Джейсона устраивала работа с Закари. Не смотря на заслуги перед Гильдией, Шандар давал себе отчет, что в обычной жизни он довольно бесполезен. Примерно на уровне собаки-компаньона. Вроде, взгляд умный, понимающий, какие-то простые вещи может делать самостоятельно, даже команды выполняет. А какашки после выгула все равно кому-то другому убирать приходится.
(c) Джейсон Шандар

Девчонки, чего, когда подрастают, за сахаром охотятся? Поэтому им на свидании конфеты дарят? И шоколадки? Чтобы тебя не слопали?
(c) Почуй-Ветер

Люди невероятны сами по себе, а вместе они собирались в единое целое, способное справиться почти с любой бедой..
(c) Эмиль

— Вот знавал я одну сестру милосердия , Авдотья звали, девчонка смазливая была, лет восемнадцать только только исполнилось, младше всего нашего брата почти, но ты только проверни чего, приобними или ещё чего, так она тебе потом так уколет, что хоть на стенку лезь, а присесть, неа , и стой весь день.
(c) Алексей Вольский

— Лист капудыни? — усмехнувшись и пожав плечами, тихо проговорил Вейкко. — Лично я считаю, что раз уж этот листик не способен привести к сокровищам или юной заколдованной принцессе, то это скорее лист бесперспективной капудыни. Лист беспердыни, черт возьми.
(c) Вейкко

Она никогда не делилась своим прошлым, мужчина даже за эти полгода вряд ли смог узнать хоть что-то стоящее, помимо возможности ящерицы находить неприятности на свою аппетитную задницу.
(c) Рене

— Да завалите вы хлебала, — Квадрагинтиллон говорил в приказном тоне, — на вас Герман смотрит!
(c) К. Д. Ротт

— Зануда? Гм.. Да, говорили и не раз. Мои соратники считают, что одной из моих магических способностей, является атака монотонными витиеватыми речами, пока противник не сходит с ума. Ахахахахахаха… — На сей раз, Эссен раскатисто хохочет, хлопая себя по колену ладонью.
(c) Герман Эссен

В вечернее время в Сказке всегда начинает твориться всякое необъяснимое и жуткое непотребство. То за поворотом тебя тварь какая-то поджидает, то в тенях деревьев оживает что-то странное и не очень материальное, то ещё какая странность произойдёт..
(c) Дарий

Решив, что «убийца» не достоин жизни, люди также постепенно начинали обращаться с ним хуже, чем с диким зверем. Насилие порождало ещё большее насилие, вот только преступникам очень часто отказывали даже в базовых нуждах, что уж говорить о компетентной медицинской помощи. Виктор давно решил для себя, что невзирая на их проступки, не спрашивая и не судя, он будет им её оказывать. Потому что несмотря ни на что, они всё ещё оставались разумными существами.
(c) Виктор

Она никогда не делилась своим прошлым, мужчина даже за эти полгода вряд ли смог узнать хоть что-то стоящее, помимо возможности ящерицы находить неприятности на свою аппетитную задницу.
(c) Рене

Нет, они любили лезть в жопу мира. Иначе зачем вообще жить? Вообще от мира со временем достаточно легко устать, особенно если не соваться в его жопы. Но было бы неплохо из этой жопы выбираться с деньгами, да еще и с хорошими деньгами, чтобы там например меч новый можно купить.
(c) Керах

Ему замечательно спалось в канаве, учитывая, что в тот момент он был куда ближе к свинье, нежели единорогу, а то, что храп кому-то мешал — дык зря что ли изобретали такую замечательную вещь как беруши? И вообще это был не храп, а звуки прекрасной живой природы. Скотина он, в конце концов, иль где?
(c) Молот

Ротт не был бы самим собой, если бы так просто и безэмоционально забывал о долге и деле, которое умел и мог делать. А лучше всего ему удавалось то, что многие под прикрытием милосердия и некоего высшего блага не воспринимают всерьез: калечить, рубить, сражаться, умерщвлять и иным способом губительно воздействовать на внешний мир.
(c) К. Д. Ротт

Звали этого маститого мясного голема Дарий и, если Ротту не изменяла память, массивный и практически неподъемный меч за спиной у этого человеческого выброса применялся тем весьма часто. А это значило, что пользоваться он им, как минимум, умеет. И, конечно же, Бешеному Псу хотелось проверить сей тезис на собственной шкуре, а заодно и испытать бывшего сопартийца по гильдии на предмет личностного роста, и степени прогресса боевых навыков.
(c) К. Д. Ротт

Конечно многие посчитают странным то, что двадцатилетняя девушка приглашает детей в гости. Что такого интересного можно было найти в общении с детьми? Но Агнес — это несколько иной случай.
(c) Агнес

Вместо вытекающей крови — клубничное варенье. А вместо меня — каскадер, который сейчас встанет, отряхнется и пойдет дальше по своим делам.
(c) Джун Нин

Есть в этом что-то странное, полагаться на чужое зрение. Хотя оно как бы уже твоё собственное, но все равно это иная перспектива, ведь твои глаза всегда закрыты. Все сложно. Зато никогда не заблудишься. Ведь если смотришь на мир с высоты птичьего полета, всегда знаешь, куда приведет тот или иной поворот.
(c) Стрикс

путеводитель сюжет нужные гостевая правила о мире роли магия расы FAQ
❖ Гильдия Стражей ожидает беспорядки на фоне приближающегося Дня Зверя.
❖ Где-то в холмах неподалёку от Валдена, по слухам, поднялся из земли древний трон. Говорят, тот, кто просидит на нём всю ночь, утром встанет либо мудрецом, либо сумасшедшим.
❖ В поселении объявился отец Забин, весьма странный тип, который коллекционирует святые символы любых форм, размеров и конфессий. Всем известно — он каждый год начинает поклоняться новому богу. Одни говорят, что он шарлатан, другие же — что он может даровать благословение от любого известного бога. (подробнее...)
Октябрь года Лютых Лун
❖ Свет и жара от двух солнц негативно влияет на все окружение; невыносимая жара, гибель урожаев на фермах. Кое-где в Валдене начали плавиться дома..
❖ 29 сентября года Лютых Лун в парковом районе практически полностью уничтожено четыре дома, девять задеты взрывами и пожарами. Погибло семнадцать человек и фэйри, пострадало около тридцати, в том числе многие ранены не последствиями взрывов и пожаров, на их телах обнаружены колотые раны в жизненно важные органы.
❖ В ходе Совета Гильдий решили временно отказаться от войны с Ягой: в такую жару просто невозможно двигаться и что-то делать.

Dark Tale

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dark Tale » Сюжетные главы » [27.10 ЛЛ] Q: Две стороны одной медали.


[27.10 ЛЛ] Q: Две стороны одной медали.

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

ДВЕ СТОРОНЫ ОДНОЙ МЕДАЛИ

27.10 ЛЛ

Валден. Затем Предместье.

Герман Эссен, К. Д. Ротт, Кастиель Кориги

https://sun9-48.userapi.com/JM53Uttjh3BCcU4TkOe76AVH0C_o7Ez0F3ECyA/RE_anNChk9A.jpg

ПРЕДИСЛОВИЕ

Предместье. Когда в нем было спокойно? Никто, наверное, этого уже и не помнит. Напряженность в поселении варьировалась по шкале, от взаимной ненависти. До резни в темных переулках. Последние события, перевернувшие вновь, только устоявшееся шаткое перемирие, наполнили Валден толпами беженцев. Люди и полукровки. Фэйри и разумные монстры, что не хотели участвовать во всеобщем хаосе сражений. Что устали выживать. Бояться за свою жизнь. Прятаться. И проживать каждый день с тревогой. Захлестнувшие поселение стычки, переросли в жестокие уличные схватки. И кто с кем сражается, уже было не всегда понятно. Отряды воинственно настроенных монстров, схватывались с наемниками и контрабандистами. Организованные шайки мародеров, втихую вырезали всех, кто мешал обогащаться, пировать на останках поселения, словно стервятники. Скрывающиеся преступники и прочие темные личности, использовали поселение, как отличную возможность переждать, залечь на дно, на какое-то время. Тем не менее, несмотря на все это, поселение жило. В нем были и магазины. И постоялые дворы. И лавки. В уцелевшем квартале людей и фэйри, даже поддерживался определенный порядок. И вы, хотя бы могли не опасаться за свою жизнь, если вдруг решите отобедать в таверне.
Гильдия Стражей Валдена, обеспокоенная наплывом обездоленных, нищих поселенцев, что бросали свои дома, зачастую убегая лишь в том, что на них одето, напряженно следила за разворачивающейся ситуацией. Вмешиваться в дела Предместья, она не имела права. Конечно, новые рабочие руки это хорошо. Однако не все из беженцев были мирно настроены. Не все хотели начинать свою жизнь с нуля, трудясь за еду и угол в общинном доме. Официально, верховный совет Валдена запретил гильдии Стражей участвовать в каких-либо событиях в Предместье. Неофициально же, в поселении действовали и отряды разведчиков. И иные особо желающие помочь, за плату или по доброте душевной, Стражи. Гильдии Стражей не хватало информации. Для более полной картины происходящего. К тому же, последовали первые столкновения, с наиболее агрессивно настроенными беженцами. В основном из числа разумных монстров. Их уклад вполне позволял захватывать вещи или еду, по праву сильного. Эссен, встретившись с Роттом, обсудили эти немаловажные для гильдии вопросы. В ходе обсуждения было принято решение о проведении тайной, разведывательной операции. Нужно было сохранять максимальную скрытность. И памятовать о том, что официального разрешения  на военные действия, у гильдии Стражей нет. Что из этого получилось, нам и предстоит узнать..

Свобода Воли: Да.

У тигра глаза такие же, как у меня...
Но он приходит с другого берега
Глубокого и бурного моря...
Может этот тигр - мой брат?...

+3

2

Вернувшись под утро в крыло башни Стражей, в котором был расквартирован седьмой отряд, из кабинета Ротта, Эссен помассировал виски пальцами. Разговор вышел долгим. И содержательным. Они обсуждали текущие дела, проблемы и вопросы гильдии. Которые нарастали словно снежный ком. И множились, словно прорехи в старой рубахе. Пока, они успешно затыкали эти проблемы-прорехи пальцами. Однако, Эссену казалось, что очень скоро их с Квадрагинтиллионом пальцы закончатся. А вот прорехи, нет.

В гильдии не хватало людей. Во всем Валдене ощущался острый кризис. Обстановка была напряженной. Гнетущей. Огромное количество беженцев, прибывающих из Предместья, вынуждало совет города, напрягать ресурсы. Тратить их на голодных и обездоленных. Да, были среди них и те, кто успел убежать с кошелями, полными золотых монет. Но таких были единицы. В условиях засухи от двух солнц. А так же, недавних проблем, разразившихся на Фермах, обеспечивающих Валден припасами и провиантом, создавалась угроза продовольственного кризиса. Цены на многие продукты итак уже подскочили. Ситуацию не спасало и то, что в городе был наплыв рабочих рук. Беженцам не приходилось выбирать места для работы, предлагаемые городом или гильдией Торговцев. Обеспечивать себя куском хлеба и крышей над головой, было их первостепенной задачей. Чем нещадно пользовались всяческие дельцы. Как всегда, плодившиеся в тяжелых условиях, словно мухи.

Так же стоит отметить, что среди беженцев хватало и лиц, привыкших к иному городскому порядку и укладу. Десятки разумных монстров, после стольких лет жизни в Предместье, привыкали действовать силой. Выясняя споры в драках. Не гнушаясь разбоями и грабежом. Идя на поводу у своих первобытных инстинктов и первичных потребностей. С такими, теперь уже были нередки и стычки. С десяток-другой дебоширов было успокоено навсегда. Однако, и в гильдии Стражей была потеря. Патрульный из шестого отряда, получил несколько арбалетных болтов в шею и грудь. Подоспевшие лекари, не успели спасти человека. Ситуацию старались не афишировать, по просьбе верховного совета Валдена, дабы не накалять еще больше, итак напряженную ситуацию. Но любви у гильдии Стражей, к беженцам не прибавилось. Да и обычным гражданам и горожанам, было все сложнее отделять обездоленных людей, нуждающихся в помощи, от агрессивных и хамоватых субъектов. Промышлявших мелким воровством. Кражами. И иными темными делишками.

Предложенная Эссеном инициатива, заключалась в более подробной разведке ситуации в Предместье. Отряд разведчиков, изначально сумевший пробраться глубоко на территорию поселения, и принесший как сведенья, так и тела пропавших ранее соратников, более не мог продвинуться так глубоко. Схватки и стычки поглотившие поселение, грозили любой, сколь-нибудь крупной группе Стражей возможной гибелью. Впрочем, и в разведданных. И в словах беженцев, были свидетельствования о довольно крупном районе поселения. Удерживаемом людьми, полукровками, фэйри. Некоторыми следопытами и охотниками ЗЛО. А так же, наиболее разумными, из разумных монстров, если так можно выразиться. Что творилось в остальной части Предместья, можно было лишь догадываться.

Такая ситуация не устраивала ни Эссена, ни Ротта. Герман прекрасно понимал, проявление инициативы, влечет за собой, исполнение этой самой инициативы. Однако, он никогда не отлынивал, ни от своих обязанностей. Ни от ответственности, что возрастала вместе с его должностью. Отказавшись брать одного из членов седьмого отряда, воин с уверенностью сообщил, что сам займется решением этой проблемы. Задача заключалась в проникновении, не особо то и скрытном, на территорию Предместья. Поиск уцелевшего и удерживаемого лояльными к ним силами, района. Выяснение обстановки. Последующее возвращение и доклад. Разведка боем и иная деятельность, подразумевающая открытое вмешательство, была недопустима. Страховал Эссена четвертый отряд гильдии.

Все остальные шесть членов седьмого отряда, были поделены на три боевые двойки и занимались насущными делами. Дальними патрулями. Охраной обозов с продовольствием. Все они отсутствовали. Что было Эссену только на руку. Он не собирался пускаться в долгие объяснения. Да и был уверен, что остальные члены отряда, вряд ли одобрят его самостоятельную миссию. В крайнем случае, он запросит помощь четвертого отряда. А пока, предстояло быстро собраться. В покоях Эссена была оставлена его личная кираса. И характерные подкованные сапоги. Шлем-топфхельм, так же остался на деревянном столе, дожидаться владельца. Рыцарь был облачен в добротные штаны из дубленой кожи. Обычные юфтевые сапоги. Тканый акетон. Кольчуга, с которой Эссен не расстался даже сейчас, была прикрыта длинным потрепанным плащом с капюшоном. От тяжелого каплевидного щита, тоже пришлось отказаться. Вооружение его составлял меч-бастард. И кинжал на поясе. Быть может, их разговор с Квадрагинтиллионом попахивал авантюрой, да и выпили они столько, совсем некстати. Но его задачей была лишь разведка. И отступление через портал в случае крайней необходимости. Четвертый отряд гильдии Стражей был приведен в повышенную боевую готовность и страховал рыцаря возле портала, ведущего в Предместье.

Эссен почесал заросшую колючей, черной щетиной щеку, очень кстати он не брился после патруля. И накинул на голову капюшон плаща. Рюкзак с припасами, был готов почти всегда. Еще раз, пересмотрев все свои вещи, мужчина избавился от всего, что могло свидетельствовать о его принадлежности к Стражам. И, наконец, покинул крыло башни. Внизу рыцарь был встречен двумя членами четвертого отряда. Один из них, Дез Тройер, яростный воин, никогда не снимающий своего шлема, своей привычкой, напоминал Эссену его самого. Второго, светловолосого здоровяка, звали Рэй. Поздоровавшись с соратниками, Герман отправился в сторону портала. Как оказалось, Квадрагинтиллион распорядился, чтобы у портала, посменно, постоянно дежурили по два члена четвертого отряда, на всякий случай. Портал располагался ближе к уцелевшей, «разумной» территории Предместья. Поэтому, оставался относительно безопасен. К тому же, отряды монстров и прочего сброда, не знали о его существовании.

Еще раз проверив снаряжение, оглядев свой внешний вид. Настроив винг на отправку срочного послания в критический момент, Эссен гулко хлопает по плечу Тройера. – Ну. Будем живы не помрем. -  Рэй и Дез усмехаются, хлопая воина по спине в ответ. Глядя, как заместитель главы гильдии Стражей делает шаг в портал..

По ту сторону портала, пред рыцарем раскинулось печальное зрелище. Поселение выглядело, словно пережило не один жестокий штурм. Впрочем, так оно и было. Многие дома были разрушены или пылали. От некоторых шел еле заметный дымок остывающих головешек. Запах гари. Смрада. С примесью крови. И несомненным тяжелым трупным духом,  что расстилался по земле. Оглядевшись, Эссен только хмыкнул. Что ж. Картина его не удивила. Разрушенные дома перемеживались разграбленными лавками и магазинами. С выбитыми дверями и без стекол. В какой стороне находился удерживаемый укреп.район точных сведений не было. У Стража была старая карта поселения. Добытая Эмилем из архивов. Однако, верить ей можно было с большой опаской. Выбрав направление, мужчина двинулся вперед. Аккуратно ступая по крошке битого кирпича. Обломкам досок и прочему мусору. Где-то правее отчетливо слышался шум сражения. Звериные рыки и вой, перебивались хриплыми отчаянными командами. Становящимися все глуше, дерганнее и истеричней. Пока, наконец, торжествующий рев, не оповестил Эссена о том, что очередная стычка закончилась. Похоже, не в пользу людей. По развалинам, в тенях метались тени. Вроде бы и людские. И более странных видов. То тут, то там, шмыгали оборванные или потрепанные фигуры, скрывающиеся под темными плащами. Стараясь двигаться в тени домов, Герман пробирался вперед. Пока, наконец, не остановился прямо перед строением, несомненно, когда-то бывшим большим магазином. Прямо над его выбитой дверью, на толстой деревянной перекладине, висел попорченный временем, иссеченный ударами труп охранника или воина, в добротной кожаной броне. К его груди была прибита неаккуратная табличка со словами написанными засохшей кровью: «Захватчики должны умереть» Голова у трупа отсутствовала. Похоже была отгрызана. Или оторвана. – Однако.. – Только и произнес Эссен, хмуро почесав небритую щеку.

Через некоторое время пути вперед, Страж вновь услышал отголоски схватки. Яростные крики прерывались жалобным воем. Стоя за углом, почти целого строения, Герман наблюдал, как из туманной дымки, гулко топая подкованными сапогами, выскочило несколько потрепанных воинов. Скорее всего, наемников. Украшенных вырванными клыками и отрезанными звериными ушами.  Подтащив за ноги несколько трупов, они скупыми, четкими ударами, отделили несколько необычных голов разумных монстров, от их тел.

- Еще 700 лайнов заработали. – Произнес жесткий, прокуренный голос. – Только головы не кромсайте, дубины. Знаю я вас. Сейчас начнете у них уши резать, да зубы дергать. А Крайтон снова потом откажется их принимать. И вообще, двинули отсюда. Где-то правее большой отряд звериных ублюдков шарахался. Они отряд этих тупоголовых крысобоев, на кишки растащили. Потом наведаемся туда. Уверен там много ценного осталось. Зверье то, поди, все раскидало по округе. Да так и бросило.

Внезапно, шум осыпавшихся камней, заставил наемников схватиться за оружие. Они вполне профессионально  заняли позицию, прикрывая друг друга. Затем трое, метнувшись за угол дома, пинками выволокли оттуда двух существ. Несомненно, разумных монстров. Зверь более походил на антропоморфного коня. Его хрупкая спутница, была кем-то из семейства кошачьих.

- Еще две головы. – Засмеялись наемники. Толкая коня сапогами в грудь и возвращая его на землю. – Слишком мирно выглядят. – Нахмурился командир отряда. – Шрамов бы им добавить. Или клыков острых. – Добавил он, окидывая взглядом потрепанный, рваный наряд кошки. И зияющие прорехами, холщовые штаны коня. Монстры стали горячо объяснять, что они пытаются пробраться в Оплот, так, по-видимому, прозвали уцелевший квартал. Что они не собираются ни с кем сражаться. Они хотят мира. Хотят покоя и безопасного угла. Короткий меч, висевший у коня на поясе, тут же был сорван одним из наемников. Лапы кошки мигнули электрическими разрядами, впрочем, она тут же подняла раскрытые ладони вверх. Умоляя просто отпустить их. Конь, нахмурившись, молчал. Обводя наемников не самым дружелюбным взглядом.

- Я никуда не должен вмешиваться. – Спокойно произнес Эссен. Наблюдая, как крепкие руки наемника жадно рванули ветхое платье на кошке. Срывая с ее шеи какой-то невзрачный амулет. Как, вскочивший конь, с силой ударил в лицо одного из наемников. Сминая его нос, прямо под задранным на самый затылок шлемом. Как длинное копье с каленым, бронебойным наконечником с хрустом вонзилось в спину коня, заставляя его выгнуться, захрипев. Разряды в ладонях кошки, разрастаясь ветвистыми сполохами, ударили в лицо одного из наемников, сжигая кожу. Заставляя мужчину завопить от боли. Носок тяжелого сапога с силой ударил девушку в живот. Бросая ее на землю. Тяжелый кулак обрушился на тонкую скулу. Заломав кошке руки, воины подняли обмякшее тело. Пока один из наемников удерживал широкий кинжал у ее горла, второй быстро стаскивал обтрепанные штаны. – Вот сука. Ты посмотри, что у Гаста с лицом. Аж глаза вылезли. Помрет, наверное. – Командир, опустившись на корточки, внимательно осмотрел сожженное до костей лицо, с побелевшими глазами. И вынув кинжал из ножен, ловко и плавно воткнул под сердце воину. – Уже не жилец. – Добавил он. – Ладно, мы с нее спросим вдвойне. – Пожав плечами, наемник выпрямился, глядя, как один из его отряда, поднимая разведенные ноги кошки, пристраивается к ней.

Эссен, прижавшись спиной к стене, спокойно дышал. Сжатые в кулаки, широкие ладони, сминали грубую кожу перчаток. – Ублюдки. – Пробормотал Страж. Он не может рисковать операцией. Не может вести себя глупо. Не может не следовать плану. Произнес Герман сам себе в мыслях. И тут же сделал шаг за угол дома. – Вы что творите, нехристи? – Наемники были опытными воинами. Бросив кошку наземь, словно куль соломы, они тут же встали напряженным полукругом, удерживая ладони на рукоятях мечей. Командир отряда поигрывал секирой в руках.

- Мы отряд защитников Предместья, ведем войну с монстрами. Пока такие как ты, сидят по углам и прячутся за печкой. Ты кого пожалел? Такие как эти уроды, наших людей, десятками к перекладинам прибивали. Или ты может с ними заодно? – Напористо обратился к нему командир, однако рука с секирой медленно опустилась вниз, приноравливаясь сделать замах. Остановившись перед ним, Эссен молча окинул взглядом полукруг воинов. Командир наемников ожидал удара. И был готов нанести его первым. Поэтому..

Выхватив бастард, рыцарь с силой обрушил клинок на голову наемника стоящего справа. Разрубая шлем вместе с головой. Тут же парируя удар секиры. Бородатый топор командира отряда, зацепив его клинок, тут же потянул оружие из рук Эссена. Однако, воин рывком приблизился вслед за оружием, выпуская его из рук. И обрушивая мощный удар каблуком сапога в грудь наемника. Заставляя его сложиться пополам. Выхватывая бастард из его рук. Валявшаяся на земле кошка, успела встать на колени. Ее правая сторона лица заплывала, превращая глаз в узкую щелочку. Однако, второй глаз горел решимостью. Наемник, стоящий к ней ближе всего, внезапно заискрил яркими вспышками. А от доспеха на нем пошел густой, едкий дым. Внезапно, позади наемников, выскочило несколько рогатых существ с копытами. Удерживающих грубые секиры и палицы, с вбитыми гвоздями. Их головы были украшены черепами, а тела раскрашены краской или кровью. Утробно закричав они бросились на двух наемников. Развернувшихся к ним один мастерски раскроил череп рогатого алебардой. А вот второй, был сбит на землю двумя врагами. Начавшими кромсать его плохо заточенным оружием. Рванувшись к валявшемуся в луже крови коню, Эссен быстро прощупал пульс двумя пальцами. Монстр был жив. – Эээх.. – Выдохнув, воин закинул тело коня себе на плечи. Хватая кошку за руку. Она рванулась, выхватывая из рук умершего наемника свой амулет. И потянулась за штанами, валяющимися поодаль. – БЕЖИМ…- Рявкнул на нее Эссен так, что со стен посыпалась пыль. Толкая  бесштанную кошку в спину так, что она буквально пролетела, ближайшие несколько метров. – Где Оплот? – Хрипло спросил Эссен. Подкидывая ношу, пачкающую его темный плащ кровью, на своих плечах. Убедившись, что Оплот как раз остался в том направлении, откуда он пришел. Герман бесцеремонно схватил девушку за руку. До боли сжимая ее тонкую кисть. Позади беглецов раздавались звуки скоротечной схватки. Но они этого уже не видели..

Отряд наемников.

https://sun9-17.userapi.com/nBiEtD8Q5vwnjSKzRYZMZdZMz1Vfz3FTu4nNJQ/iu8apaw_6FU.jpg

Дикие монстры.

https://sun9-49.userapi.com/BEeT8UXfOWyy4wzJ0IDKYIvW7-6ytXwuf17w7Q/dv25k6XDx_k.jpg

+2

3

Обстановка в Валдене накалялась. Участившиеся нападения и грабежи на ежедневной основе терзали жителей города, пронизывая эмоциональную атмосферу терпким вкусом тревоги и перманентного опасения. В обстоятельствах удручающего накала беззакония и нехватки кадров на службе у Гильдии Стражей, каждый отдельный юнит принимал на себя обязательства и ответственность, в мирное время носимые сразу тремя стражами. Затянувшееся анархическое безобразие и сумбур вседозволенности брали свое начало из накопившегося буйства конфликтов, скапливаемых в самом отдаленном и отрезанном от власти поселении Сказки — в Предместье. Тамошняя война между разумными монстрами и людьми, основанная на деструктивном страхе к “чужеродному”, давно уже захватила умы и чувства граждан. Неспособные удержать и придать удобоваримую форму предубеждению, они наполнялись злобой и обидами так долго, и так скрупулезно, что реальный спор затопило в последней капле поверхностного натяжения воды, а стихия конфронтации превратилась в обыденность. С привычкой просыпаться и засыпать в напряжении из-за собственной сохранности, испуге за жизнь своих детей и близких, в сомнении о наступлении завтрашнего дня, абсолютно каждый житель Предместья медленно превращался в гремучее орудие ксенофобии и инструмент сражения за мнимые идеалы. За принципы “сохранности рода” и “целостности расы”. В столь неприязненно глухом к конструктивным переговорам, гласу рассудка и дружескому сожительству окружении вершилась история, и конкретный ее этап сводил к минимуму моральное право Стражей на безучастие. И понимали это все, кроме Верховного Совета Валдена. Свято веря в свою власть и абсолют ее исполнения, плеяда зарвавшихся чиновников реализовывала гнусные политические планы через подчиненную силовую организацию. Запретом на вмешательство в дела Предместья элитарные умы намеревались охладить воспламеняющуюся почву давнего противоречия и придержать как можно больше “защитников” подле основного поселения. Подле самих себя. И, конечно же, как и большинство власть имущих, члены Верховного Совета совершенно не знали своих людей и не знали исполнителей легитимной воли. Не знали чем те живут, о чем беспокоятся и что ими движет. И это невежество послужило главной ошибкой их далеко идущих целей, ведь новоиспеченный глава Гильдии Стражей — Квадрагинтиллион Дхо Ротт славился не только претенциозными ратно-личностными способностями, но еще и совершенно неуправляемой, крайне импульсивной и своевольной натурой.

— Ебаный в рот, — почти истерично процедил долговязый юноша с примечательно угловатой внешностью и немного обескураженным взглядом, — сколько еще они там будут пиздеть? Шеф что — превратился в ебучего дискутанта, как только вступил в должность? Уже — блять — не терпится поломать пару десятков ребер ублюдков из Предместья, — свое нетерпение мальчик транслировал в адрес женщины выразительно соблазнительной наружности и притягательных форм исключительных частей тела, — Кого именно ты подразумеваешь под “ублюдками из Предместья”, Леска? Обольстительница отозвалась на реплику с очевидной иронией в голосе и с явной демонстрацией куда большей терпимости к фактору затянувшегося ожидания, — Ты ведь понимаешь, что мы должны помочь ни людям и ни разумным монстрам, а тем из них, кто еще сохранил адекватность и навыки социальной адаптации?
— Бля, — Леска максимально непосредственно изобразил боль мыслительных усилий и скривился в лице в весьма странной гримасе, — не говори со мной так, будто я совсем тупорылый, пожалуйста. Мы ведь на одной стороне и я уж точно не стану пороть горячку, как это сделал бы Гория в аналогичных обстоятельствах, — он скрестил руки на груди, демонстрируя уже невербальный протест, — да я — блять — вообще не знаю в чем там замес и кого нужно выебать: потому и сижу без дела, ожидая решения Ротта. Уж он-то всегда знает, что нужно делать и в чью дырень метить. Ты сама-то, что думаешь, а, Секира?
— Думаю, мы сотрясаем воздух, тогда как реальность меняется в пылу перемещения настроений тех двоих, что уже несколько часов к ряду договариваются вон за той дверью, — девушка указала татуированным пальцем в сторону массивной двери, из-за которой доносились по-прежнему удивительно бодрые голоса Квадрагинтиллиона и Германа.
— Думаю, что без работы мы точно не останемся, — вмешался перекачанный исполин с бритой головой, запертой под импровизированной клеткой-шлемом, — и раз мы уже неделю сидим и сторожим этот ебучий портал в Предместье, то что-то мне подсказывает, что скоро мы же туда и отправимся. На задания иного толка нас никогда не использовали и не думаю, что теперь начнут, — мужчина ухмыльнулся, словно бы предвкушая известные лишь ему события, — по крайней мере не сумеют: Квадрагинтиллион уж точно не позволит использовать четвертый отряд в качестве ебучего патруля либо поборников справедливости, шманающих дома простых обывателей, — в своих словах диспутант был уверен так сильно, как и в том, что он находится здесь и сейчас по собственной воле.
— С другой стороны, еще неделю назад босс не был главой гильдии, — резонно заметила вторая женщина в отряде — высокая, худощавая и карикатурно уродливая брюнетка, — может теперь ему придется вести себя иначе и угождать Совету в попытке узаконить наши поступки и действия. Раньше-то нас как мог прикрывал Тень. А теперь бумажная волокита свалилась тоннами бланков и рапортов на плечи босса. Еще и разом, — она развела руками, выражая свою глубочайшую непричастность и презренное отношение к царящей в гильдии бюрократии.
— Та бля, — Леска никак не мог справиться с эмоциями и буквально подпрыгивал на корточках, неспособный спокойно сидеть на месте, — а Тень что — ахуенно с этим справлялся? Босс и так постоянно был вынужден за нас отдуваться на всех собраниях, где этот идиот не присутствовал лишь потому, что находил более важные дела или потому, что в те дни у него слишком уж болела головушка. И бумаг все равно дохуя заполнять приходилось: как не встречу Микроба после очередной “планерки”, так идет с кипой документов с видом понурым и преисполненным страдания. Ебучий случай: да Ротт скорее там с Эссеном потрахается, чем делле.. дулли.. сука.. как это слово..?
— Делегирует ему полномочия, Леска, — подсказала Секира, хлопая младшего члена отряда по совершенно гладкой щеке, — не используй слова, которые даются тебе с трудом. Особенно в нашем присутствии. Мы ведь все прекрасно знаем, что ты — дурачок, — на этой фразе Леска разукрасился в румяные оттенки, однако, нисколько не затаил обиды.
— Как ты там в прошлый раз сказала? “Лучше молчать и казаться идиотом, чем открыть рот и это доказать?”, — не понимая иронии упомянутой фразы, парень эффективно разбавил томление коллектива смешным напоминанием о собственной недалекости.
— Да, Леска, — сквозь смех согласилась воительница отряда, — именно так. Но тебе можно и не молчать: над кем тогда мы будем смеяться?
— Блять, — Леска наигранно возмутился, — ну хотя бы над Горией. Он же у нас тоже тот еще “гений”. Где он, кстати? Шеф его вроде ни на какие особые задания не отправлял.
— А-то ему нужны какие-то особые указания, чтобы пойти шляться по собственной нужде или охоте пожрать, — бугай в решетчатом “наморднике” поднялся с места, вплотную подойдя к двери “переговорной”, — он же — бляцкий дракон: много жрет и постоянно нуждается в сокровищах, — последнее утверждение, впрочем, почти никак не отвечало реальному положению вещей, ведь один из главных смутьянов четвертого отряда абсолютно не подтверждал корыстный стереотип о крылатых огнедышащих ящерах. Скорее наоборот.

Как раз в этот самый момент, заведенный и взбудораженный пылкой полемикой с нудшейним адептом гильдии, а ныне — собственным заместителем, Квадрагинтиллион отворил дверь и едва не зашиб своей массивной тушей не менее массивную тушу своего подчиненного. Последний, пользуясь вымуштрованной реакцией, с проницательным знанием привычек Бешеного Пса, в последний момент отскочил в сторону, споткнулся о незримую преграду и всей массой приземлился на костлявые коленки доходяги-Лески. Леска же, в свою очередь, совершенно неготовый к такому грузу ответственности и телесной близости, завизжал, как скот в руках неумелого мясника и тут же инициировал сцену насилия из пьесы про растление малолетних. Тонкий ломающийся голос пронзил коридоры здания Гильдии, разрезая воздух возгласом отчаяния и паническим всхлипом умирающей в мучениях животинки. Ротт глядел на сию демонстрацию мученического падения с толикой жалости, но вовсе не из эмпатического сопереживания за товарища, а исключительно из сожаления за то, что когда-то посчитал нужным взять столь непревзойденного слюнтяя в собственный эталонный отряд.

— Да завалите вы ебала, - Квадрагинтиллон говорил в приказном тоне, — на вас Герман — блять — смотрит, — вторя словам, страж движением головы указал в сторону выходящего вслед за ним заместителя главы Гильдии Стражей. Последний, впрочем, как будто бы не нуждался ни в каких объяснениях и ни в каком внимании вовсе. Целиком и полностью погруженный в собственные мысли, рыцарь довольно быстро покинул кабинет, а после столь же стремительно скрылся с области обзора четвертого отряда.
— Бля, шеф, вы там чо — детей учились делать без участия женщин? Какого хуя так долго? Я состариться успел и самым ебаным образом проголодаться, — придавленный сопартийцем страж ныл и жаловался так, будто от качества этих потугов зависело все его дальнейшее существование. В определенном смысле так оно и было.
— Не, — Ротт небрежно отмахнулся, — просто Эссен провел на мне свой коронный болевой под названием “многоступенчатый путь к наделению ума оппонента нерушимыми христианскими ценностями”, а потом воспользовался правом на неожиданность и разъебал меня апперкотом в духе “изначально понятая риторика, но повторенная другими словами, поможет тебе в осознании того, что я прав, а ты — нет”, — Бешеный Пес улыбнулся, символизируя реальное отношение к ситуации: Герман хоть и был ужасно тяжелым в общении, однако, занимал свою должность отнюдь небезосновательно.
— Сиськи Мистрэ, — врезалась в разговор брюнетка, — и как же вы продолжаете стоять на ногах после этого, а, босс? Я бы отдалась ему три раза подряд и без сопротивления — лишь бы не слушать очередную проповедь на тему ценности человеческой жизни и пагубных последствий невмешательства в дела мирские, — она закатила глаза, отчаянно и непростительно близко приняв к сердцу собственные фантазии.

В эту же секунду Квадрагинтиллион провалился в персональные размышления, чем создал ощутимую диалоговую паузу, наполненную преломляющей контекст тишиной. В унисон ощущению своего командира, младшие стражи также замолчали, позволяя себе смиренно дождаться дальнейших указаний огневолосого бойца.

— Кажется, я отдался ему за этой дверью более трех раз, Игла, — Ротт посмотрел в пронзительные голубые глаза своей воспитанницы и стал по-родственному серьезным, — не думаю, что стоило отправлять его туда одного: для такого дела он уж слишком неравнодушен.
— То есть мы отправляемся в Предместье? Бугай, помогая подняться “атакованному” собой же напарнику, выпрямился и угадал мысли командира.
— Да, — отрезал Бешеный Пес и загорелся запущенным в кровь адреналином, — пиздуйте в портал и найдите его, пока он не нахуярил лишнего.
— Босс, а вы что — не с нами? В коллективное помешательство вторгся Леска, не до конца понимающий масштаб последствий озвученного приказа.
— С вами, — не дожидаясь уточняющих вопросов, фэйри направился в противоположном от портала направлении, — буду позже, — пояснил он через плечо и скрылся в одном из многочисленных коридоров резиденции Стражей.

Бойцам четвертого отряда гильдии Стражей повторять несколько раз не приходилось. Основательно впитав в себя задор и ментальность Бешеного Пса, “щенки” стали такими же буйными и целенаправленными, как и он сам. Такими же упрямыми и бесповоротным. Такими же агрессивными и бесстрашными. Такими же сумасшедшими и безбашенными. Такими же странными и импульсивными. Такими же верными и преданными собственным намерениям, и последствиям необдуманных действий. Не беспокоясь о собственной безопасности и приказе “сверху” о невмешательстве в дела пограничного поселения, стражи появились на изнанке портальных врат с видом непринужденным и полным решимости. Не особо скрывая природу своего происхождения и принадлежность к гильдии, они, тем не менее, не вызывали никаких подозрений, способные легко сойти за местных наемников-мародеров. Причиной тому послужили вольные одежды и полнейшее отсутствие символики Гильдии в их выборе. Отряд Квадрагинтиллиона не заботился о формальностях и всегда оставался признателен истории своего становления: той его части, где все они были обыкновенными беспризорниками, а позже, под началом сильного лидера, стали одной из самых влиятельных силовых группировок Валдена. И никакие титулы и официальные полномочия им для того были не нужны.

Предместье полыхало. Пейзаж ранее разрушенных, сгоревших и просто разграбленных зданий пестрил наслоениями в момент разрушаемых, сжигаемых и под чистую очищаемых домов. Крики и возгласы разной степени определенности, разного тона и характера насилия доносились со всех сторон, увлекательной мелодией провоцируя бдительность и доходчиво определяя обстановку. Разруха, полнейшее беззаконие и удручающее бессмыслие жестокости царствовали на опустевших улицах; подвывали моровым стоном среди туманной улицы и подрезали спокойствие в прогнозируемой опасности заколдованного перекрестка. Повсюду читались очевидные и доступные невооруженному взгляду следы недавних побоев; виднелись изуродованные останки жертв насилия и устрашающие глифы враждующих группировок. Членов отряда Квадрагинтиллиона подобные элементы округи нисколько не пугали, но серьезно настораживали. Вокруг было так много всего, к чему нельзя было относиться с равнодушием, что поневоле даже матерые воины начинали искать на задворках сознания хоть бы какое-то оправдание созерцаемому триумфу разбойного произвола и самоволия.

— Ебануться, — первым, как всегда, заговорил Леска, — если бы я не провел здесь все детство, то ни за что бы не поверил, что когда-то на этом самом месте стояла пекарня с самыми ароматными пирожками из самых сочных, самых откормленных голубей, — уперев руки в бока, юноша встал посреди остатков фундамента и проскрипел одинокой надломанной черепицей.
— Ты родился в Предместье? Секира отозвалась на голос соратника с несвойственным ей сочувствием, — я не знала.
— Никто не знал, — парень развернулся в сторону собеседницы. Его лицо в этот миг не отражало и тонкого намека на печаль, — я об этом никому не рассказываю, ведь после того как меня здесь подобрал шеф, жизнь моя стала совсем другой. И вспоминать мне не о чем. В каком-то смысле, я только после того знакомства и начал жить полноценно...

На волне внезапной ностальгии, парень было собирался рассказать еще что-то, но их деликатный разговор был нагло прерван сигнальным криком одного из товарищей. Развернувшись на зов и реагируя на резкое изменение численности людей в ближайшей округе, четвертый отряд с лукавыми улыбками уставился на невиданный ранее эпизод измены. Известный всем по стоическим и максимально “правильным” убеждениям рыцарь, он же — заместитель главы Гильдии, убегал, не жалея ног и накинув на плечи тушу какого-то лошадинообразного гуманоида. Но важным было вовсе не это наблюдение. Главная ирония и пристрастие в виде внезапной сцены обнаруженного сексуального отклонения состояли в том, что храмовник умудрялся держать за руку неизвестную разумную кошку, которая, к тому же, едва поспевала за стражем в условиях снятых и удерживаемых в свободной руке штанов.

— Ох нихуя себе!, — завопили члены отряда все разом и в унисон, — да наш “зам” вовсе не такой и святой, как о том базарит, — они получали искреннее удовольствие от созерцания момента выделяемой вместе с потом маскулинности, сбитого от долго бега дыхания и драматизма полуобнаженного вида спасенной Германом “красавицы”. Они ждали чего угодно: голода, мора, убийства, сцен насилия, фатальной дискриминации, кровавой анархии, рабства и крайних проявлений беззакония, но только не героизма книжного толка, да еще и в лице самого настоящего паладина-фетишиста. Восторженные зрители паскудно свистели в такт разворачивающемуся сюжету нарастающего бессилия и покидающих рыцарское тело сил. Старательно подбадривая свежеиспеченную “пару” любовников на плотские свершения, они едва не пропустили появление в импровизированной пьесе представителей противоборствующего лагеря — звероподобных рогатых дикарей, скачущих воинственным табуном на вершителей любовного зарождения. Не смея противиться зову сердца и обязательствам перед гильдией, бойцы четвертого отряда молниеносно сократили дистанцию и встали пусть и малочисленной, но все же неприступной стеной между Германом и разгоряченными бандитами. Последние, повинуясь не то страху перед неожиданностью, не то традициям заблаговременного знакомства с потенциальными противниками, почти мгновенно остановились и принялись угрожающе топать копытами.

— Сука, — выругался накачанный здоровяк, вцепившись руками в стальные прутья над головой, — нахуя так быстро и нахуя сразу так много? Вопрос, казалось, был адресован Герману, хотя ответа на него отправитель явно не ждал.
— Пиздец, — поддержала Игла, с силой приложив ладонь ко лбу, — отправился на разведку и проебался на этапе знакомства с местными жителями? Не мог подрочить перед выходом что ли, а? Далась тебе эта кошка? Думать о такте и чувствах “любовников” не приходилось, ведь буквально одновременно со словами брюнетки один из разбойников вытянул мускулистую руку и, подняв копье над плечом, метнул его точно в грудь девушки. Последняя не была бы ученицей Квадрагинтиллиона, если бы не смогла легко и играючи уйти в сторону. Вонзившееся в землю орудие с неровным древком ознаменовало своим появлением отсутствие возможности на мирные переговоры. Впрочем, ринуться в бой ни одна из сторон конфронтации не успела. И причиной тому было громогласное, и многотонное приземление позади Германа и спасенных им монстров не самого большого, но оттого не менее внушительного красного дракона. С шебутным и слегка рассеянным взглядом, ящер инициировал кратковременное землетрясение, и, вместе с равновесием, выбил из присутствующих горячечную решимость. Опустив наглую габаритную морду над рыцарем, Гория с дружеским запалом облизал Германа и позволил спрыгнуть с себя командиру боевого отдела Гильдии Стражей.

— Герман, — проговорил Квадрагинтиллион, уверенно протоптав путь в сторону своих людей, — “эти” уродцы с тобой? На этом вопросе страж достал из глубокого кармана походного плаща масляную зажигалку. С презрением и едва уловимой улыбкой на лице, он уставился на копытных “преследователей” и просто зажег фитиль. В загоревшемся пламени умерли последние остатки смелости неразборчивых дебоширов.

Отредактировано К. Д. Ротт (2020-10-20 00:24:26)

+3

4

Люди, с которыми Кастиель остановился в каком-то здании - простые рабочие, что просто желали выбраться в место поспокойней. Мужчина без руки, с множественными ожогами на лице... Когда он говорил в мелких трещинках и рытвинах поблескивало что-то красное и влажное. С ним его жена - низкая, кажется лет на десять младше своего мужа. Немного тучная и косой чуть ниже лопаток. У них, кажется, ещё были шансы на спасение (с Касом-то).
Они все молчали, но двигались довольно координировано - мужчина расположился на втором этаже здания со своей пассией, а Кас искал, чем можно отбиться в случае необходимости - не сказать, что выбор велик. Над отверстием камина висел тупой клинок. Металлический, но совсем бесполезный. Лучше уж так.
До относительно безопасного "района" оставалось чуть меньше пятиста метров. Сразу за двумя поворотами и только бог знает, что может встретится им на пути - лучше быть... - Додумать не успевает.
- Ох тыж бля-я-я... - Кас не услышал, как неизвестный вошёл. - Какая прелесть, я хуею.
Кастиель разворачивается, выставляя вперёд железку. Перед ним неизвестная фигура в чёрной обтягивающей одежде - видно как двигаются мускулы под тряпьём. По кинжалу в руке. Лезвия из тёмного металла маслянисто поблескивают на свету. На его бедре висит чья-то бошка. Человеческая. Выставляет кортики перед собой, сгибаясь в коленях, поворачиваясь боком. Кончики лезвий постоянно уводит то влево, то вправо - он сжимал и разжимал кулаки.
- Милостивый государь, вы от волнения сделали этот полный драматизма жест или вы наставляете на меня оружие с целью убить?
Ответом послужил животный ор с улицы. Далеко и близко одновременно. Фигура вступает в бой...
Кинжалы мародёра превращаются в смертоносный вихрь. Удивительно, однако со стороны выглядит так, словно какая-то невидимая сила направляет Кастиеля. Опустить меч чуть влево, согнуть левое колено, парировать, отскочить… Ублюдок двигается легко и грациозно. Настоящая машина смерти. И лишь чудом медик отражает множество атак. Один из кинжалов удаётся выбить тяжёлым и тупым лезвием меча.
Вдруг, давая передышку друг другу, они отходят на расстояние пары шагов. Пот заливает глаза англичанина, лёгкие жжет огнем, а сердце бешено стучит, отдаваясь ударами в ушах. От усталости опускает клинок. Кажется, словно никогда не сможет поднять его…
Силы постепенно тают… Во рту пересыхает...
Вновь, почти без разбега неизвестный атакует. И, когда их разделяет всего один шаг, он падает на колени, ныряя под мечом Каса, скользя рядом, резко поднимаясь и вгоняя кинжал по самый эфес в... предплечье - Кастиель успел прикрыть своё ребро и кончик лезвия, что вышел рядом с локтем, смог поцарапать кожу рядом с рёбрами.
Их взгляды пересекаются. Кастиеля переполняет жажда мести, крови, убийства и насилия - в нём борется сразу тысяча негативных эмоций, хочется уничтожить ублюдка, что посмел напасть...
Бросает меч, сжимая кулак, чувствуя как меж пальцев капает что-то тёплое. Метает субстанцию в лицо мародёру...
Бедняга дергается, закрывает руками ошпаренное лицо, вопит от боли. Ветошь, которой он прикрывал лицо на манер повязки легко воспламенилась, но быстро потухла от его неаккуратных хлопков. Касу мало. Мужчина перед ним повержен, но он не способен противится этому желанию...
Всё будто оборвалось. С тихим утробным рыком, он вцепился в мягкую кожу шеи там, где пряталось адамово яблоко. С мерзким чавканьем зубы пробили кожу, а сильные челюсти сжимались всё сильнее и сильнее, наполняя рот алой влагой. Хрум. Хрящ сломался под зубами. И тогда, подобно псу, крутящими движениями, он рвал плоть шеи, пока с мокрым чавканьем не выдрал щитовидный отросток. Оставив тело с изуродованной шеей на полу, отполз в сторону. Рядом уже ошивались муж с женой, матерясь и одновременно вскрикивая.
Пора идти.
Поднимается, бурчит что-то себе под нос, ощущая кровь на губах и зубах. Его слушают и тихо следуют.
Удивительно, но им по пути никто не встретился - максимально лёгкая дорога, если не обращать на адскую боль в левой руке. Кортик так и продолжал торчать из раны, имитируя затычку. Стоит вынуть и Белому не прожить и пяти минут - истечёт кровью.
Когда до оплота остаётся около пятидесяти метров девушка бежит вперёд, отчего её грудь не самым скромным образом прыгала вверх-вниз. Мужчина же остался с Кастиелем, что шёл, тихо скуля и хныкая. Больно, на грани "терпимо".
- Помогите же, мать вашу! - Девушка стучит в импровизированную стену переулка ногой. За ней слышится отборная ругань и торопливые шаги. - Ахуеть... А-ху-еть... - Продолжает она.

Отредактировано Белый (2020-10-20 17:01:34)

+3

5

К чести антропоморфной представительницы кошачьих, несмотря на сверкание обнаженными ягодицами, она совершенно не пыталась надеть зажатые в свободной руке, порванные штаны. Эссен, конечно, старался следовать определенным манерам, принятым в приличном обществе, однако сейчас было совершенно не до них. Размеренно топая сапогами, он стремительно несся с тушей раненного коня на плечах, придерживая его за ноги. Сжимая второй рукой тонкое запястье магички и буквально волоча ее за собой. Она едва поспевала за ним, даже не морщась, когда ее босые ступни наступали на осколки стекла или битого камня. Рыцарь даже не успел обратить внимание, что сапоги с девушки тоже сняли.

Время, что затратил на преодоление расстояния,  заместитель главы Стражей в обратном направлении, было меньше раза в три. Еще бы, воин несся, словно дикий кабан. Выбивая из остатков мостовой тучи пыли, мужчина повернул голову налево. Знакомые голоса членов четвертого отряда, ничуть не таясь, разносились по округе и более того. Похоже, шутили над ситуацией. Резко остановившись так, что бедная дева неуклюже ткнулась в его плечо, заваливаясь набок. Эссен нахмурил брови, но вышло не особо внушительно. Вид портило учащенное хриплое дыхание. Подтащив магичку за руку, воин заставил ее выпрямиться, не давая упасть.

Зубоскалящие физиономии Лески, Секиры, голубоглазой Иглы и здоровяка со странной клеткой на голове, имя которого было Пернач. Все члены четвертого отряда. Собственноручно отобранные и воспитанные, если так можно выразиться, самим Бешеным Псом. Стоит добавить, что гильдия Стражей не представляла из себя некую, уж слишком формализованную организацию, с четкими уставами и обязанностями. Скорее, это были силовые отряды Боевого отдела, основанные на опыте и авторитете командиров ими управляющих, взаимодействующие с отделами Аналитики и Разведки. Архивы обеспечивали необходимое бумажное подкрепление всей работы. А все вместе, это и было гильдией. Не гнушающейся выполнять и наемные заказы. Охраняя экспедиции. Оказывая поддержку или добывая редкие ингредиенты и материалы. Да, важно, чтобы заказывающие были законопослушными и порядочными людьми. Остальное, менее важно..

Так вот, остановившийся Эссен, был слегка удивлен, тем, что четвертый отряд перебрался в Предместье. Ведь никаких сигналов о помощи он не посылал. Спросить же или поприветствовать соратников,  у рыцаря времени не было. Аккуратно сгрузив коня наземь, мужчина рывком развернулся к подоспевшим преследователям.

- Я не …кхм..кхмм.. – Рыцарь машинально начал отвечать на реплику девушки по имени Игла. Но во время откашлялся. – Рад вас видеть. – Флегматично заявил почти отдышавшийся Эссен, глядя на брюнетку, ловко уворачивающуюся от копья. Еще больше красок в ситуацию добавил шумно приземлившийся красный дракон, не особо больших размеров. Гория. Еще один член четвертого отряда. Прикрыв глаза, пока дракон здороваясь с Эссеном облизал ему лицо, воин лишь покачал головой. В воздухе витала явственная нотка безумия. Впрочем, как и почти всегда, в мире Сказки. – Привет, Гория. Я тоже рад тебя видеть.

Довершил картину, появившийся глава гильдии Стражей – Квадрагинтиллион Дхо Ротт, собственной персоной. Храбрость козлоногих преследователей дала ощутимую трещину. Вращая раскосыми желтыми глазами, они резко бросились на утек. Дергая длинными ушами..

- Разведка переросла во вмешательство? – Приподняв бровь, спросил Эссен. – Ладно, может оно и к лучшему. Прошу меня извинить. Если не вмешаться, дни сего существа сочтены. – Добавил рыцарь. Скорым шагом, возвращаясь к кошачьей девушке, склонившейся над своим спутником. Кошка успела надеть штаны, однако босые израненные ноги смотрелись не самым лучшим образом. Опустившись на колено подле раненного существа, Эссен осмотрел глубокую колотую рану. Разумный монстр умирал от кровопотери. Тяжко вздохнув, мужчина скинул с плеча вещевой мешок. Быстро вытаскивая жирно поблескивающий бальзам в пузатой бутылочке и рулон бинтов. Смяв ладонью пучок сухой травы, воин принялся усиленно жевать ее. Превращая в кашицу. Которой тут же заткнул рану. – Кровохлебка. – Пояснил Эссен на вопросительный взгляд магички, протягивая ей кусок бинта и жирную мазь. - Обработай ноги.- Смазывая бинт бальзамом и ловко накладывая на рану сверху повязку Герман выглядел особо сосредоточенным. Четкие, отточенные движения рыцаря внушали некоторое успокоение кошачьей. Не отвлекаясь от занятия, мужчина обратился к Бешеному Псу.

- Я рад видеть тебя Квадрагинтиллион, как и весь твой отряд. Однако, скажи мне, наш план изменился? – День обещал быть нервным. Главу гильдии Стражей прервали. Сегодня похоже всё прерывают. Нарастающий из-за разрушенных домов рев и топот, возвещал о том, что козлоногие рогатые ребята убежали не так далеко, собрав отряд числом в пару-тройку десятков особей. А то и более. И решили доказать всем собравшимся, чья это корова и кто ее доит. Даже не повернув головы, Эссен склонился над конем. Сейчас там и без него разберутся, а вот раненного одними травами и бальзамом не излечишь. Многовато крови потерял.

Прикрыв глаза, мужчина накрыл широкой ладонью рану на спине коня, стащив с руки перчатку. - Salve Regina. Salve, Regina, Mater misericordiae; Vita, dulcedo et spes nostra, salve. Ad te clamamus, exsules filii Hevae. Ad te suspiramus gementes et flentes in hac lacrimarum valle. Eia ergo, advocata nostra, illos tuos misericordes oculos ad nos converte. Et Iesum, benedictum fructum ventris tui, nobis post hoc exsilium ostende. O clemens, o pia, o dulcis Virgo Maria. – Лицо Эссена побледнело, а под глазами черной тенью залегла усталость. Однако, раненный задышал глубже и ровнее. Лицо кошки, напряженно следящей за рыцарем, озарилось слабым подобием улыбки. - Меня зовут Тари. А это Осван.  - Только и успела она сказать. Свистнувшая из-за плеча девушки, кривая стрела с грубо сделанным оперением пробила капюшон воина. Застряв в ткани и оставив на щеке Эссена неглубокую царапину. – Ну, это уже свинство какое-то. – Яростно прорычал заместитель главы гильдии. Поднимаясь с колена. Толкнув наземь, поднимающуюся за ним магичку. – Следи за своим спутником, Тари. И не спорь. – Бросил ей Эссен, рассматривая происходящее. Густо лезущие козлоногие вооружение грубоватыми мечами, палицами и молотами, наседали с нескольких сторон на бойцов четвертого отряда. Впрочем, те не выглядели особо напряженными. За углами домов, пользуясь безнаказанностью, расположилось пять или шесть рогатых лучников, с измазанными кровью лицами. Более всего Германа удивило трое кэйвов. Нехорошо посматривающих на Горию и подкидывающих в руках, огромные самодельные дубины, целенаправленно окружая дракона. Что они делали в Предместье было хорошим вопросом. Один из козлов, как их окрестил рыцарь, ловко протаранив Леску, ринулся в сторону раненого. – Да куда ж ты прешь.. – Раздраженно произнес Эссен, пребывая не в лучшем расположении духа. Обрушивая на шею козла полуторник. Оросив себя и соратника фонтаном мелких темно-красных брызг. – Где Ротт? Каков план? – Крикнул Герман, рывком поднимая Леску за руку.

- Хорошо ребята орудуют. Глаз радуется. - Еле слышно произнес Эссен самому себе. Сражаться вместе с четвертым отрядом ему еще не приходилось..

Кэйв

Кэйв

http://imgs.su/tmp/2013-01-26/1359177539-669.jpg

Злобные твари, живущие в лесах и пещерах. Защищены толстой шкурой, обладают прекрасным нюхом. В высоту достигают 2,5 метров. Предпочитают ближний бой, могут пользоваться примитивным оружием вроде дубинки.
Обычно живут группами. Договориться с ними невозможно.
Плохо видят на ярком свету, не обладают магией, но и сами не слишком к ней восприимчивы. Могут приручать волков или других мелких хищников, которые помогают кэйвам в бою.

Козлоногие

https://sun9-55.userapi.com/eaYygqn-Bz-rRw4-K514OD9vxyn2G2HpxDJsFg/erYLZho46_I.jpg

0


Вы здесь » Dark Tale » Сюжетные главы » [27.10 ЛЛ] Q: Две стороны одной медали.