Джейсона устраивала работа с Закари. Не смотря на заслуги перед Гильдией, Шандар давал себе отчет, что в обычной жизни он довольно бесполезен. Примерно на уровне собаки-компаньона. Вроде, взгляд умный, понимающий, какие-то простые вещи может делать самостоятельно, даже команды выполняет. А какашки после выгула все равно кому-то другому убирать приходится.
(c) Джейсон Шандар

Девчонки, чего, когда подрастают, за сахаром охотятся? Поэтому им на свидании конфеты дарят? И шоколадки? Чтобы тебя не слопали?
(c) Почуй-Ветер

Люди невероятны сами по себе, а вместе они собирались в единое целое, способное справиться почти с любой бедой..
(c) Эмиль

— Вот знавал я одну сестру милосердия , Авдотья звали, девчонка смазливая была, лет восемнадцать только только исполнилось, младше всего нашего брата почти, но ты только проверни чего, приобними или ещё чего, так она тебе потом так уколет, что хоть на стенку лезь, а присесть, неа , и стой весь день.
(c) Алексей Вольский

— Лист капудыни? — усмехнувшись и пожав плечами, тихо проговорил Вейкко. — Лично я считаю, что раз уж этот листик не способен привести к сокровищам или юной заколдованной принцессе, то это скорее лист бесперспективной капудыни. Лист беспердыни, черт возьми.
(c) Вейкко

Она никогда не делилась своим прошлым, мужчина даже за эти полгода вряд ли смог узнать хоть что-то стоящее, помимо возможности ящерицы находить неприятности на свою аппетитную задницу.
(c) Рене

— Вот знавал я одну сестру милосердия , Авдотья звали, девчонка смазливая была, лет восемнадцать только только исполнилось, младше всего нашего брата почти, но ты только проверни чего, приобними или ещё чего, так она тебе потом так уколет, что хоть на стенку лезь, а присесть, неа , и стой весь день.
(c) Алексей Вольский

— Зануда? Гм.. Да, говорили и не раз. Мои соратники считают, что одной из моих магических способностей, является атака монотонными витиеватыми речами, пока противник не сходит с ума. Ахахахахахаха… — На сей раз, Эссен раскатисто хохочет, хлопая себя по колену ладонью.
(c) Герман Эссен

В вечернее время в Сказке всегда начинает твориться всякое необъяснимое и жуткое непотребство. То за поворотом тебя тварь какая-то поджидает, то в тенях деревьев оживает что-то странное и не очень материальное, то ещё какая странность произойдёт..
(c) Дарий

Решив, что «убийца» не достоин жизни, люди также постепенно начинали обращаться с ним хуже, чем с диким зверем. Насилие порождало ещё большее насилие, вот только преступникам очень часто отказывали даже в базовых нуждах, что уж говорить о компетентной медицинской помощи. Виктор давно решил для себя, что невзирая на их проступки, не спрашивая и не судя, он будет им её оказывать. Потому что несмотря ни на что, они всё ещё оставались разумными существами.
(c) Виктор

Она никогда не делилась своим прошлым, мужчина даже за эти полгода вряд ли смог узнать хоть что-то стоящее, помимо возможности ящерицы находить неприятности на свою аппетитную задницу.
(c) Рене

Нет, они любили лезть в жопу мира. Иначе зачем вообще жить? Вообще от мира со временем достаточно легко устать, особенно если не соваться в его жопы. Но было бы неплохо из этой жопы выбираться с деньгами, да еще и с хорошими деньгами, чтобы там например меч новый можно купить.
(c) Керах

Ему замечательно спалось в канаве, учитывая, что в тот момент он был куда ближе к свинье, нежели единорогу, а то, что храп кому-то мешал — дык зря что ли изобретали такую замечательную вещь как беруши? И вообще это был не храп, а звуки прекрасной живой природы. Скотина он, в конце концов, иль где?
(c) Молот

Ротт не был бы самим собой, если бы так просто и безэмоционально забывал о долге и деле, которое умел и мог делать. А лучше всего ему удавалось то, что многие под прикрытием милосердия и некоего высшего блага не воспринимают всерьез: калечить, рубить, сражаться, умерщвлять и иным способом губительно воздействовать на внешний мир.
(c) К. Д. Ротт

Звали этого маститого мясного голема Дарий и, если Ротту не изменяла память, массивный и практически неподъемный меч за спиной у этого человеческого выброса применялся тем весьма часто. А это значило, что пользоваться он им, как минимум, умеет. И, конечно же, Бешеному Псу хотелось проверить сей тезис на собственной шкуре, а заодно и испытать бывшего сопартийца по гильдии на предмет личностного роста, и степени прогресса боевых навыков.
(c) К. Д. Ротт

Конечно многие посчитают странным то, что двадцатилетняя девушка приглашает детей в гости. Что такого интересного можно было найти в общении с детьми? Но Агнес — это несколько иной случай.
(c) Агнес

Вместо вытекающей крови — клубничное варенье. А вместо меня — каскадер, который сейчас встанет, отряхнется и пойдет дальше по своим делам.
(c) Джун Нин

Есть в этом что-то странное, полагаться на чужое зрение. Хотя оно как бы уже твоё собственное, но все равно это иная перспектива, ведь твои глаза всегда закрыты. Все сложно. Зато никогда не заблудишься. Ведь если смотришь на мир с высоты птичьего полета, всегда знаешь, куда приведет тот или иной поворот.
(c) Стрикс

путеводитель сюжет нужные гостевая правила о мире роли магия расы FAQ
❖ Гильдия Стражей ожидает беспорядки на фоне приближающегося Дня Зверя.
❖ Где-то в холмах неподалёку от Валдена, по слухам, поднялся из земли древний трон. Говорят, тот, кто просидит на нём всю ночь, утром встанет либо мудрецом, либо сумасшедшим.
❖ В поселении объявился отец Забин, весьма странный тип, который коллекционирует святые символы любых форм, размеров и конфессий. Всем известно — он каждый год начинает поклоняться новому богу. Одни говорят, что он шарлатан, другие же — что он может даровать благословение от любого известного бога. (подробнее...)
Октябрь года Лютых Лун
❖ Свет и жара от двух солнц негативно влияет на все окружение; невыносимая жара, гибель урожаев на фермах. Кое-где в Валдене начали плавиться дома..
❖ 29 сентября года Лютых Лун в парковом районе практически полностью уничтожено четыре дома, девять задеты взрывами и пожарами. Погибло семнадцать человек и фэйри, пострадало около тридцати, в том числе многие ранены не последствиями взрывов и пожаров, на их телах обнаружены колотые раны в жизненно важные органы.
❖ В ходе Совета Гильдий решили временно отказаться от войны с Ягой: в такую жару просто невозможно двигаться и что-то делать.

Dark Tale

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dark Tale » Незавершённые эпизоды » [04.07 УЗ] Мемория Лазоревая


[04.07 УЗ] Мемория Лазоревая

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

МЕМОРИЯ ЛАЗОРЕВАЯ

4 июля, год Убывающей Звезды (5 лет назад) - жара начала лета спала, грозы прошли; погода комфортная

Валден, Гильдия Ученых; поле

Артур Райнер, Уголек

http://s5.uploads.ru/rzfNF.jpg

http://s8.uploads.ru/R4qfU.jpg

http://s3.uploads.ru/4wifh.png

ПРЕДИСЛОВИЕ

Раз воспоминание. Два воспоминание. Отзвуки того, что слышало растение, складываются в хрустальную мелодию. Это болтает ценная Мемория Лазоревая, найденная в одной из коробок, которую притащил отдел ботаники из последней экспедиции.

Уголек не помнит, где и когда ее успели собрать: в планах Мемории прописано не было. Даже неловко перед коллегой из отдела зельеварения, который пришел помочь с инвентаризацией - до тех пор, пока они не находят в коробке записку.

Свобода Воли: наверное?

+1

2

Подгоняемая порывом теплого ветерка, бабушка Роуз семенила в сторону Башни. Ее наряд, как всегда пышный и яркий, не давал ей двигаться свободно, сковывая движения и утягивая талию в, пусть и не такой как раньше, корсет. Бабушка  Роуз была с того времени, когда "леди были леди и знали, как себя подать". Так она говорила любому, кто косил на нее удивленный взгляд. Лицо женщины, испещренное сетью морщин, покрывал толстый слой пудры, пунцовые щеки алели в лучах утреннего солнца, но самой любопытным оставалась прическа: бабушка Роуз была той еще Рапунцель и со своими прекрасными локонами вытворяла такое, чему могли бы позавидовать лучшие парикмахеры Валдена, а то и всей Сказки! Вот и сейчас полуметровую шишечку из аккуратно уложенных волос украшал гигантский,  не менее 40 сантиметров, бутон бледно-розового пиона. Вид у пиона был слегка увядающий,  но общий эффект он производил на ура. Любовь бабушки к цветам была давно,  то и дело она пришивала их к своим пышным платьям или носила на руке, как браслет. Никто даже не удивился, когда она решила связать свою жизнь с цветами и растениями, решила - сделала и вот уже много лет, как вся Гильдия могла наблюдать ежедневные дизайнерские решения леди Роуз.

Но в этой истории она сыграет роль несколько иную от тех привычных, что обычно ей достаются. В любой  сказке о сокровищах есть тот, кто подкинет карту путешественнику, нашим случайным героем станет она, бабушка Роуз. Она и ее любовь посмотреться в карманное зеркальце - вдруг макияж надо подправить?!
Стоя перед входом в Башню, Роуз легким движением достала маленькое круглое зеркальце, в котором, при всем желании, могла отразиться лишь часть ее лица до того небольшим оно было, но это не мешало леди самодовольно улыбнуться и послать зеркальной себе воздушный поцелуй. Как вдруг взгляд ее упал на крохотный, посверкивающий серебром ключик, что лежал практически под ногами. Бабушка Роуз не любила ключи, ведь это значило, что где-то что-то закрыто, а может там закрыто что-то, что неприменно надо бы открыть или наоборот никогда не давать свободы? Тайны и сомнения вызывали у нее изжогу, но и оставить ключик лежать без присмотра она не могла. А вдруг к кому дурному попадет?! Кряхтя и краснея, бабушка медленно подобрала находку и еще минуты три отдыхала от такой незапланированной утренней зарядки.
А я еще очень даже ничего! Недаром сэр Томас положил на меня глаз! - подумала старушка, заходя в Башню.

Артур Райнер был в Башне с пяти утра, впрочем понятие "был" немного некорректно употреблять к тому, кто из нее и не уходил. Засидевшись допоздна и оценив масштабы утренней работы, Артур решил заночевать в своем кабинете, завернувшись в, сплетенное из лиан и травы, одеяло. Так он и поспал часа четыре, в лучших традициях дворовых псов или всякой пьяни: в углу, укрываясь тем, что Бог послал. Проснулся рано, от стука в окно: синегрудая птица магзоологов просила есть и, вероятно, любила его безответной любовью. Еды Райнер дал, любви, увы, не прибавилось. Умывшись и кое-как приведя себя в порядок, Артур даже успел чем-то перекусить и, достав из верхнего ящика стола маленькую узкую коробочку, поспешил на этаж к ботаникам. Работы предстояло много, но прежде...
- С днем рождения,  бабушка Роуз - мягко улыбнувшись, он протянул коробочку женщине - Вы, как всегда прекрасны.
Знакомство Райнера и Роуз продолжалось вот уже более семидесяти лет и без тени сомнения Артур мог  точно уверить, что это замечательная и достойнейшая женщина, правда со своими, понятными лишь ей, тараканами. К слову, он не помнил ее молодой. Бабушка Роуз всегда была бабушкой Роуз, всегда любила цветы и была инфантильна, как малое дитя.
Приняв коробочку,  ее щеки, и без того алые, загорелись румянцем, что был виден даже сквозь слои пудры. Она сбивчиво поблагодарила и спешно открыла подарок. Две мягкие брошки-пчелы и одна бабочка из фетра.  Протянув удивленное "ооо", она поспешила приколоть все подаренное к своему костюму, а после выжидательно глянула на мужчину.
- Чудесно, мои старания прошли не зря...- сказал он, как бы намекая, что подарок был явно не куплен.
- Сегодня сэрТомас пригласил меня в театр - все еще раглядывая пчел, похвасталась старушка - думаю я сражу его наповал!
- И не его одного - поддакивал Райнер - думаю, актеры тоже оценят ваш наряд.
К слову, так оно и случилось: несколько художников из Гильдии Творцов по-достоинству оценили Роуз и даже нарисовали ее портреты. Портреты, конечно же, еще долго радовали обитателей Башни, появляясь в самых неожиданных местах. Заколдованные полотна были, не иначе.
Поболтав еще немного, Артур уж было хотел откланяться, как вдруг бабушка Роуз, обычно веселая старушка, понизила свой голос до заговорщецкого шепота и поведала Райнеру о странном ключике, что нашла. Зная как сильно Роуз не любит всякие тайны, Райнер предложил забрать находку, избавив тем самым ее от груза неизвестности на плечах. На том и порешили, и вскоре разошлись. Роуз в свой кабинет - готовить планы обучения, а Артур в зал приема растений.

Сегодня прибудет большая партия мемории лазоревой и прочих болтливых трав. Просим надеть наушники!
Гласила надпись прямо перед входом.

Наушников у Райнера не было, впрочем сюда он пришел не просто цветы разгружать, пришел он для их осмотра перед этой самой разгрузкой. Зайдя в зал, первое, что бросилось в глаза - немногочисленность работников.  Но оно и не удивительно,  начало шестого утра, какой болван сунется? Возглавляя число болванов, Артур гордо зашагал вдоль выставленных ящиков с растениями, рассматривая каждый и замечая то плесень, то мох, то корни, что не желали сидеть в темнице. Рядом с Артуром шел один из ученых, которого Райнеру, вероятно, послали для учета всех его замечаний. На своего новоявленного помощника мужчина особо внимания не обращал, увлеченно исследуя каждый ящик и коробку.
- А этот вообще открывать нельзя, она уже проросла - Артур указал на полностью оплетенный корнями и напоминавший один большой ком земли ящик - отнесите его ко мне, я исправлю - не вдаваясь в детали, продолжил он.

Спустя часа полтора хождения, разглядывания, оценивая и описывания Райнер имел при себе девять бракованных ящиков, с которыми ему предстояло поработать, одного уставшего коллегу и головную боль от надоедливого шепота тысяч меморий. Мужчина потер глаза и наконец посмотрел на своего помощника.
- Здравствуй,  Пташка. Меня зовут Артур Райнер - оценив прекрасные крылья, коротко проговорил он, протягивая руку для рукопожатия - спасибо за...
Но договорить он не успел, из угла на него смотрел еще один ящик, так таинственно припрятанный или наоборот забытый за ненадобностью.
- Хм, кажется,  мы забыли один - зельевар похлопал коллегу по плечу и направился к углу.
Каким же было его удивление, когда, вместо привычных растений, в ящике лежала черная, запачканная в пыли и грязи шкатулка с узкой замочной скважиной на крышке. Взяв шкатулку, Артур пару минут ее разглядывал, затем попытался открыть - безуспешно.
- Не знаешь чья она? - обратился он к крылатому помощнику, но тот не знал.
Райнер нахмурился, по-хорошему шкатулку надо было бы отнести в отдел тайн, а то мало ли, что в ней. Но мужчина знал, что из отдела тайн никаких отаетов, что внутри, он не получит. Любопытство брало верх, но без ключа...без ключа! Артур хлопнул себя по карману, проверяя не потерял ли он ключик. Нет. На месте. Выудив тот из кармана, он покрутил его в руке.
- Посмотрим, может подойдет? - вопрос, прозвучавший, как утверждение.
Механизм замка щелкнул при втором провороте,  шкатулка открылась. Первое, что бросилось в глаза было письмо, прочитав которое, по спине зельевара пробежали мурашки.

Дорогие гости, сегодня мы съедим наше дитя. Приходите на пир и захватите подарки.

Адрес был написан каким-то неразборчивым детским почерком,  некоторые буквы расплывались. То ли от воды, то ли от слез.

Отредактировано Артур Райнер (2019-06-25 00:44:56)

+2

3

Рассвет сегодня был замечательным: туманным, с капельками влаги и просыпающегося солнца в воздухе. Он освежал не хуже дедлайнов, существующих, к большой досаде, в любом мире.
Партия болтливых растений была доставлена день-в-день, если не сказать, что в последнюю секунду крайнего срока: хватая за хвост ускользающую возможность обойтись без выговоров.

- Перевозить нужно было ночью. - Объяснялся Уголек, носясь вокруг ящиков и расставляя их по теплице. Параллельно он умудрялся прилеплять к ним бумажки и записывать что-то на них красным карандашом. - Днем они жутко раздражают жителей.

Растения сонливо бубнили. Громкость и интенсивность их разговоров сильно зависела от времени суток. Закрываясь на ночь, мемории привыкали к темноте и продолжали перешептываться или негромко петь; а ближе к рассвету у них наступал тот прекрасный период растерянности, какой случается с людьми, просыпающимися на работу: цветы медленно раскрывали лепестки, привыкая к свету и не вполне понимая, зачем им подниматься в такую рань и кто поместил на небо этот раскаленный, похожий на сковороду диск.

- Молодой человек, вы же в курсе, что ночь - время, когда тьма и ужас Сказки выползают на поверхность, чтобы вытянуть души мирных жителей и сожрать их острыми зубами? Отправляя в вечный хаос и служение темным силам? - Спросил профессор.

- Да, старик, я в курсе.

- Стало быть, сразиться со злом - лучше, чем побеспокоить горстку обывателей?

Уголек пожал плечами и убрал взгляд в сторону окна.

- Еще мемории красиво шепчутся по ночам.

Томас взял его за ухо и потянул.

- Мы всего лишь пару раз попали в окружение и потеряли коробку в болотах, честно. И новичкам практика, и ромашковое болото теперь научилось разговаривать.

Томас выдохнул и отпустил его.

- Ну раз так. Это, конечно, исправляет дело.

Чуть севернее города в этот момент ромашковое болото довольно чавкнуло наивным фейри по имени Ростабан, купившимся на грустную историю о сбежавшей возлюбленной.
А Уголек бочком подошел к Томасу и с хитрой, довольной миной спросил:

- Ну как, пригласили ее?

- Еще одно слово, юноша, и за экспедиции вы больше не ответственны. - Томас отошел на пару шагов, осмотрел ящик и вдохновленно произнес. - Пригласил, конечно! И провалюсь на этом месте, если наши места не будут лучшими в зале.

Утро начиналось отлично.

- Кстати, на что вы идете? - Уголек принялся от руки чертить таблицы на пустых листках бумаги. Подкрепит к папке и занесет туда порядковые номера растений.

- Хороший вопрос. - Томас достал из кармана билеты и громко зачитал. - "Кровожадные монстры и места их обитания".

Уголек прочертил линию мимо линейки.

***

Наскоро дописав на картонке "Просим надеть наушники!", Уголек побежал. Они с профессором разделились: почтенный ученый отправился к знакомым из Гильдии Творцов, птиц рванул к спекулянтам. Представители обоих партий в пять утра еще не думали ложиться спать.

- Ну что? - Тяжело дыша, поинтересовался старик через сорок минут.

- Билеты на "Песню Соловья". У вас?

- "Звездоцвет и плащ".

Купленные билеты: кусочки бумаги с заколдованными голубыми и зелеными блестящими полосками, - перекочевали в карманы профессора.

- Звучит романтично. Теперь все пройдет, как надо. - Вынес вердикт Томас.

- Ну вы и оболдуй, сэр.

Стрелки часов приближались к шести утра. В животе у Уголька заурчало, и ни о чем он сейчас не мечтал больше, чем о сырной булке из пекарни, которая появлялась в Валдене каждую третью неделю месяца.

Когда он вылетал из пекарни, было 6:04, а в его кармане, тихо урча и порыкивая, блестели кроваво-красными блестками два билета на "монстров". Залетая в теплицы, Уголек жевал булку и раздумывал, кому продать второй билет. Его друзья делились на два типа: тех, кто любил безопасность и театр, и тех, кто не любил безопасность и театр. Пойти не с кем.

***

Еще одно правило Гильдии ученых состоит в том, что можно проработать в ее стенах пять лет и все равно не знать сотрудников соседних подразделений в лицо. Оправдания этому нет, кроме, разве что, такого: судьба в этих коридорах играется людьми, знакомя и разводя их ровно в те моменты, когда этого требует Наука или Тайна.

"Почему именно зельевары осматривают НАШИ растения," - возмущенно бурчало что-то внутри Уголька, пока он незаметно пожевывал сырную булку и следовал за коллегой. Мужчине заметно не нравилось состояние некоторых растений и, поскольку на Уголька он не смотрел, тот незаметно передразнивал его недовольные жесты. Плесень ему не нравилась, корни вылезли - ну так попробуй доставить целыми двадцать ящиков кустов через болота на дешевых хлипких повозках (не выделенное финансирование - бич всех гильдий) под атаками монстров и несмолкающий поток болтовни меморий. На массовые поставки этих цветочков следовало наложить вето.

Спустя пол-часа, Уголек мог повторить недовольные жесты в точности и начал понимать, что значит тот или иной наклон брови серьезного парня. Или правильнее было назвать его "рисковым парнем", потому что зельевар решился не надевать наушники и отважно осматривал растения без них.

- О, сэр, скажу я вам, после пары дней с этими очаровательными созданиями, - Уголек опустил один из наушников и обвел растения рукой. - Начинаешь ценить тишину.

Это все, что он сказал, потому что услышав гомон противоречивых голосов, накинул наушник обратно. На максимальной громкости, наушники орали умиротворяющую песню:

I'm on the top of the world lookin' down on creation
And the only explanation I can find...

Можно сойти с ума, прислушиваясь к четырем-пяти противоречивым мнениям одновременно. Мало кто из фейри способен переключаться с одной версии реальности на другую в течение милисекунды - а затем обратно. Коллегу было искренне жалко.

- Здравствуй, Пташка. Меня зовут Артур Райнер. Спасибо за...

Уголек скинул наушник, протянул руку для пожатия и так с нею и застыл на месте.

- Хм, кажется, мы забыли один. Не знаешь чья она?

- Ради всего святого, - начал Уголек. Затем присмотрелся к артефакту, который приметил Райнер. - Нет, не было такой шкатулки в нашем грузе, - нахмурился он и принялся листать свои планы. Снова побуравил шкатулку взглядом. - Я саморучно расставлял эти ящики, и разве что она выпала из одного из них. Или отрастила ножки и выбежала погулять сама.

У Артура Райнера при себе оказался ключ от шкатулки.

- Коллега, ты тут не контрабанду протаскивашь через отдел ботаники? - Поинтересовался Уголек. Не то, чтобы он был против, но когда проворачиваешь такое, надо брать свидетелей в долю. - "Съедим дитя" звучит, как шифровка.

Он пожал плечами в ответ на взгляд Райнера.

- Если у тебя есть более разумное объяснение, откуда в твоих руках взялся ключ от шкатулки и что значит эта дребедень, пожалуйста, просвяти меня. Желательно, где-нибудь подальше отсюда, - добавил Уголек умоляюще. Шум был невыносим.

***

Но экзекуция не закончилась. Они обошли ящики с мемориями по второму и третьему кругу, пока не нашли четыре цветка, упоминающие слова "дитя", "пир", "подарки" и "шкатулка".

Оставалось только слушать внимательнее - переместившись с растениями в кабинет Райнера. Шкатулка теперь покоилась поверх карт Сказки, захваченных из отдела ботаники.

Уголёк рассеяно гладил ту из меморий, которая говорила про "подарки": по его мнению, именно этот цветок следовало задобрить, если они хотели явиться на встречу сами.

- Или, все-таки, можно передать это дело Гильдии Стражей, - предложил он, следя за перемещениями Артура над картой. Удивительно, как два непохожих человека могут сойтись за считанные минуты ради общей нераскрытой Тайны. - Никто не говорил, что мы должны брать ситуацию под свой контроль. Не справимся - и нет ребенка.

Мемория, уркнув под поглаживаниями, что-то сказала. Мужчины остановились и вслушались:

- "Если мы положимся на Гильдию Стражей и не пойдем туда сами, а стражи напортачат, то бац - и нет ребенка".

Это были слова Уголька: он произнес их четыре минуты назад. Птиц смутился, разозлился и негуманным образом затряс горшок с меморией:

- Ах ты зараза! Ерунду всякую запоминаешь, а важные вещи вспомнить не можешь! А ну быстро отвечай, что за история с подарками, или я тебя... коровам скормлю!

Мемория закричала так, что на окнах пошатнулись стекла.

Жернова не крутятся, они мертвы, мертвы! Вытащите меня отсюда! Я не хочу тоже...

Визг прекратился, и после него звук шелестящего на сухом ветру листа прозвучал незаметно. Листья мемории подсохли, сворачиваясь в трубочку.
Уголек жалобно посмотрел на них и перевел взгляд на Артура. Впервые за всю историю его работы засыхала мемория. "Можно же восстановить ее?" - просил взгляд, хотя сейчас были проблемы посерьезнее.

Отредактировано Уголек (2019-06-27 06:29:17)

+2

4

Артур укоризненно посмотрел на своего крылатого помощника, забирая у того из рук засыхающую меморию. Какая невиданная несдержанность, а это еще и ученый отдела ботаники! Однако, стоит отметить, что в данном случае можно было отдать должное этому вспыльчивому господину. Оставив стол, карты и алые крылья, зельевар понес цветок к шкафу с какими-то колбочками и скляночками. Растение совсем уже потускнело, когда Райнер капнул на него каким-то желтоватым отваром с невероятно приторным запахом. Мемория с минуту оставалась неподвижной, а затем, протянув тонкие листики к заметной капле, впитала их с едва слышимым звуком, подобным тому, что издает человек, прихлебывая чай.

Вернувшись к пареньку, Райнер, заметно подобревший от того, что спас растение, мягко улыбнулся.
- Напомни, как тебя зовут? - поставив меморию к остальным ее сестрам, Райнер принялся исследовать содержимое шкатулки.
Помимо письма на стол, из недр странной находки,  легли моток пряжи и небольшое зеркальце.
- Мельница, мельница - тихо бормотал мужчина - мельницы разве что за городом, не помню ни одну мельницу в Валдене - он обратил на ученого вопросительный взгляд, будто желая получить подтвержение, что "да, в городе мельниц нет".

Се.....я......пир.......начне.....
Год......случи......ся....

Мужчина затих, вслушиваясь в тихое шуршание мемории. Разобрать что-то было трудно. Взгляды ученых встретились, Райнер осторожно поднял цветок и, жестом подозвав помощника наклониться ближе, прислушался.

Сегодня наш пир начнется...

Артур был готов поспорить, что привычный нежный шепоток мемории на секунду стал похож на грубый мужской голос. Зельевар вздохнул, отставляя цветок.
- Не думаю, что гильдия Стражей будет брать показания у мемории, а даже если и так, то, полагаю - он усмехнулся  - их методы от твоих не сильно отличаются.
С минуту от молча разглядывал стоящего напротив помощника, размышляя можно ли на него полагаться и не сбежит ли он, если дело примет неожиданный поворот. Идти непонятно куда и неизвестно зачем было не совсем логично,  но слова о том, что сегодня кого-то съедят, все же заставляли попытаться хоть что-то сделать. Да и детский почерк в письме не давал покоя, как и слово "дитя".

Из того, что у них точно было, так это то, что на какой-то мельнице, где уже кого-то убили, сегодня будет  проведён пир и на этом празднике съедят ребенка. Райнер нахмурился. Он спешно скинул в шкатулку письмо, моток пряжи и зеркальце и, захлопнув крышку, направился к двери, увлекая своего помощника за собой. Как бы там ни было, но дело могло повернуться в весьма неожиданную сторону и помощь ему не помешала бы. Как минимум то, что Пташка может летать, уже добавляло немало плюсов.
- Думаю сперва нам надо выяснить, что это за предметы такие - поделился соображениями Артур, направляясь ко входу в отдел тайн.

Раннее солнце скользнуло лучом по длинному крючковатому носу Хуша именно в тот момент, когда он, отложив в сторону увеличительное стекло, служившее ему очками, выглянул в окно проверить: а не погасло ли оно за ночь. Хуш - метровый карлик со сморщенным старостью лицом, был одним из древнейших представителей отдела тайн. Во всяком случае он так говорил. А говорил он немного, зато часто презрительно фыркал, всем своим видом показывая насколько туп его собеседник. Поговаривали, что Хуш вообще был одним из первых жителей Валдена и знает он столько, что в архивах пришлось выделить отдельную комнату только ради воспоминаний карлика. Ходили слухи, что старик ежедневно очищает свою память, чтобы просто не сойти с ума от переизбытка воспоминаний и мыслей.

Поковыряв пальцем в похожем на моченое яблоко ухе, Хуш, шаркая короткими ножками, подошел к двери. Этим утром его одолевало желание полакомиться чем-нибудь сладким, что означало лишь то, что древнейший из отдела тайн пребывал в хорошем расположении духа.
Насвистывая себе что-то под нос, Хуш приставил к стене стульчик и, забравшись на него, снял с вешалки шляпу с пером жар-птицы - свой отличительный признак. Ходили легенды, что это перо досталось ему тогда, когда он голыми руками смог словить непоседливого зверя, что донимала жителей Предместья многие месяцы, сжигала их дома и даже воровала маленьких детей. Храбрый Хуш, как он сам о себе рассказывает, не испугался огня и в два счета схватил мерзавку за длинный пламенный хвост, оставив ей лишь право жить в клетке магзоологов, а себе - перо и неслабый ожог на обеих руках.
Посмотревшись в запыленное зеркало, старик попытался улыбнуться, но тут же передумал, вспомнив, что кроме пары корявых желтоватых зубов ему хвастаться нечем. Тяжело вздохнув, вспоминая годы ушедшей молодости и юных красавиц, которых не смущали ни его рост, ни скверный характер, Хуш уж было хотел спускаться и направиться вниз, за пирожными, как вдруг.

- Мистер Хуш! -
Артур резко распахнул дверь,  чуть не ударив стоявшего за ней карлика по носу - простите, нам очень нужно ваша помощь!

+1

5

- Вау! Спасибо! Вы спаситель всего живого! - Поджав крылья, чтобы ничего не смахнуть, феникс аккуратно метнулся к ожившей мемории и, извиняясь перед ней, протянул к ней раскрытую ладонь. Мемория повела листьями в сторону, не желая общаться, но по Угольку было заметно, что он не собирается сдаваться.
Увидев улыбку зельевара, он благодарно улыбнулся в ответ.

- Алекс Мёрфи, - серьёзно ответил он. - Все те люди называют меня Угольком, но не слушайте их.

Мемория не прощала его, но Уголёк упорно извинялся и продолжал предлагать ей открытую ладонь. Заметив на столе миниатюрную лейку, он поднес ее к горшку и вопросительно хмыкнул. Мемория помолчала пару секунд и едва заметно кивнула.

Она начала выплевывать фразы, как только несколько капель воды попало на ее листочки.
Уголёк отскочил назад, но подошедший Артур дал ему знак придвинуться ближе и слушать.

Сегодня наш пир начнется...

От звука исходящего от мемории мужского голоса, Уголёк снова отскочил назад. Ему стало жутко.

- Да они больные! - Неверяще прокомментировал пернатый, переводя взгляд на Артура. - Нам нужно идти к Стражам, сейчас же.

- Не думаю, что гильдия Стражей будет брать показания у мемории, а даже если и так, то, полагаю, - Артур усмехнулся,  - их методы от твоих не сильно отличаются.

- Да, их методы не менее действенные, - пробурчал Уголёк, подливая мемории еще воды и ставя лейку на стол. Вся эта идея со съеденным ребенком, по какой-то причине, его разозлила. - Но если ты считаешь, что нам не поверят, - Уголёк пожал плечами, - нет смысла их беспокоить. Оставим эту идею.

Уголёк не заметил, как перешел со старшим ученым на "ты". И на самом деле, его беспокоило совсем не то, что в Гильдии Стражей им никто не поверит...

***

Письмо в Гильдию Стражей было доставлено в тот же день в трех экземплярах, в три разных кабинета. Доставившие письма винги-в-бутылке, пропитавшись атмосферой отдела ботаники, были заполнены миниатюрными ростками меморий, миниатюрные поры которых тихо выкрикивали:

Се.....я......пир.......начне.....
Год......случи......ся....

Довольно веская причина немедленно выкинуть винги в окно, отказывая себе в роскоши предварительно открыть ставни. Тем не менее, письма сообщали:

Привет из Гильдии Ученых.

На территории Мельницы сегодня вечером собираются съесть ребенка в ходе некоего ритуала. Информация об этом получена из анонимного письма и подтверждена партией новоприбывших меморий.

Звучит так себе, да? Растения рассказали нам о преступлении. Но еще раз повторю, это МЕМОРИИ. Они записывают и воспроизводят то, что слышат.

Обрадуемся, если вы присоединитесь к нам этим пятничным вечером в облаве на Мельницу, так как мы собираемся проверить эту зацепку.

С наилучшими пожеланиями, А. Мёрфи.

...Итак, Уголька беспокоило совсем не то, что в Гильдии Стражей им никто не поверит. Его беспокоило, что сегодня пятница, а ритуал намечен на ее вечер.

***

I love everything
Fire spreading all around my room
My world's so bright
It’s hard to breathe but that's alright
Hush

"Мельница". Он знал, что такое Мельница - "та самая" мельница, "единственная" мельница. Разница между той Мельницей и десятками простых мельниц такая же, как между словами человек и Человек. Такая же, как между обычным кривым носом и носом мистера Хуша.

Нельзя было пройти взглядом по заваленной книгами комнате, не споткнувшись ни разу на носу мистера Хуша. И лабиринтообразность этого носа ничуть не указывала на способность мистера Хуша распутывать сложные проблемы, решаемые прямым ударом молнии в злосчастную Мельницу.

В то время как Артур стремился узнать больше о загадке: шкатулке и готовящемся ритуале, - у Уголька перед глазами стояло жутковатое марево из слов "съесть" и "ребенка", и это отдающееся хрустом костей марево призывало забить на все загадки Вселенной в течение шести-семи наступающих часов. Он что-то активно строчил в блокноте, поглядывая для приличия на совещающихся ученых и покусывая колпачок ручки.

Правда, перед этим ему пришлось слетать в кондитерскую и принести Хушу необходимое для работы Хуша топливо - вишнево-банановые пирожные в узорной корзиночке. Без топлива работать ученый отказывался.
К слову, у каждого фейри в мире есть топливо, без которого он не работает. Иногда топливо меняется, но главный закон - вовремя подкладывать дрова в топку.
Вторым топливом Хуша после пирожных были обещающие могущество знания: только об этом он требовательным тоном не сообщал.

Глаза Хуша алчно блестнули над книгой с какой-то древней человеческой историей. На странице был нарисован монстр - бык с человеческими руками и торсом.

- Я отойду на секунду? Сейчас вернусь. - Проскользив по книге взглядом, Уголёк прошел мимо Артура и Хуша и вышел в коридор.

Он искал бутылки для вингов, и обнаружил их в ближайшей подсобке. Осталась элементарная магия.

Когда он вернулся обратно, то столкнулся с Артуром в дверях. Тот выглядел всполошенным, а в кабинете Хуша, за его спиной, что-то с грохотом упало.

Новость, что им срочно нужно сгонять в мир людей, была внезапной.

- А зачем нам какая-то книга, если мы можем слетать в Грецию и проверить все на месте? - Непонимающе спросил Уголек, спеша за спиной Артура. Тот в ответ остановился, повернулся и одарил помощника нечитаемым взглядом.

+1


Вы здесь » Dark Tale » Незавершённые эпизоды » [04.07 УЗ] Мемория Лазоревая


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC