Джейсона устраивала работа с Закари. Не смотря на заслуги перед Гильдией, Шандар давал себе отчет, что в обычной жизни он довольно бесполезен. Примерно на уровне собаки-компаньона. Вроде, взгляд умный, понимающий, какие-то простые вещи может делать самостоятельно, даже команды выполняет. А какашки после выгула все равно кому-то другому убирать приходится.
(c) Джейсон Шандар

Девчонки, чего, когда подрастают, за сахаром охотятся? Поэтому им на свидании конфеты дарят? И шоколадки? Чтобы тебя не слопали?
(c) Почуй-Ветер

Люди невероятны сами по себе, а вместе они собирались в единое целое, способное справиться почти с любой бедой..
(c) Эмиль

— Вот знавал я одну сестру милосердия , Авдотья звали, девчонка смазливая была, лет восемнадцать только только исполнилось, младше всего нашего брата почти, но ты только проверни чего, приобними или ещё чего, так она тебе потом так уколет, что хоть на стенку лезь, а присесть, неа , и стой весь день.
(c) Алексей Вольский

— Лист капудыни? — усмехнувшись и пожав плечами, тихо проговорил Вейкко. — Лично я считаю, что раз уж этот листик не способен привести к сокровищам или юной заколдованной принцессе, то это скорее лист бесперспективной капудыни. Лист беспердыни, черт возьми.
(c) Вейкко

Она никогда не делилась своим прошлым, мужчина даже за эти полгода вряд ли смог узнать хоть что-то стоящее, помимо возможности ящерицы находить неприятности на свою аппетитную задницу.
(c) Рене

— Вот знавал я одну сестру милосердия , Авдотья звали, девчонка смазливая была, лет восемнадцать только только исполнилось, младше всего нашего брата почти, но ты только проверни чего, приобними или ещё чего, так она тебе потом так уколет, что хоть на стенку лезь, а присесть, неа , и стой весь день.
(c) Алексей Вольский

— Зануда? Гм.. Да, говорили и не раз. Мои соратники считают, что одной из моих магических способностей, является атака монотонными витиеватыми речами, пока противник не сходит с ума. Ахахахахахаха… — На сей раз, Эссен раскатисто хохочет, хлопая себя по колену ладонью.
(c) Герман Эссен

В вечернее время в Сказке всегда начинает твориться всякое необъяснимое и жуткое непотребство. То за поворотом тебя тварь какая-то поджидает, то в тенях деревьев оживает что-то странное и не очень материальное, то ещё какая странность произойдёт..
(c) Дарий

Решив, что «убийца» не достоин жизни, люди также постепенно начинали обращаться с ним хуже, чем с диким зверем. Насилие порождало ещё большее насилие, вот только преступникам очень часто отказывали даже в базовых нуждах, что уж говорить о компетентной медицинской помощи. Виктор давно решил для себя, что невзирая на их проступки, не спрашивая и не судя, он будет им её оказывать. Потому что несмотря ни на что, они всё ещё оставались разумными существами.
(c) Виктор

Она никогда не делилась своим прошлым, мужчина даже за эти полгода вряд ли смог узнать хоть что-то стоящее, помимо возможности ящерицы находить неприятности на свою аппетитную задницу.
(c) Рене

Нет, они любили лезть в жопу мира. Иначе зачем вообще жить? Вообще от мира со временем достаточно легко устать, особенно если не соваться в его жопы. Но было бы неплохо из этой жопы выбираться с деньгами, да еще и с хорошими деньгами, чтобы там например меч новый можно купить.
(c) Керах

Ему замечательно спалось в канаве, учитывая, что в тот момент он был куда ближе к свинье, нежели единорогу, а то, что храп кому-то мешал — дык зря что ли изобретали такую замечательную вещь как беруши? И вообще это был не храп, а звуки прекрасной живой природы. Скотина он, в конце концов, иль где?
(c) Молот

Ротт не был бы самим собой, если бы так просто и безэмоционально забывал о долге и деле, которое умел и мог делать. А лучше всего ему удавалось то, что многие под прикрытием милосердия и некоего высшего блага не воспринимают всерьез: калечить, рубить, сражаться, умерщвлять и иным способом губительно воздействовать на внешний мир.
(c) К. Д. Ротт

Звали этого маститого мясного голема Дарий и, если Ротту не изменяла память, массивный и практически неподъемный меч за спиной у этого человеческого выброса применялся тем весьма часто. А это значило, что пользоваться он им, как минимум, умеет. И, конечно же, Бешеному Псу хотелось проверить сей тезис на собственной шкуре, а заодно и испытать бывшего сопартийца по гильдии на предмет личностного роста, и степени прогресса боевых навыков.
(c) К. Д. Ротт

Конечно многие посчитают странным то, что двадцатилетняя девушка приглашает детей в гости. Что такого интересного можно было найти в общении с детьми? Но Агнес — это несколько иной случай.
(c) Агнес

Вместо вытекающей крови — клубничное варенье. А вместо меня — каскадер, который сейчас встанет, отряхнется и пойдет дальше по своим делам.
(c) Джун Нин

Есть в этом что-то странное, полагаться на чужое зрение. Хотя оно как бы уже твоё собственное, но все равно это иная перспектива, ведь твои глаза всегда закрыты. Все сложно. Зато никогда не заблудишься. Ведь если смотришь на мир с высоты птичьего полета, всегда знаешь, куда приведет тот или иной поворот.
(c) Стрикс

путеводитель сюжет нужные гостевая правила о мире роли магия расы FAQ
❖ Гильдия Стражей ожидает беспорядки на фоне приближающегося Дня Зверя.
❖ Где-то в холмах неподалёку от Валдена, по слухам, поднялся из земли древний трон. Говорят, тот, кто просидит на нём всю ночь, утром встанет либо мудрецом, либо сумасшедшим.
❖ В поселении объявился отец Забин, весьма странный тип, который коллекционирует святые символы любых форм, размеров и конфессий. Всем известно — он каждый год начинает поклоняться новому богу. Одни говорят, что он шарлатан, другие же — что он может даровать благословение от любого известного бога. (подробнее...)
Октябрь года Лютых Лун
❖ Свет и жара от двух солнц негативно влияет на все окружение; невыносимая жара, гибель урожаев на фермах. Кое-где в Валдене начали плавиться дома..
❖ 29 сентября года Лютых Лун в парковом районе практически полностью уничтожено четыре дома, девять задеты взрывами и пожарами. Погибло семнадцать человек и фэйри, пострадало около тридцати, в том числе многие ранены не последствиями взрывов и пожаров, на их телах обнаружены колотые раны в жизненно важные органы.
❖ В ходе Совета Гильдий решили временно отказаться от войны с Ягой: в такую жару просто невозможно двигаться и что-то делать.

Dark Tale

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dark Tale » Личные главы » [18.07 ТН] Кровь и вино


[18.07 ТН] Кровь и вино

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

КРОВЬ И ВИНО

18 июля года Туманных Намерений

За стенами Валдена

Виктор & Моргана

https://i.pinimg.com/564x/82/4a/07/824a077b98bb9e5ba509040ecfd150eb.jpg

ПРЕДИСЛОВИЕ

Злые ведьмы порой тоже нуждаются в капле сочувствия.

Свобода Воли: нет.

+2

2

За пределы Валдена он вышел, потому что появились слухи о ведьме. Не самые надёжные, но учитывая то, что Виктор собственными глазами видел результат её вмешательства в чужую жизнь, проверить их стоило. Жертв он видел исключительно среди заключённых, попавших к ним совсем недавно, поэтому было не так удивительно, что расследовать эти инциденты никто особо не рвался. У каждого были свои проблемы, а дел хватало и среди простых мирных жителей.

С одной стороны, это немного раздражало Виктора, потому как преступники в его глазах тоже были людьми, которым нужна была помощь. С другой — винить кого-либо в отсутствии активных действий, учитывая почти нулевые доказательства причастности кого-то другого, было довольно-таки глупо и нелогично.

Поэтому, когда у Виктора появилось свободное время, он отправился посмотреть, правдивы ли слухи по поводу ведьмы. Сам он ничего толкового найти не надеялся — мало ли что могут рассказать только что пойманные убийцы просто потому, что им хочется иметь ещё один небольшой шанс оказаться на свободе. Что делали с теми, кто был самым матёрым, сотворив немыслимое, Виктор как-то не интересовался. Не хотел знать.

Пожалуй, в этом тоже заключалась его вина. Он не мог быть полностью сочувствующим, не понимая до конца, что делают с людьми, которых ему приходилось лечить. Не знание, впрочем, от ответственности никого и никогда не освобождало.

За воротами Валдена было солнечно и тепло. Шум высыпавшихся на улицу людей уступил место пению птиц и жужжанию насекомых. Редкие домики, тянувшиеся до самого горизонта — место проживания людей, любящих одиночество, — манили своим видимым уютом.

Место, о котором ему говорили, было не таким привлекательным. Стёкла дома были разбиты, дверь — снята с петель. Плющ покрывал прогнившие стены, врастая прямо в брёвна. А стоящее во дворе дерево приглашающе засунуло свою лапу внутрь.

— Хэй, есть здесь кто?

Виктор уверенно завернул во двор и замер на одно долгое мгновение. Его взгляду открылась одновременно прекрасная и ужасная картина — три человека не самого законопослушного вида, грязные, в потрёпанной, запылившейся от путешествия одежде, окружили осевшую на землю, хрупкую даму, по рукам и лицу которой катились крупные, алые капли крови.

В воздухе висел жутковатый запах, который Виктор встречал исключительно в морге. Страх сжал его сердце, страх за то, что если он не вмешается, эти нелюди закончат начатое. Оставят во дворе заброшенного дома труп.

— Пошли вон.

Виктор не повышал голоса. Выйдя, не скрываясь, он произнёс эти слова тихим, необычайно холодным для него тоном. И этого, по всей видимости, хватило. Испуганные собственными действиями, мужики переглянулись и, выкрикнув что-то в стиле «ведьма заслужила большего», припустили в сторону леса.

Он не обратил на удаляющиеся фигуры никакого внимания. Тоже, вероятно, один из его недостатков.

Его взгляд был прикован к пострадавшей. Быстро сократив разделяющее их расстояние, Виктор упал рядом с ней на колени и лихорадочно принялся ощупывать, мягко, чтобы не потревожить раны. Нашёл глубокую рану прямо под грудью и сцепил зубы. Ладонь легла поверх, а через прикосновение заструился уверенный поток его собственной магии. Вылечить таким образом не сможет, но приостановить кровь, дать чуть больше времени — скорее всего.

Капля в море, но видеть гибель незнакомки, держать в руках её остывающий труп — не хотелось совершенно.

— Подождите немного, я постараюсь доставить вас в Валден. Там вам окажут медицинскую помощь.

Голос Виктора принял свою обычную мягкую, ненавязчивую интонацию, омрачённую разве что подступающей паникой. Инструментов под рукой не было, сам он мог помочь ей только при помощи изъятия души. А что делать с телом? Не обработав раны, она всё ещё могла умереть.[icon]https://i.imgur.com/1LPLwJK.png[/icon]

Отредактировано Виктор (2020-06-02 11:17:32)

+2

3

Человеческая жестокость прямо пропорциональна человеческому страху. Нет ничего удивительного в том, что на хрупкую деву обрушился крепкий мужской удар только за трусливое уверование в злостные слухи о ее причастности к черному ведьмовству. И ведь угадали же! Скольких невинных девушек пострадало от мозолистых рук вершителей самосуда, прежде чем они наткнулись на настоящую?

Что-то деревянное и тупое приложилось к затылку, в глазах потемнело слишком резко. Она не успела заблаговременно осесть или подставить руки - тело рухнуло навзничь, начиная с грузного стука коленей о полуразвалившуюся плитку. Однако упасть целиком ей не позволили, сильные пальцы стянули волосы в кулак и рывком дернули назад. Она услышала запах намокшего от дождя металла, а язык рефлекторно слизал теплую каплю с верхней губы.

- "Наверно, я никогда не привыкну к привкусу собственной крови". - Промелькнуло в голове прямо перед тем, как спиной она врезалась в выставленное колено. Позвоночник пронзило тупой и ноющей болью, а дыхание перехватило на глоток. Люди становятся весьма изобретательными, когда дело касается садизма и расправы. Ведьма уловила сокрытые под кислым запахом злости и страха сладкие нотки удовольствия - гной, как правило, такой же сладкий.

Низкие и басистые выкрики, отдающие вчерашним перегаром, тонут за шумом собственной крови. Моргана редко вслушивалась в этот псиный лай плешивой своры, все они скулят и гаркают на один лад. Обвинение. Ярлык повинной и несущей гибель. Обещание жестокой расправы. И ликующий шепот. Победоносный клич. Смешно. - Вы собственноручно облачаете свою жалкую участь в пагубную оболочку.

Ироничный смешок срывается с алых, перекошенных губ сам собой, задавая новый запал ярости в свою сторону. Она никогда не считала себя мазохисткой. К той боли нельзя было привыкнуть до конца. Но острый язык не мог не удержать на себе очередную едкую колючку. Против природы не попрешь. Верно?

Фейерверк ярких вспышек боли утопил ее внимание, когда ей удалось вынырнуть на поверхность, первым кого падшая смогла заметить - красное яркое пятно с белым слепящим огоньком. Напоминало церковную свечу. Когда ресницы смогли разомкнуться от вязи собственной крови, Моргана видит слишком благородный лик для сих мест. - "Ну надо же. Такому принцу и белый конь не нужен".

Слабость от побоев отравляла вены. Она так и не легла на землю, но от того вид ссутулившейся женщины, неловко рассевшаяся меж собственных пяток, больше напоминал мокрую, больную птицу.

Жизнь казалось покидала несчастную, ее лоб клонился вперед, а чернявые капли, стекавшие с носа, заляпали дорогое одеяние дурака, что к ней сунулся с самоотверженным желанием помочь. Лучше бы он занес меч. Но был ли в этом смысл?

- Давно заручился привычкой лгать тем, кто обречен? - Женский глубокий голос отдается болезненной хрипотцой и тихим свистом на выдохах. Их взгляды встречаются, оказавшись в почти интимной близости. Ее грудная клетка грузно расширяется под тяжелым вдохом, тут же заструилась кровь меж пальцев мужчины. Он ее остановит, но словно бы в насмешку рана сперва замарала чистые рукава. Поверх тут же упала ладонь, настойчиво, но без силы в движении, незнакомка отстраняет его руку от себя.

- Чужая боль - дворняга грязная. Не трогай, детка, вдруг заразная. Не гладь, испачкаешь ладошки. Иди ка ты другой... дорожкой. - Скрипуче и насмешливо протянула женщина старый детский стишок, обманчиво мягкой улыбкой прогоняя своего спасителя. Зачем ему помогать? Только потому что так требует долг? Он ее не касается, ее страдания куда более эффективнее любого лечения, пускай и не так быстродейственны в заживлении. Или ему нужно предоставить ее перед своим судом живой и вменяемой? Занятные мысли приходят на ум, который вот-вот упадет в никуда. Сама того не ожидая, Моргана оседает в минутной бессознательности, обмякнув в мышцах. Она же должна была сейчас подняться, верно? Должна была.

Отредактировано Моргана (2020-06-05 02:59:40)

+2

4

В ответ на ироничные слова раненой Виктор слабо, но всё равно довольно-таки весело улыбнулся, учитывая ситуацию. Было заметно, что несмотря на собственное волнение, в руках он себя держит отлично. Не слишком паникует, не пытается совершать какие-то лишние действия, а размышляет — вполне себе критически, разумно.

— Эта привычка, миледи, спутник каждого врача, хоть раз сталкивавшегося с безнадёжными больными, — взгляд светло-голубых, почти серых в этом освещении глаз встретился с золотыми напротив. За отчётливо заметным беспокойством танцевали маленькие чёртики, как бы намекая на то, что несмотря на своё желание помочь, к ней он не был привязан настолько, чтобы терять после этого сон.

Виктор зажал её рану ещё плотнее, с удовлетворением замечая, что кровотечение постепенно начало замедляться. Боль, явно поселившаяся во всех частях её тела, должна была притупиться — тепло, расходящееся от руки целителя, медленно распространялось дальше, успокаивая, почти убаюкивая, сглаживая острые углы её страданий. Виктор старался, выкладывался по полной, не особо понимая, что этим может сделать только хуже — не до конца привык к Сказке. И не научился ещё спрашивать, когда его помощь требовалась, а когда — нет.

Латт Свадже и Стражи, впрочем, такую уступчивость не то, чтобы сильно взращивали в своих работниках. А Виктору пока и в голову не приходило, что чьи-то страдания могут быть кому-то полезны.

— Приподнимитесь немного. Нужно вас пересадить.

Его тонкие, белые пальцы зарылись в её волосы, скользнув вдоль скальпа, ощупывая с профессиональной ловкостью на предмет травм, а затем быстро перебрались ниже, на шею, мягко, стараясь не слишком сильно надавливать, ощупывая и её тоже.

— По спине вас не били? Хруста нигде подозрительного не слышали?

Не отрывая ладони от раны под её грудью, Виктор слегка отстранился, беглым взглядом осматривая приоткрытые слегка задравшимся платьем ноги, с удовлетворением отметив, что они, по всей видимости, не пострадали. А если пострадали, то выше колена, но с этим можно было разобраться немного позже.

Сейчас стоило задуматься о том, как её транспортировать.

— Я не рискну пытаться вас поднять не зная, какие именно повреждения они успели нанести, — снова склонившись к её лицу, Виктор мягко, успокаивающе улыбнулся, почти коснувшись кончиками собственных волос, упавших на глаза, когда он над ней склонился, её собственных, кое-где измазанных в крови: — Вы где-то поблизости живёте? Может быть знаете кого-нибудь, кто мог бы нам одолжить лошадь и телегу?[icon]https://i.imgur.com/1LPLwJK.png[/icon]

Отредактировано Виктор (2020-06-06 12:43:50)

+1

5

Последствие короткой потери сознания облизывала щеки холодком, а точеные скулы покрывало мелкими капельками испарины. Из неприятного, тянущего забытия ее увлекли мягкие и теплые прикосновения к вискам и голове. На мгновение галлюцинации рисовали образ солнечных лучей, что блуждали по ней от подвижности крон деревьев. Запах металла заменился родным запахом теплой и влажной почвы. Она раскрывает глаза. Лицо незнакомца слишком близко, но она никак не может различить его запах. Видимо слишком сильно расщедрились на удары нападающие.

- "Тебе меня не провести. Твоя доброта и тепло... Все это напускное, внутри тебя белая накрахмаленная и стерильная пустота. Ведь так?"

Убеждения и выдача ярлыков было тем, чем Моргана зачастую защищалась от своей искренней привязанности к людям.
Она поднимает голову, тянется вслед прикосновениям. Лживым, но влекущим сейчас. Она не верит. Но почему бы не поддаться. Обязательно отринет, но не сейчас, потом.

Скользя среди шелка золотых волос, пальцы добродетеля натыкаются на неприятную рану, вымазываются в крови женщины. Пятнают. Марают. - "Что, не слишком приятной оказалась леди в беде, не так ли?" - Ее взгляд замаслен и переливается потаенным янтарем, загадочно испытывающе, больше изучающий.

Она смотрела ему в лицо слишком долго, слишком проникновенно для простой незнакомки, для той, кто умирал на руках. Отвела нос чуть в сторонку, при этом не отрывая глаз.

- В этом нет необходимости. - Отстранено, будто в трансе и одновременно абсолютно отдавая себе отчет. Ладони ложатся поверх чужих предплечий отрывая от себя касания, но только не от раны главное - не хватило сил. Неуклюже, шатко, подобно престарелой гусыне, она поднимается на ноги. - Это бессмысленно. Никто из здешнего люда не поможет тебе в помощи для меня. - Она оглядела тихую деревушку. - Они боятся.

Ее стать шатка, а погружение в собственные мысли продолжительны.

- Лучше тебе уйти, вельможа, покуда у самого кости целы. Здесь не любят чужаков. - Зубы стискиваются, удерживая меж собой боль со смешком. Женщина выпрямляется и силится задрать подбородок в горделивой манере держаться. - Тебя это не касается.
Дыхание никак не выравнивалось, было поверхностным, Моргана не могла вздохнуть полной грудью. Бесилась, внутри. Его исцеление сбило ее собственное лечение, сделало ее зависимой от его поддержки. Плитка под ногами напоминала вату.

- Что ты здесь забыл? Разве твоя цель не где-то впереди... вельможа?

+1

6

Взглядом Виктор встретился с незнакомкой — тот у неё был странным, наполненным болью и в то же время — выражал нечто странное, проникновенное, чего сам он понять не мог. Не так сразу. И не пытался, главное. Важно было не то, насколько смешные и несуразные вещи та говорила. Важны были алые капли крови, сочащиеся между его пальцев. Её собственная жизнь, балансирующая в его глазах на самой грани.

Когда та решила подняться, Виктор всполошился. Обхватил руками её талию, придерживая — без какого-либо намёка на что-то странное, плотское. В его глазах плескалось исключительно простое, человеческое беспокойство. Волнение за её состояние. Страх оказаться бессильным перед надвигающейся гибелью.

— Что вы творите!? — тихий голос Виктора звенел от внутреннего негодования, казалось бы сдерживаемого едва-едва, скрытого за обманчивой вуалью мягкой податливости, внешней уступчивости. Взгляд, всё тот же, взволнованный, глаза — лихорадочно поблёскивают, — тем не менее выражал его твёрдость, бескомпромиссность.

— Не вам решать, где мне быть и что делать.

Выдохнув на удивление холодно, почти враждебно, Виктор поднырнул под её руку, устраивая нежное женское предплечье у себя на шее, а затем — привлёк к себе за талию, перенося часть её впечатляющего веса на себя. Охнул коротко, ощутив, что женщина в его руках — совсем не пушинка. Но отстраняться или оседать не спешил. Несмотря на свою видимую тщедушность — держал крепко, уверенно. Руки не подрагивали, не подавали признак слабины.

Конечно, сам её перетащить он бы точно не смог, но вот помочь — на это ему сил хватит.

— Почему они вас боятся? Что вы им такого сделали, что вас в буквальном смысле забить пытались?

Далеко — не увёл. Всё ещё опасаясь за её состояние, усадил на крепкие ещё ступеньки, ведущие в полуразвалившийся дом, и снова присел перед ней на корточки, заглядывая в глаза.

— Перед глазами не двоится? Не мутит?

Поднял три пальца, продемонстрировав их ей:

— Сколько пальцев показываю?

Очевидно, оставлять её на произвол судьбы Виктор не собирался. И дело было даже не в человеколюбии, а в собственной совести. Той небольшой части, которая отвечала у других людей за сочувствие, ответственность за чужую жизнь. Было нагло с его стороны — вот так сразу перекладывать благополучие незнакомки на свои плечи. И тем не менее, отвернуться, предоставить её своей судьбе он не мог. Это было не правильно.
[icon]https://i.imgur.com/1LPLwJK.png[/icon]

Отредактировано Виктор (2020-06-21 19:14:12)

+1


Вы здесь » Dark Tale » Личные главы » [18.07 ТН] Кровь и вино


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC