Приземлила свою пятую точку, да села по-турецки, кидая рюкзак наперёд. Кто бы что не говорил, а выход из пещеры был «вполне себе»: припрятан, удобен. Тут можно было бы даже на время раскинуть привал, поставить палатку, костёр. Отдохнуть, одним словом. — Предлагаю сделать привал прямо в этом месте. Ты едва ли сейчас сможешь выдержать дорогу дальше, чем два метра от моего хвоста до меня самой. Спи.

0

8

Действительно испугалась. Вон, угрожает, пытается показаться опасной, хотя Калеб, даже прилагая усилия, не мог представить, как такая милашка кого-то рубит клинком, а кровь брызгает на симпатичную мордашку и кровожадная безумная улыбка становится последним, что видит убитый… Бррр. Нет, этой особе только пить горячий шоколад где-то в уютной кофейне и танцевать с кавалерами под ручку на карнавалах и праздниках.
Дурак. Тебе сейчас бы не умереть от жажды, да не испугать в край девочку, спасшую тебе жизнь, а ты думаешь о горячем шоколаде и карнавалах…
Внезапно, воспоминания яркими образами нахлынули в такой еще нестабильный разум, поглотили мужчину полностью и утащили в мир грез… Теплый вечер. Потом такая же теплая ночь. Алкоголь. Хмель, путающий мысли. Прелестная улыбка и столь же прелестное тело... Тихие стоны. Ногти, до крови царапающие потную спину. Муж ласкаемой особы, мужчина огромной наружности, вооруженный огромным топором… Ухмылка. Не его. Твоя. И истекающий кровью кусок мяса, который был раньше мужем-рогоносцем. Вкус железа на пальцах. Испуганная любовница. Окно. Снова ночь. Праздник. Веселье. Кутеж до утра.
Калеб с трудом подавил в себе всплывшие не кстати событие многогодовой давности и снова посмотрел на спасительницу. На этот раз девушка протягивает ему сосуд с жидкостью. Руки быстро хватают бурдюк, отвинчивают крышку и вливают в пересохшее горло всю имеющуюся воду. Она уже теплая, но сейчас кажется божественным нектаром, высеченным прелестными крылатыми девами из райских плодов. Вода кончается быстро, так и не успевает полностью утолить жажду, но все равно хоть ненамного устраняет гадкое чувство во рту и горле. 
Выслушав девушку по поводу выхода и направлению его в гильдию Стражей, парень лишь кивнул, решив не осведомлять девушку, что скорее всего он после зализывания ран сразу же отправится на поиски членов секты, если те еще живы и если сам не помрет до того. Незачем ей это.
А дальше, он под руководством спасительницы и ее довольно длинного хвоста, направился наружу. Провалы других камер черными квадратами мелькали по сторонам их небольшой процессии. Выбравшись на воздух, Калеб несколько секунд молча смотрел на окружающий его мир, будто осторожно пробуя его на вкус. А после… Его накрыло. Все это пространство, с зелёными верхушками деревьев, с чистым воздухом, с шелестом травы, с птицами, кружащими где-то высоко, под самими тучами, просто свалилось на Калеба, поглотило его, лаская ветром, поражая разнообразностью звуков и цветов. Это было прекрасно. Лучше всего, что видел или ощущал ранее парень. Непревзойдённо. Потрясающе…
Слезы опять предательски выступили на измученном лице, колени подогнулись и Штайн осел, практически свалился на землю. Сел напротив девушки, метрах в трех, чтобы лишний раз не заставлять ее нервничать. Невзначай засмотрелся, восхищаясь ее красотой и красотой всего, что ее окружающего. Безусловно, его спутница гармонично вписывалась в это вот все. Но он - нет.
Потом, по привычке, тряхнул головой, отгоняя наваждение. И негромко сказал, ибо даже этот короткий переход забрал у него слишком много сил:
- Извини, но сначала я хотел бы искупаться. Все тело чешется страшно. А потом уже посплю. И еще, если посплю – раны немного пройдут. Всегда помогало, - раны Калеба действительно не были особо тяжёлыми, но просто поражали своим количеством и запущенностью.
Благо, что водоем оказался неподалёку. Небольшое озеро, с холодной водой и камышами у берегов. Мужчина как был, голый по пояс и в изорванных штанах окунулся в воду, которая приняла его в свои объятия, очищая многострадальное тело. Калеб принялся фыркать, отплёвывать воду, заодно сдирая засохшую сукровицу и гной. Теперь же парню пришлось шипеть от боли, ведь некоторые раны начали снова кровоточить и печь, а чистая прозрачная вода вокруг него окрасилась в буро-алый цвет. Закончив мыться, парень выбрался на берег, трудом справляясь с еле передвигаемыми конечностями. На все тело, будто наковальня, навалилась адская усталость, а глаза сами начали слипаться. Полукровка еле  добрался к девушке и пристроившись чуть поодаль от нее, прилег на траву, практически сразу же уснув. Безмятежным сном. Впервые за последнее время.
И это было восхитительно.

0

9

А спит — совсем как младенец. Лишь изредка вздрагивает во сне, щурится на солнышке, наслаждается. «Господибоже» — его нужно бросить, точно бросить. Не просто же так заперли незнакомца, не просто же так пытали, верно? Гаморра рассматривала каждую линию лица своего нового встречного, в судорожных, смущённых попытках вспомнить поисковые карточки, обильно развешенные на досках розыска, около гильдии Стражей, каждая точка которой находится почти повсеместно, во всей Сказке. Змейка так долго блуждала в своих поисках, так долго была потерянной внутри самой же себя, что и не заметила, как соскучилась по своему другу, по фениксу, крепко ранившему отнюдь не чешую — девичью душу, бережную, трепетную. Она уже побывала зверем, и не хотела повторения, а потому — просто сбежала. И вот, сейчас, сидела на поляне, с очередным незнакомцем, с мужчиной, которого видит первый раз в своей жизни. Конечно, Гамму уже давно преследовали странные события, но вот такое…
Солнце начинало припекать. Интересно, а её новый знакомы не получит ли солнечного удара? Ладно змейка — обратится в саму себя, зароется удобно в песочек; прохладный, щекочущий песочек, отрадно и гостеприимно принимающий девушку в объятия. А что же делать с бывшим пленником? В палатку, разложенную, пока тот купался, его не перетащишь. А уж палатку — тем более не разместишь прямо над мужчиной. Вот и пришлось Гаморре, сразу, как та распалила кострище да закинула в горячие угли картофель, стать змейкой: благо — заклинание позволило обратиться сразу в большую.
Холодное тело медленно заползало рядом с незнакомцем, поднялось, хвостом нависая прямо над головой его. Тень скорее всего была сейчас тому необходима, а вот… тепло пляжа. Что же, даже нескольких минут хватило Гамме на то, чтобы чешуйчатая утомилась. Как приятно было лежать, как сладко находиться в полудрёме. Гаморра и заметить-то не успела, как сама, также, как и некогда воин, провалилась в свои сны. А может, она и не покидала их?

0


Вы здесь » Dark Tale » Незавершённые эпизоды » [31.05 РК] Цепная зверушка


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC