Джейсона устраивала работа с Закари. Не смотря на заслуги перед Гильдией, Шандар давал себе отчет, что в обычной жизни он довольно бесполезен. Примерно на уровне собаки-компаньона. Вроде, взгляд умный, понимающий, какие-то простые вещи может делать самостоятельно, даже команды выполняет. А какашки после выгула все равно кому-то другому убирать приходится.
(c) Джейсон Шандар

Девчонки, чего, когда подрастают, за сахаром охотятся? Поэтому им на свидании конфеты дарят? И шоколадки? Чтобы тебя не слопали?
(c) Почуй-Ветер

Люди невероятны сами по себе, а вместе они собирались в единое целое, способное справиться почти с любой бедой..
(c) Эмиль

— Вот знавал я одну сестру милосердия , Авдотья звали, девчонка смазливая была, лет восемнадцать только только исполнилось, младше всего нашего брата почти, но ты только проверни чего, приобними или ещё чего, так она тебе потом так уколет, что хоть на стенку лезь, а присесть, неа , и стой весь день.
(c) Алексей Вольский

— Лист капудыни? — усмехнувшись и пожав плечами, тихо проговорил Вейкко. — Лично я считаю, что раз уж этот листик не способен привести к сокровищам или юной заколдованной принцессе, то это скорее лист бесперспективной капудыни. Лист беспердыни, черт возьми.
(c) Вейкко

Она никогда не делилась своим прошлым, мужчина даже за эти полгода вряд ли смог узнать хоть что-то стоящее, помимо возможности ящерицы находить неприятности на свою аппетитную задницу.
(c) Рене

— Вот знавал я одну сестру милосердия , Авдотья звали, девчонка смазливая была, лет восемнадцать только только исполнилось, младше всего нашего брата почти, но ты только проверни чего, приобними или ещё чего, так она тебе потом так уколет, что хоть на стенку лезь, а присесть, неа , и стой весь день.
(c) Алексей Вольский

— Зануда? Гм.. Да, говорили и не раз. Мои соратники считают, что одной из моих магических способностей, является атака монотонными витиеватыми речами, пока противник не сходит с ума. Ахахахахахаха… — На сей раз, Эссен раскатисто хохочет, хлопая себя по колену ладонью.
(c) Герман Эссен

В вечернее время в Сказке всегда начинает твориться всякое необъяснимое и жуткое непотребство. То за поворотом тебя тварь какая-то поджидает, то в тенях деревьев оживает что-то странное и не очень материальное, то ещё какая странность произойдёт..
(c) Дарий

Решив, что «убийца» не достоин жизни, люди также постепенно начинали обращаться с ним хуже, чем с диким зверем. Насилие порождало ещё большее насилие, вот только преступникам очень часто отказывали даже в базовых нуждах, что уж говорить о компетентной медицинской помощи. Виктор давно решил для себя, что невзирая на их проступки, не спрашивая и не судя, он будет им её оказывать. Потому что несмотря ни на что, они всё ещё оставались разумными существами.
(c) Виктор

Она никогда не делилась своим прошлым, мужчина даже за эти полгода вряд ли смог узнать хоть что-то стоящее, помимо возможности ящерицы находить неприятности на свою аппетитную задницу.
(c) Рене

Нет, они любили лезть в жопу мира. Иначе зачем вообще жить? Вообще от мира со временем достаточно легко устать, особенно если не соваться в его жопы. Но было бы неплохо из этой жопы выбираться с деньгами, да еще и с хорошими деньгами, чтобы там например меч новый можно купить.
(c) Керах

Ему замечательно спалось в канаве, учитывая, что в тот момент он был куда ближе к свинье, нежели единорогу, а то, что храп кому-то мешал — дык зря что ли изобретали такую замечательную вещь как беруши? И вообще это был не храп, а звуки прекрасной живой природы. Скотина он, в конце концов, иль где?
(c) Молот

Ротт не был бы самим собой, если бы так просто и безэмоционально забывал о долге и деле, которое умел и мог делать. А лучше всего ему удавалось то, что многие под прикрытием милосердия и некоего высшего блага не воспринимают всерьез: калечить, рубить, сражаться, умерщвлять и иным способом губительно воздействовать на внешний мир.
(c) К. Д. Ротт

Звали этого маститого мясного голема Дарий и, если Ротту не изменяла память, массивный и практически неподъемный меч за спиной у этого человеческого выброса применялся тем весьма часто. А это значило, что пользоваться он им, как минимум, умеет. И, конечно же, Бешеному Псу хотелось проверить сей тезис на собственной шкуре, а заодно и испытать бывшего сопартийца по гильдии на предмет личностного роста, и степени прогресса боевых навыков.
(c) К. Д. Ротт

Конечно многие посчитают странным то, что двадцатилетняя девушка приглашает детей в гости. Что такого интересного можно было найти в общении с детьми? Но Агнес — это несколько иной случай.
(c) Агнес

Вместо вытекающей крови — клубничное варенье. А вместо меня — каскадер, который сейчас встанет, отряхнется и пойдет дальше по своим делам.
(c) Джун Нин

Есть в этом что-то странное, полагаться на чужое зрение. Хотя оно как бы уже твоё собственное, но все равно это иная перспектива, ведь твои глаза всегда закрыты. Все сложно. Зато никогда не заблудишься. Ведь если смотришь на мир с высоты птичьего полета, всегда знаешь, куда приведет тот или иной поворот.
(c) Стрикс

путеводитель сюжет нужные гостевая правила о мире роли магия расы FAQ
❖ Гильдия Стражей ожидает беспорядки на фоне приближающегося Дня Зверя.
❖ Где-то в холмах неподалёку от Валдена, по слухам, поднялся из земли древний трон. Говорят, тот, кто просидит на нём всю ночь, утром встанет либо мудрецом, либо сумасшедшим.
❖ В поселении объявился отец Забин, весьма странный тип, который коллекционирует святые символы любых форм, размеров и конфессий. Всем известно — он каждый год начинает поклоняться новому богу. Одни говорят, что он шарлатан, другие же — что он может даровать благословение от любого известного бога. (подробнее...)
Октябрь года Лютых Лун
❖ Свет и жара от двух солнц негативно влияет на все окружение; невыносимая жара, гибель урожаев на фермах. Кое-где в Валдене начали плавиться дома..
❖ 29 сентября года Лютых Лун в парковом районе практически полностью уничтожено четыре дома, девять задеты взрывами и пожарами. Погибло семнадцать человек и фэйри, пострадало около тридцати, в том числе многие ранены не последствиями взрывов и пожаров, на их телах обнаружены колотые раны в жизненно важные органы.
❖ В ходе Совета Гильдий решили временно отказаться от войны с Ягой: в такую жару просто невозможно двигаться и что-то делать.

Dark Tale

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dark Tale » Личные главы » [07.07 РП] Раз лисичка, два лисичка


[07.07 РП] Раз лисичка, два лисичка

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

РАЗ ЛИСИЧКА, ДВА ЛИСИЧКА

07 Июля года Радужной Птицы

Горы Хап, хижина Джун Нина

Джун Нин, Гуймихо

https://sun1-99.userapi.com/j4bwnqWnR0w-vjPC8VHXy113zRg9W-3a3yoW4A/5n-fY56u1M4.jpg

ПРЕДИСЛОВИЕ

Раз лисичка, два лисичка, три лисичка.
Или сказ о том, как в чей-то жизни внезапно стало слишком много лисичек.

Свобода Воли: нет

Отредактировано Джун Нин (2020-03-23 01:30:10)

0

2

Как же я докатился до жизни такой?

Подобный вопрос рано или поздно встает в жизни любого взрослого человека. Джун Нин, как личность вполне сформировавшаяся и самодостаточная, исключением из правил не был. Сидя на широком просторном крыльце собственного дома, он задумчиво рассматривал двух малышек-лисичек, беззаботно дремлющих у него на коленях. Лисичкам был всего год, но за это время малышки вымахали в двух прелестных девчушек и ростом практически доставали ему до середины бедра.

Лисички - Саки и Кики - в его жизни появились совершенно внезапно, заводить кого-либо, над кем нужно будет брать ответственность, целитель не планировал. Хватало ему и кота, который вырос полностью в хозяина - такой же самодостаточный и вредный. Но судьба-судьбинушка решила распорядиться иначе и ниспослала ему одного хитрого наглого товарища... Не нужны были ему помощники, говорил же ему! Он, Джун, сам прекрасно со всем справляется! Но, разумеется, никто его не послушал, и вот лекарь стал обладателем двух маленьких помощниц. Лисички были само очарование: послушные, умные не по возрасту, покладистые. Говорить научились быстро, хотя словарный запас все же оставался пока что скудным. На своего хозяина смотрели с таким обожанием, что Джуну становилось иногда не по себе. Ну не заслуживал он такого счастья. Тем не менее со временем к малышкам привязался и прикипел душою настолько, что заботился о них, как о собственных детях.

Фэйри вздохнул. С чужими выходками смирился он давно и возмущался скорее для виду. Он опустил ладонь, поглаживая одну из девочек по взъерошенным волосам и задумчиво глядя куда-то в сторону тропы, возвращаясь в своих воспоминаниях на год назад.

Внешний вид лисичек

https://sun1-47.userapi.com/gCZmjP9FrVPjjQnq5NhVkzcFn4OCU-MAUDci-Q/QsuU3scxDDg.jpg


В тот день так же ярко светило солнце, сам фэйри откровенно бездельничал, развалившись на крыльце на подушках в сиреневом ханьфу и потягивая холодное вино из своих запасов. Ничего не предвещало беды, он не ждал гостей или посетителей, однако эти самые гости решили нагрянуть сами и без приглашения. Вернее, один гость, визиты которого были внезапны, как стихийное бедствие, и обязательно имели под собою какую-либо цель. Впрочем, обычно ничего плохого эти визиты в себе не несли, скорее наоборот.

Белобрысую шевелюру Джун заприметил еще издалека. Белоснежные волосы на солнце сверкали жидким серебром, а привычно довольный оскал было видно даже отсюда, хоть их и разделяло расстояние в пару сотен метров. Любопытно, что же в этот раз привело Лиса к нему на гору? Тивад допил остатки напитка и отставил стакан в сторону, лениво подперев голову рукой в ожидании своего гостя.

- Ты сегодня еще более внезапен, чем обычно, - подал он голос, когда скрипнула калитка, впуская визитера. Не удержался все же от улыбки. - Неужели пришел на запах выпивки или наконец какие-то более важные дела?

Отредактировано Джун Нин (2020-03-23 01:26:25)

+3

3

Гуймихо часто не покидали две шальные мысли: что там делает на своей горе Джун? И как он справляется со всем этим один? Лис долго думал над тем, как удовлетворить своё любопытство. И вот однажды утром совершенно внезапно пришёл универсальный ответ на эти два вопроса. Чтобы убить двух зайцев за раз вам нужно просто достать… две лисы.

От досады мужчина хлопнул себя по лбу – как он мог не додуматься до этого раньше?! Подскочив с кресла, он начал ворошить содержимое старой шкатулки, в которой хранил различные амулеты, талисманы и прочие безделушки для простеньких ритуалов. В этом хаосе трудно было найти что-то нужное, но в конце концов Гуймихо выудил на свет две цветные ленточки и исписанные ровным почерком бумажные заготовки.

Немного шерсти с собственных хвостов, немного магии и терпения – и перед холдом сидели и виляли хвостиками два рыжих лисёнка. Хорошенькие – прям загляденье, Гуймихо бы предпочёл оставить их себе, но раз уж решил сделать Джуну подарок, то придётся оторвать этих пушистых принцесс от сердца.

Пищащие лисята отправились за пазуху и довольно заурчали, почувствовав тепло и безопасность. Перед этим Гуймихо успел собрать небольшую котомку с различными вкусностями, в основном – сладостями, для Джуна. Лис никогда не приходил в гости с пустыми руками, обязательно притаскивая с собой различную снедь и выпивку.

Гораздо удобнее было бы превратиться в лиса и доскакать до жилища Джуна, но из-за ноши пришлось идти на своих двоих. Однако это не испортило настроя девятихвостого, и тот бодро топал по горной тропе, насвистывая себе под нос весёлую мелодию. Лисятам мотив пришёлся по нраву, и они иногда попискивали, порой даже попадая в ноты.

Оказавшись достаточно близко к хижине тивада, лис ощутил на себе пристальный взгляд. Ах вот он, прохлаждается на солнышке аки ленивая ящерица. Гуймихо довольно оскалился и втянул носом воздух – ветер принёс ароматные винные нотки. Значит, девятихвостый пришёл как нельзя вовремя!

- И даже ведь не поздоровался, вредная ты ж ящерица, - весело прикрикнул холд, свободной рукой ставя котомку с угощениями перед Джуном.

- Вино – это здорово, но у меня к тебе куда более интересное дело,  - Гуймихо с трудом сдерживал смех, -  присмотри за детьми, а?
В этот момент две наглые лисьи моньки выглянули из-за пазухи мужчины и звонко тявкнули на тивада, словно здороваясь с ним.

+3

4

- И даже ведь не поздоровался, вредная ты ж ящерица.

- Я не вредный, у меня сберегательный режим, - парировал тивад, заинтересованно приподнимаясь и подаваясь вперед к котомке. Заглянул под тряпочку, которой та была накрыта, и удивленно присвистнул, обнаружив кучу съестной снеди. Впрочем, лис никогда с пустыми руками к нему не приходил, обязательно притаскивал если не еду, то хотя бы выпивку. А уж пойло у него было отменное и, судя по всему, отнюдь не дешевое. Оставалось только гадать, откуда он его берет.

- Что-то подсказывает мне, что скоро с горы я буду катиться в форме шара, - тихо посмеялся, похлопывая по пузатенькой и очень тяжелой корзинке. Выражать благодарность словами было без надобности, взгляд фэйри говорил сам себя. - Можно считать, что ты вовремя, - он кивнул на початую бутылку, которую только едва-едва успел пригубить. - Присоединишься?

- Вино – это здорово, но у меня к тебе куда более интересное дело.

Джун аж сел от такого заявления и очень удивленно покосился на холда. Чтобы Лис да отказывался от выпивки? Да никогда такого не было! Тивад даже шутил пару раз, мол, чтобы призвать Гуймихо, достаточно щелкнуть крышечкой от бутылки с чем-нибудь покрепче, и тот как чертик из табакерки моментально появится на месте. Так вот. Куда они дели настоящего Гуймихо?? Неужели в кои-то веки для этой хитрой морды и правда может быть что-то более важное. Фэйри чуть склонил голову на бок в немом вопросе, выжидающе глядя на собеседника, как ответ не заставил себя ждать. - присмотри за детьми, а?

- Дет... Детьми? - Джун аж икнул от неожиданности, уставившись на самодовольную морду с клыкастой лыбой до ушей и гадая, не припекло ли холду часом головку, пока тот добирался до его жилища. - К-какими еще деть... - договорить он не успел.

Внимание лекаря тут же привлекло шевеление за пазухой Лиса. Ожидая увидеть человеческого ребенка, фэйри на мгновение даже растерялся, когда показались две маленькие... лисьи мордочки? Сложная мыслительная деятельность так явно отражалась на лице тивада, что без смеха наверное не взглянешь. Он недоверчиво покосился на Гуймихо, на пищащих лисичек и снова на Гуймихо. Вскинул вопросительно брови:

- Не говори мне, что это твои... - и когда только успел обзавестись? Джун на самом деле не шибко разбирался в том, как должны выглядеть дети у холдов, не доводилось ранее сталкиваться, а уж распрашивать и подавно. Почему-то ему казалось, что от человеческих детенышей они не сильно отличаются, но тут же по всем признакам звереныши. Весьма милые звереныши, должен был признать он. - А где их... эм... мамка? - чувствуя себя донельзя глупо, спросил фэйри, поднимаясь с нагретого пола, чтобы быть примерно на одном уровне с любопытными мордашками. Лисички рассматривали новое лицо с интересом, пыхтели, ворочались за тканью, поблескивая глазками-бусинками. В душе тивада шевельнулось какое-то незнакомое трепетное чувство, которое тот поспешил загнать подальше, не изменившись в лице.

+2

5

- Ну всё, ты раскрыл мой хитрый план. Закормлю тебя до состояния шара, вот ты и скатишься со своей горы, - засмеялся девятихвостый. Взгляд его практически не сходил с бутылки вина в опасной близости от него. По одному только лёгкому аромату он мог определить, кем, в какое время года и сколько выдерживалось в бочке это пойло. Ни в какое сравнение с работой виноделов из Валдена и тем более с запасами девятихвостого, но содержимое бутылки было стоящим.

Но не ради вина он здесь, а ради реакции Джуна. Так что Гуймихо оставалось усесться поудобнее, достать из котомки вкусняшки и наблюдать.
- Да, мои, - не выдержал и прыснул со смеху девятихвостый, наглаживая макушку одного из лисят. Тот в шутку принялся пытаться куснуть пальцы «родителя», - только сегодня по сути народились.

Получив крепкий такой кусь за палец, Гуймихо перестал дразнить лисёнка и выпустил зверёнышей наконец из-за пазухи на волю. Одного из них холд поднял и бесцеремонно вручил Джуну. Рыжая бестия сначала принялась недовольно пищать, а потом вдруг резко заинтересовалась руками тивада – как запахом, так и вкусом, так что вскоре, где только лисёнок мог достать, Джун был облизан и слегка попробован на зуб.

- Нет у них мамки, вот я и подумал… - девятихвостый отогнал от корзинки другое мелкое пушистое рыжее чудовище, которое слишком сильно проявляло интерес к съестному внутри. Вроде бы духи, но покушать, судя по всему, тоже были не против. – Ты бы неплохо подошёл на эту роль.

Пока Джун «переваривал» полученное предложение, лис спёр его бутылку вина и налил себе в стакан немного поила. То неплохо приятно пахло чем-то кисло-сладким, и Гуймихо не стал терять время попросту, пригубив стакан и оценив вкус. Затем, открыв корзинку, холд выудил из неё кусок домашнего сыра и отрезал от него кинжалом часть. Вот теперь, когда у него была выпивка и закуска, наблюдать за происходящим было куда интереснее.

+3

6

- Чтобы вытащить меня с этой горы, одной еды будет маловато, - с улыбкой парировал Джун, слегка лукавя душой. На самом деле за еду этого человека - лиса, точнее, - он готов был чуть ли не отдасться. За годы знакомства тивад успел познакомиться с его готовкой поближе и, о боже, как же восхитительно тот готовил! Лучшие повара Валдена в подметки ему не годились, безрукие дилетанты с отсутствующим вкусом. Джун даже пару раз пытался выведать у него, в чем же секрет, но что Гуймихо лишь загадочно скалился и умалчивал, ловко меняя тему. Наверняка какая-то особая лисья магия, не иначе.

— Да, мои. Только сегодня по сути народились.

- Да ты тот еще ловелас, оказывается, - рассмеялся целитель, смешливо поглядывая на девятихвостого. - Надеюсь, ко мне не заявится толпа разьяренных красоток с обвинениями в том, что я увел их мужчину?

Ему в руки пихнули одного из лисят, и Джун растерянно заморгал, глядя на пищащий комочек меха. Лисенок ворочался, сопел, пыхтел забавно, хватался за его пальцы и пытался пробовать их на зуб. Тивад от умиления едва не расплавился, когда любопытный нос ткнулся ему в грудь, обнюхивая.

– Ты бы неплохо подошел на эту роль.

- Я - что?..  - поперхнулся воздухом и бросил возмущенный взгляд на донельзя довольного холда. Скулы вспыхнули красным, и лекарь смущенно кашлянул в сторону, опускаясь обратно на подушку и усаживая лисенка на свои колени. - Уверен, что это хорошая идея? В смысле, оставлять их у меня, - ласково прошелся ладонью по макушке малыша, приглаживая. Вполне можно было понять его волнение, потому что живущее по-соседству проклятье вполне могло добраться и до этих маленьких созданий. Джуну очень не хотелось бы, чтобы тьма сотворила с этими милыми комочками нечто ужасное. Пусть ему удавалось держать ее под контролем большую часть времени, но чем черт не шутит.

- Они очаровательные, - улыбнулся, потянул лиса за рукав и оставил поцелуй в уголок губ, чувствуя  на них привкус только что выпитого вина. Услышал недовольный писк и обратил внимание на мелкого, который настойчиво дергал его за ханьфу и тянул к себе, задирая мордочку. - Отлично, теперь меня будут ревновать к тебе! - со смехом чмокнул пищащий комок в макушку.

+3

7

Лис успел прикончить половину бутылки вина и отрезанный кусок сыра, когда спохватился и решил всё-таки не объедать и без того тощего, по его скромному мнению, тивада. Уж слишком увлекательной была возня Джуна с маленькими лисятами, Гуймихо и подумать не мог, что пушистые комки меха произведут такой эффект. И всё-таки юноша слишком одичал на своей горе, и холд теперь это прекрасно знал. Знал, и был готов этим пользоваться сполна.

- Не бойся, красотки уж точно не смогут подняться на эту гору, не говоря уже о том, что мне некогда крутить романы. Как никак у меня есть лавка, которую надо поддерживать, и прекрасный дракон в горах, которого нужно кормить, - лис накрыл корзинку обратно тканью и отставил её в сторону. Сейчас явно было не до еды – всё внимание Джуна было приковано к лисятам, и тут сам Гуймихо ловил себя на мысли о том, что ревновал тивада к ним, отчётливо проявляя это раздражённо подёргивающимися хвостами.

Однако поцелуй явно смог задобрить ворчащего лиса.

- Они – осколки моей души, смешанные с мехом, сеном и особой лисьей магией, - довольно заурчал девятихвостый, легко касаясь места поцелуя подушечками пальцев. Этого было явно недостаточно, мимолётное прикосновение губ только раззадоривало Гуймихо, и его мысли начинали удаляться от пищащих рыжих комочков, - это маленькие искорки, дай им любовь и заботу, и они воспылают ярко. Издалека тьма не помеха, только не пускай их в саму пещеру, а то точно погаснут.

- Подумать только, мои же осколки души не дают мне целовать мою же драгоценную ящерку! – шутливо заворчал Гуймихо, когда пушистый комочек недовольно зарычал, стоило «отцу» склониться над Джуном. Но даже крошечные зубки не могли остановить раззадорившегося лиса.

- Я уже говорил, что люблю тебя? – тихонько заурчал девятихвостый прямо в губы юноши, прежде чем утянуть его в долгий и глубокий поцелуй.

+3

8

- ...и прекрасный дракон в горах, которого нужно кормить, - Джун неловко кашлянул в сторону, будучи всегда безоружным перед таким откровенным флиртом.

- И как обычно, твои речи слаще самого сладкого меда, лис, - поглядел на него, скрывая смущенную улыбку за рукавом ханьфу. Гуймихо превосходно умел играть словами, как и полагалось хитрому созданию его вида, и сколько тивад не пытался держать совершенно невозмутимое лицо, раз за разом все равно чувствовал смущение. - В этом году обещается хороший урожай. Голодным на зиму точно не останусь, - Джун кивнул в сторону заборчика, за которым раскинулся небольшой клочок земли, вскопанной и засаженной его собственными руками. - Если жара не убьет посевы, конечно же. В прошлом году, кажется, было прохладнее в это время года...

Один из лисят настойчиво пытался добраться до корзины и засунуть в нее свой любопытный нос, и тивад, тихо посмеиваясь, выудил оттуда кусочек сыра и протянул малышу. Лисенок, обрадовавшись, довольно заурчал и впился махонькими зубками в подношение, явно будучи занятым на некоторое время. Второй же, до этого сидевший на коленях Джуна и пытающийся ревностно покусать второго "отца", тоже унюхал еду и, издав возмущенный писк, кубарем скатился с парня, едва не устроив со своим близнецом драку за сыр.

- Теперь я вижу, что они точно часть тебя, - хохотнул тивад, с умилением поглядев на детишек. Разняв малышню, он вручил и второму лисенку такой же кусочек, чтобы не цапались друг с другом, после чего вернул свое внимание к холду, который все это время взгляда с него не сводил. Такого же голодного, которым на еду обычно смотрит.

— Подумать только, мои же осколки души не дают мне целовать мою же драгоценную ящерку!

- Не говори мне, что теперь ты будешь к ним ревновать, - тихо хихикнул, обвивая руками шею склонившегося над ним лиса и заглядывая в разноцветные глаза. Ладонью скользнул вдоль его щеки, едва ощутимо касаясь кожи самыми кончиками пальцев, огладил скулу и висок. - Говорил. Но можешь сказать это еще раз, - совсем тихо прошептал в его губы, притягивая ближе к себе и отвечая на весьма горячий поцелуй. Ладонь опустилась на голову мужчины, пальцы запутались в серебристых длинных прядях, поскребли короткими ногтями кожу на затылке и сместились к длинному пушистому уху, мягко почесывая и поглаживая за ним.

+3

9

- Ну уж точно я не стану ревновать тебя к нашим же детям, - довольно заурчал девятихвостый, ластясь и потираясь щекой о гладящую его ладонь. Лисья возня под боком совершенно не смущала и не отвлекала, пусть пушистые комки и решили устроить себе игровую площадку среди пышных хвостов родителя. Поцелуй слишком вскружил ему голову – холд был готов вспыхнуть как факел и сжечь всё на километры вокруг, и потому он впивался в чужие губы пылко и жадно, немного кусаясь и словно боясь, что тивада у него отберут в любую секунду.

- Я люблю тебя, Джун Нин, - горячее сбитое дыхание лиса обжигало, а голос отдавал то ли хрипотцой, то ли звериным рыком. В такие моменты первобытные дикие инстинкты срывались с цепи и пускались в пламенный пляс. Гуймихо опустился немного ниже, покрывая влажными поцелуями и слегка царапая гипертрофированными клыками нежную кожу Джуна. Он не мог не задержаться рядом с пульсирующей жилкой, оставляя рядом с ней пунцовую метку. Лис чувствовал, как под этой шелковистой хрупкой обёрткой трепещет жизнь и с трудом сдерживал себя, борясь с желанием впиться в глотку своего самого любимого создания в Сказке. – Я готов повторять это сотни раз на дню в течение ближайшей тысячи лет.

Руки девятихвостого легко распутали узел на поясе, и тот мягко соскользнул на землю, сразу же став предметом интереса для пушистых рыжих комочков, попытавшихся его тут же утащить. Но Гуймихо был слишком занят тем, чтобы избавить Джуна от его ханьфу или хотя бы дать возможность когтистым лапам скрыться под тканью, оглаживая рельеф чужого тела. И всё-таки не зря мужчина кормил его – за последние годы тивад перестал походить на нежить, нарастил мяса на торчащих рёбрах, и теперь их было не стыдно хотеть укусить.

- Пойдём в дом, - девятихвостый едва ощутимо коснулся губами уха любовника и легко, словно пушинку поднял того на руки, держа будто девицу из благородного дома. Хотя, тут больше бы подошло сравнение с сокровищем, единственном в своём роде. Гуймихо держал тивада крепко, безоговорочно отметая всякую возможность того, что он уронит юношу.

- Я, конечно, не боюсь лишних глаз, тем более здесь, - лис растянул губы в пошлой донельзя ухмылке, - но в твоей спальне нам будет удобнее.

Одного лишь кивка головы хватило, чтобы лисята унеслись в дом, пугая кота и кубарем катясь через порог. Им будет чем заняться и что погромить, пока взрослые заняты друг другом.

+3

10

Чужой горячечный шепот заставлял покрываться мурашками бледную кожу тивада, а на скулах уже прочно и надолго поселился румянец. Джун с тихим неловким смешком слегка запрокинул голову, подставляя свою шею под жаркие поцелуи и ощутимые укусы лиса, отгоняя мимолетную мысль о том, что наверняка останутся следы.

- Всего лишь тысяча лет? Чего ж так мало? - мурлыкнул с притворным огорчением, взъерошивая чужие волосы, путаясь пальцами в длинных шелковистых прядях, пока лис был занят настойчивым изучением его шеи. Дыхание против воли сбилось, и Джун опустил взгляд, встречаясь глазами с полыхающим огнем в глазах холда, с самым настоящим пожаром, который жадно, неистово пожирает леса, оставляя после себя лишь пепелище. В груди замерло что-то от этого взгляда, защемило остро-остро где-то в районе сердца, а потом зашлось с новой силой, прокатилось волною по телу.

Верхняя часть ханьфу легко соскользнула вниз, бесполезной тряпкой упав у их ног рядом с широким поясом. Тивад непроизвольно вздрогнул от горячих ладоней, с нажимом прошедшихся по его торсу, слегка задевая тонкую кожу своими когтями - а когти у лиса были отнюдь не маленькие. Джун уже ворчал не один раз по этому поводу, когда залечивал особо глубокие царапины, оставшиеся по всему телу от чрезмерно страстного и временами забывающегося любовника.

Целитель ойкнул от неожиданности, когда эти самые руки уверенно сгребли его и подняли в воздух, как какую-то хрупкую девчонку - ему пришлось прижаться и ухватиться за шею девятихвостого, чтобы не упасть, хотя вряд ли тот позволил бы этому случиться.

- Ну чего ты меня таскаешь, я ведь не женщина, - ворчливо пробормотал в его шею и в отместку прошелся по ней губами, ощутимо прикусывая чуть пониже уха. Зализал следом оставленную метку и чуть отстранился, удовлетворенно рассматривая алеющее пятнышко на коже, пока Гуймихо с легкостью нес его тушку в дом. - И когда это лишние глаза были для тебя преградой, хм? - задумчиво протянул, когда их маленькое путешествие окончилось в спальне, опустившись наконец на постель. На кухне что-то грохнулось, послышалось возмущенное кошачье шипение, и тивад не сдержал смешка: - Придется потом убирать погром за ними. Ну же, иди сюда, - цапнул лиса за воротник и настойчиво потянул на себя.

+3

11

Гуймихо довольно фыркнул и дёрнул ухо, ощутив, как в его шею своими крошечными зубками вцепилась вредная ящерка. Эту очаровательную мстительность он безмерно любил и не переставал ей умиляться.
- Разве только женщины заслуживают, чтобы их носили на руках? Я имею полное право это делать с кем-либо, кого я люблю, вне зависимости от пола. Оставь эти предрассудки людям, - резко склонился в сторону философии девятихвостый, задумчиво рассуждая. Для большинства фейри, с их значительно ограниченными способностями к размножению, отношения явно были чем-то более глубоким, чем для тех, кто родился в результате слияния половых клеток. И Гуймихо, несмотря на его специфическое восприятие мира и его обитателей, не был исключением.

Уложив Джуна на кровать, лис навис над ним, практически вжимая в постель. От прелюдий отвлёк шум с кухни – маленькие чудовища уже нашли, что разгромить. Почему-то Гуймихо был уверен, что это была чашка. Наверно, дело было в воспоминаниях о первой встрече с тивадом. От нахлынувшей нежности девятихвостый не мог не улыбнуться.

- Они слишком маленькие, чтобы принести значительный ущерб, - заурчал он, едва успевая скинуть с себя верхнюю часть одежды, оголяя исщебленный шрамами торс и оставаясь в начинавших казаться чересчур узкими штанах, прежде чем вновь прильнуть к губам тивада. Рука Гуймихо опустилась значительно ниже, касаясь через ткань чужой плоти и несильно сжимая на ней ладонь.

- Хочу попробовать тебя на вкус, - практически шёпотом заявил лис, медленно, словно дразня, оставляя на теле Джуна дорожку из поцелуев, уделяя особое внимание некоторым особенно притягательным для Гуймихо участкам: покусывал ключицы и выступающие кости таза, ласкал языком соски, шумно вдыхал аромат чужой кожи, аки истинный гурман наслаждаясь процессом. – Хочу вкусить каждый миллиметр твоего тела.

Гуймихо ввиду своего пылкого характера не мог не спешить. Ему хотелось резко сорвать остатки одежды с Джуна, но вместо этого он медленно стянул её, с насмешливой ноткой во взгляде заглядывая в лицо юноши, как будто спрашивая дозволения, которого раньше почему-то ему не требовалось. Возможно, это было частью задумки девятихвостого, у которого были явные планы на сегодняшний вечер.

+3

12

- Прекрати, - тивад легонько щелкнул лиса по носу, когда тот внезапно ударился в пространственные размышления насчет полов. - Тебя куда-то не туда унесло. Это просто был намек на то, что ты меня смущаешь, когда начинаешь таскать на себе аки принцессу, - улыбнулся ему, огладив скулу и убрав упавшие на его лицо пряди волос. Кровать тихо жалобно скрипнула, явно не рассчитанная на то, что на ней попытаются уместиться двое взрослых мужчин, и Джун уже не первый раз задумался о том, чтобы приобрести постель побольше. Особенно учитывая... частоту визитов одного девятихвостого создания и то, чем чаще всего они потом заканчиваются.

— Они слишком маленькие, чтобы принести значительный ущерб.

- Этого хватит, чтобы побить мою посуду, - рассмеялся, приподнимаясь на локтях и окидывая взглядом оголяющийся торс любовника. Джун придвинулся ближе, ладонями словно прикипел к горячей, в разы жарче, чем у него самого коже, кончиками пальцев пробегаясь по каждому неровному шраму или рубцу. Некоторые из низ были застарелыми, другие же появились после их знакомства, а третьи целитель вообще штопал самолично пару раз. Тем не менее он знал происхождение почти каждого, и не мог удержаться от того, чтобы нежно оглаживать один за другим, словно пытаясь забрать оставленную на шкуре чужую боль и печаль этими касаниями. Прижался, потерся щекой о живот, едва не урча, словно кот, запрокинул голову, глядя в лицо лиса.

- В такие моменты мне начинает казаться... ох... что ты хочешь меня съесть, - сбивчиво прошептал тивад, откинувшись обратно на постель и выдыхая от чужих ладоней, скользящих по его телу. От обжигающих губ, в самом деле неторопливо изучающих каждый миллиметр его кожи, заставляя податливо выгибаться навстречу и с тихими полустонами кусать губы от томительной ласки. Взгляд, которым пожирал его лис, сводил с ума, порождая в груди жар, постепенно охватывающий собой все тело, будто стихийное бедствие. Пожар, который не хочется тушить, а напротив - в котором он желал сгореть без остатка. И он уже горел и не мог остановиться.

Словно дразнясь, Гуймихо издевательски медленно избавлял его от одежды, и Джун плавился под каждым его прикосновением, кусая губы и не сводя с него взгляда из-под ресниц, позволяя тому делать с собой все, что заблагорассудится. Оставшись, наконец, без мешающих тряпок, целитель поерзал немного, ежась от прохлады по коже, поймал одну из длинных прядей, серебристой волной рассыпавшейся по плечам лиса, и потянул к себе, вынуждая того склониться еще ниже, чтобы впиться в его губы довольно жарким поцелуем.

Отредактировано Джун Нин (2020-07-19 21:51:01)

+3

13

— Этого хватит, чтобы побить мою посуду.
— Значит, я куплю тебе новую. Я достану для тебя всё, что захочешь, чего бы мне это не стоило, - Гуймихо судорожно втягивал воздух, то и дело прерывая фразу, когда шустрые пальчики Джуна задевали свежие и оттого всё ещё чувствительные рубцы на его теле. То ли природное очарование, то ли особая магия целителя сводили девятихвостого с ума, стоило тому коснуться полученных холдом в боях дефектов. Вся эта искренняя любовь и забота опьяняли старого фейри, подстёгивая в нём жажду жизни и распаляя внутреннее пламя ещё сильнее.

Снова жаркий поцелуй, который не даёт лису укусить наглого тивада за руку за то, что тот тягает его за волосы. Никому нельзя трогать волосы, кроме Джуна, но даже он не имеет права дёргать за белоснежные пряди. В качестве мести Гуймихо укусил нижнюю губу провинившегося любовника, тут же зализывая выступившие крошечные капельки крови.

- Ты очень близок к истине, - демонстративно облизнулся лис, отстраняясь и устраиваясь между ног тивада. Не считая промашки с волосами, Джун вёл себя более, чем хорошо, и потому заслуживал небольшую награду, пусть всё нутро Гуймихо требовало отжарить эту ящерку до состояния well done.

Склонившись над возбуждённой плотью, лис убрал мешающиеся пряди с лица. Брать в рот целиком он не спешил, сначала просто касаясь губами головки. При этом он старался не сводить бесстыжего взгляда с лица Джуна, внимательно изучая реакцию: каждую эмоцию, вздох, стон. Игривое настроение холда выдавала не только плохо скрываемая ухмылка, но и возбуждённо виляющие хвосты, которые явно жили своей жизнью.

Природа не обделила Джуна не только талантами к целительству, так что помимо чрезвычайной осторожности с зубами, лису пришлось следить за тем, чтобы собственная глотка была расслаблена. Пусть жизнь и потрепала холда, мастером в этом деле он назвать себя не мог, и поэтому рисковал подавиться. В какой-то момент Гуймихо закрыл глаза, внимательно прислушиваясь к издаваемым звукам, помимо собственного безгранично пошлого причмокивания и тяжёлого дыхания.

Отредактировано Гуймихо (2020-07-19 23:01:00)

+3

14

Довольно ощутимый укус заставил тивада вздрогнуть, тихо зашипеть и отстраниться, недовольно зыркая на лиса из-под челки, слизывая с губ выступившие солоноватые капельки - зубы у Гуймихо были отменной остроты. Девятихвостый в принципе обожал кусаться, постоянно оставляя следы везде, куда только мог дотянуться (а с гибкостью у этого фэйри проблем точно не возникало) поэтому опасения парня за свою шкурку и шуточки насчет "съесть" были отнюдь не беспочвенными.

- Если ты меня съешь, - он опустился обратно спиною на постель, внимательно наблюдая за передвижениями лиса, чувствуя приливший к щекам жар, стоило тому устроиться между его ног с крайне паскудной ухмылкой. Ухмылки эти, - Джун уже научился их различать! - обычно не предвещали для него ничего хорошего. Что означало, что его не выпустят из спальни как минимум до самого утра. Не то, чтобы он был против такой перспективы в самом деле. - Если ты меня съешь, - продолжил он свою мысль дрогнувшим голосом, откровенно краснея от открывшейся его взгляду весьма пикантной картины. - то я навечно стану частью тебя. В какой-то степени. Интересно, можно ли это назвать... романтикой?.. - задумчиво забормотал и сорвался на хриплый стон, почувствовав на себе горячие губы. Все связные мысли тут же решительно сделали ручкой и, быстренько собрав чемоданы, добровольно капитулировали из светлой головы целителя, оставив место разгорающемуся желанию. Джун скользнул слегка расфокусированным взглядом по лицу любовника и сглотнул.

Можно было позволить себе забыться на мгновение, хотя бы в эти минуты не думать о проклятье, живущем с ним по соседству вот уже столько лет. Благо в данный момент другое его персональное проклятье очень уж старалось заполнить голову молодого фэйри исключительно своей персоной. И весьма продуктивно, стоило заметить.

Руки, не зная, куда девать, он пристроил на голове Гуймихо, зарылся ладонями в его густую шевелюру цвета жидкого серебра, не повторяя, впрочем, прошлой ошибки и не дергая больше за пряди, хоть очень и хотелось. Намотать их на кулак, настойчиво потянуть вниз с силой... Вот только быть покусанным за самую свою чувствительную и дорогую часть тела он желанием не горел. Выдержав долгий взгляд в глаза, тивад сглотнул и запрокинул голову, упираясь затылком в постель, испытывая острое и мало контролируемое желание податься бедрами навстречу чужому обжигающему рту. Возбуждение жаркой волной прокатилось по его телу, сорвав с губ еще парочку сдержанных стонов и шумных вздохов. Держать себя в руках становилось все сложнее, его ладони слепо оглаживали чужую голову, путаясь в длинных прядях, ногтями чуть скребли кожу на затылке, одобрительно касались прижатых пушистых ушек. В какой-то момент ощущения стали слишком сильными, слишком пьянящими, заставляя закусить краешек губ и выгнуться под ним на постели.

Отредактировано Джун Нин (2020-07-20 04:48:03)

+3

15

- Если ты меня съешь… - резануло острым ножом слух девятихвостого. Проклятый целитель был слишком догадливым и проницательным, но, к счастью Гуймихо, очень наивным существом. Он прекрасно догадывался о самых сокровенных желаниях холда, однако отказывался верить собственным догадкам, превращая всё это в шутку или флирт. И Гуймихо охотно подыгрывал ему в этом, сходя с ума от желания отрезать от любовника кусок мяса, приготовить его по лучшему рецепту и отведать вместе с самим тивадом. Было ли то удачей или жестокой шуткой судьбы, но Джун был фейри, а значит, его плоть рано или поздно окажется в потоке эфира, но покуда тот был жив, Гуймихо сможет наслаждаться его вкусом, сколько его душе угодно.

Солоноватый привкус и вязкая консистенция предэякулята во рту заставил лиса замедлиться несмотря на то, что Джун уже выгибался дугой от его ласк. Тонкие жилистые пальцы обхватили кольцом основание члена, иллюзорно отодвигая время разрядки. Гуймихо мысленно выругался за свою неподготовленность, шарясь взглядом по полкам в спальне тивада. Нет, никто бы не помешал взять Джуна без всякой подготовки, но потом можно было бы забыть о добровольной близости с ним. Но взгляд зацепился о небольшую бутылочку, подписанную размашистым, изобилующим различными завитушками и петлями почерком тивада. Чтобы дотянуться до неё пришлось дать запыхавшемуся юноше передышку, что, в принципе, было неплохо перед вторым действием их пьесы.

Содержимое бутылочки оказалось маслянистым, с едва уловимым даже для носа холда травянистым запахом. Судя по всему, это было какое-то масло для тела, так предусмотрительно оставленное рядом с кроватью. Неужто Джун оказался более подготовленным или он попросту ждал любовника? Гуймихо самодовольно фыркнул, позволяя жидкости обильно растекаться по пальцам от самых кончиков когтей до самой ладони.

С когтями была отдельная история. Первое время Джун неимоверно пугался этого холодного оружия на руках девятихвостого, что не было чем-то удивительным, пусть лис и умел с ними мастерски управляться, не нанося незапланированных увечий. И в то же время когти были идеальным аналогом хирургического инструмента, с помощью которого Гуймихо легко раздвигал напряжённое кольцо мышц, проникая в любовника сначала одним, а после небольшой паузы и вторым пальцем. Снова передышка, дать тиваду расслабиться и принять инородный объект. Лис закусил губу – ему не терпелось заменить пальцы собственным членом, но сейчас он ставил чужие желания и комфорт выше своих, но это было главным правилом их игры и особой формой извращения над собой для девятихвостого.

Только когда Джун был достаточно расслаблен и уже сам пытался насаживаться на пальцы, рискуя напороться на когти, Гуймихо убрал руку и зашуршал одеждами. Короткого движения рукой, растирающего по всей длине масло и выступившую смазку, хватило, чтобы по спине лиса пробежали колючие мурашки, а шерсть на хвостах стала дыбом. Дольше ждать было нельзя: легко, словно куклу, он придвинул Джуна поудобнее, устроил его тонкие и бледные словно фарфор ноги на своих плечах. Секундная слабость, и он берёт любовника за руку, будто им обоим было лет по шестнадцать. Только после этого лис с рыком делает толчок бёдрами и замирает как послушный пёс, ждущий разрешения хозяина.

+3

16

То, что лис творил с ним своими руками и, в частности, ртом, не поддавалось никакому приличному описанию. Особенно если учесть тот момент, что все связные мысли давным давно из головы тивада разбежались подобно стайке пугливых рыбок, оставляя место под чистое, незамутненное удовольствие. Джун в принципе никаких цензурных слов сейчас не находил, поэтому зажимал себе рот рукой, впиваясь зубами в костяшки пальцев, чтобы не стонать совсем уж громко. Даже не смотря на то, что на ближайшие километры нет ни одной живой души кроме них двоих, и стесняться кого бы там ни было повода вообще не имелось.

Лис вдруг отстранился от него, оставив целителя собирать себя по частям и восстанавливать сбитое к чертям дыхание. Его грудная клетка часто-часто вздымалась, покрытая бисеринками пота - и тому виной была вовсе не жара за окном. Сердце, казалось, собирается пробить ребра и разорваться, настолько громким был его неровный ритм. Джун приоткрыл глаза, облизывая свои пересохшие губы и окидывая мутноватым взглядом склонившегося над ним холда, который продолжал усмехаться так самодовольно, что ему захотелось его стукнуть. Или укусить. Или впиться в его губы, лишь бы стереть эту наглую ухмылку с его хитрого лица, лишь бы дать прочувствовать хоть толику тех эмоций, что испытывал сейчас он сам.

- Ты когда-нибудь перестанешь так скалиться? - пробормотал тивад, приподнявшись на локтях и обхватив Гуймихо за шею ладонью, чтобы запечатлеть на его губах короткий, но жаркий поцелуй, ощутимо прикусывая. Скользнул языком про кромке, от одного уголка губ до другого и оторвался практически сразу, откинувшись обратно на смятые простыни. Чужие ладони опустились на его бедра, и Джун напряженно замер, когда почувствовал скользкие от масла пальцы между ягодиц. Он помнил о длинных и крайне острых когтях лиса, и каждый раз впадал в тихий ужас, невольно удивляясь тому, что тот еще ни разу не поранил его изнутри. Такими когтями без оружия можно плоть и мясо рвать, а этот фэйри умудрялся быть с ним настолько нежным, что это было достойно восхищения.

Джуну оставалось только довериться умелым рукам любовника и постараться расслабиться, чтобы в конечном итоге было хорошо обоим. Руки свои удобно пристроил на чужих крепких плечах, огладив парочку шрамов, и сжал пальцами, то ли пытаясь отодвинуть холда, то ли наоборот отчаянно притянуть ближе к себе. Поначалу проникновение нельзя было назвать приятным, не смотря на обильно смазанные пальцы. В какой-то момент Джун настолько потерялся в своих ощущениях, что не сразу заметил, что лис остановился, прижавшись своими бедрами к его, уперся в него давным-давно стоящим членом. Слитное сильное движение вырвало из его груди довольно громкий стон, заставило крупно дрогнуть и схватиться за чужую руку. Чувство единения и заполненности вскружило голову. Целитель опустил одну ладонь на свое бедро. Руку на мгновение охватило зеленоватое свечение, магия теплой волной разлилась под кожей, приглушая все неприятные ощущения, не мешая при этом наслаждаться контактом. - Так намного лучше, - прошептал он и со стоном подался навстречу, выгибаясь, словно молодая береза под безжалостным порывом ветра, и это послужило тем самым разрешением, той самой невысказанной просьбой.

+3

17

Ich bin der Reiter
Du bist das Ross
Ich steige auf
Wir reiten los

Гуймихо убрал с лица налипшую на взмокший лоб прядь волос, не прекращая движения бёдрами. Он не выдерживал какого-то ритма, но чем дольше длился акт, тем чаще срывался на более резкие и быстрые движения, словно вколачиваясь в хрупкую тушку под ним. Целитель мухлевал со своей магией, и это было на руку лису – каждый раз его ждала подлеченная практически как новенькая девственная задница. Первый раз, конечно, не вернёшь – все те эмоции, испуганного, мечущегося по постели Джуна, но тивад даже сейчас после стольких совместных ночей всё ещё сжимал его так сильно, что хотелось рычать и царапать его нежное тело когтями от удовольствия. Нет, этот юноша не был более умелым и ненасытным в постели, чем валденские шлюхи или сладкие мальчики, ведущиеся на заманчивые речи лиса, он не был лучше. Он просто был особенным, кем-то, кто имел для Гуймихо большее значение, чем просто источник плотского и гастрономического удовольствия.

Rein...
...Raus

Лис входит на всю длину, немного болезненно сжимая пальцами бедро, которое придерживал свободной рукой. Точно останутся следы, но сейчас его это не заботит. Гуймихо хочет услышать больше бесстыдных несдерживаемых стонов, и он заставит Джуна продемонстрировать свой сладкий голосок во всей красе.

- Ты такой красивый, когда твой разум не занят чёртовой горой и прочими глупыми проблемами, - опять, опять этот белобрысый ублюдок скалит свои зубы, даже когда трахается и с трудом держит дыхание ровным. Но тивад был слишком прекрасен, чтобы сдерживать улыбку: растрепанные волосы, пунцовый румянец на щеках, приоткрытый рот и слегка припухшие от укусов губы, вздымающаяся грудь…

- И всё это моё… - тихо рычит девятихвостый, накрывая чужие губы своими. Сейчас он на удивление нежен и избегает даже случайных укусов. Гуймихо берёт в свою руку ладонь Джуна и кладёт ту на член тивада, обхватывая сверху собственной кистью. Он задаёт крайне медленный темп и амплитуду, которые явно не совпадают с его движениями бёдрами. Лис явно не хотел кончить раньше любовника и лишить себя двойного удовольствия.

+2

18

Джун скользнул горячими пальцами по спине лисе, от лопатки к лопатке, выгибаясь и чувствуя крепкие руки, по-хозяйски сжимавшие его бедра. Останутся следы, наверняка, весьма красноречивые, но кого это волновало в самом деле?.. Все равно он их потом залечит с помощью магии, как и всегда. А может и не станет, оставит себе, чтобы любоваться оставленными отметинами и осознавать, кому они принадлежат.

Кому он принадлежит. И его сердце.

Жгучее желание огненым потоком разлилось под кожей и в какой-то момент стало невыносимым, толкаться навстречу было сладостно настолько, что Джун не сдерживал откровенно довольных вздохов вперемешку со стонами. С каждым сильным толчком в его теле скручивался тугой комок не то боли, но то удовольствия, не то - того и другого, заставляя льнуть к любовнику сильнее, ближе, вскрикивая. Смотреть на него совершенно шальным, потемневшим от удовольствия взглядом.

Нельзя прописать ничего нового во взаимодействии двух тел еще со времён древности, любая передача словами будет либо пошлой, либо слишком целомудренной. Только непосредственный опыт, ощущение горячего дыхания и столь же горячих тел, чувство заполненности и чувство обладания, сбивчивые слова и хриплые стоны — полная открытость и единение, ничего лишнего или не нужного. Самый, пожалуй, откровенный диалог во все времена.

Ладонь Гуймихо вместе с его собственной сомкнулась на его плоти, и этого было достаточно для вспышек перед глазами и прокатившейся по телу дрожи. Джун сладко всхлипнул, запрокидывая голову и процарапывая ногтями чужое плечо до багровых отметин.  В голове - блаженная пустота как в воскресном соборе, и это было сродни эротическому наслаждению, чуть ли не наравне с сексом. Лис не шутил, когда, посмеиваясь, говорил, что это едва ли не единственный способ заткнуть постоянно нашептывающий голос проклятья.

Тивад без сил распластался по постели, пытаясь привести в порядок дыхание и проморгаться, а потом в порыве каких-то своих тивадских чувств полез обниматься к холду. Стиснул того в объятьях крепко-крепко, прижался к нему - не оторвешь никак. Так и замер, лицом в плечо уткнувшись, чувствуя неровный, сбившийся ритм сжимающего от переполнявших чувств сердца.

+2

19

В какой-то момент Джун стал невыносимо узким и тесным, заставляя любовника рычать от удовольствия и выгибаться в спине.  Несколько резких толчков было достаточно, чтобы кончить в ставшее от оргазма таким мягким и податливым тело любовника. Тот явно будет потом ругаться за такое наглое обращение с собственной тушкой. Хорошо, что тивад не был девушкой, даже если брать в расчёт низкие шансы к размножению у фейри. Им точно хватит двух притащенных лисом пушистых комочков, которые доселе занимались погромом кухни, но в последнее время как-то подозрительно притихли – устали что ли? Хотя, лис бы, наверно, посмотрел на очаровательно округлившегося Джуна… Едва подумав об этом, он сразу же пришёл к выводу, что подобные мысли надо держать при себе, чтобы не стрессировать лишний раз объект обожания и не казаться извращенным больным ублюдком больше, чем он был на самом деле.

- Ты слишком устаёшь в последнее время, - ласково промурлыкал Гуймихо, явно намекая на быструю разрядку любовника - он-то с удовольствием бы устроил второй раунд. Но раз так, лис завалился на спину вместе с вцепившимся в него тивадом, так, что Джун оказался лежащим на его груди. Лис обнял юношу в ответ, перебирая мягкие немного взмокшие прядки его волос, а вместо одеяла укутал собственными пушистыми хвостами.  – Мне нужно чаще приходить к тебе, чтобы отвлекать от всей этой суеты?

Так хотелось лежать вечно – Гуймихо чувствовал и слышал, как сильно бьётся сейчас сердце доверчиво прижавшегося к нему тивада и наслаждался этим звуком словно музыкой. Он получал, даже лучше сказать, купался в этом самом удовольствии, которое не может подарить ни одна шальная девица, просто потому что не может любить так же искренне, отдаваясь в лапы девятихвостого не только телом, но и душой, целиком, без остатка. И холд эгоистично пользовался этим, даря в ответ не только качественный фальсификат любви, под которую кропотливо были замаскированы извращённый интерес, голод и жажда близости, но и самую настоящую неподдельную заботу, по которой так истосковался одичавший в своём отчуждении на горе Джун, пусть он и старательно отрицал это.

- Позволь сегодня приготовить тебе ужин и помочь по дому, - лис мягко поцеловал висок притихшего тивада – не уснул ли? – и мягко провёл ладонью вдоль позвоночника, словно успокаивая Джуна. Дела делами, но сначала он отнесёт утомившуюся тушку в ванную и даст хорошенько расслабиться в тёпленькой водичке, пока сам холд будет готовить их романтический ужин. Однако пока они будут наслаждаться теплом друг друга столько, сколько захочет этого прижавшийся к девятихвостому юноша.

+2

20

— Ты слишком устаёшь в последнее время. Мне нужно чаще приходить к тебе, чтобы отвлекать от всей этой суеты?

Джун на это пробормотал что-то невнятное в его плечо и вяло царапнул короткими ногтями бок мужчины, не испытывая абсолютно никакого желания шевелиться. Так бы и лежал целую вечность, нежась в объятьях лиса, вслушиваясь в размеренный стук чужого сердца прямо под собой и кутаясь в его здоровенные пушистые хвосты - удобная альтернатива одеялу, он уже не раз это подмечал. Гуймихо был проницателен как никогда. Тивад шевельнулся и с тяжелым вздохом уперся подбородком в его грудь, поднимая на своего любовника голубые глаза, в глубине которых залегли тоскливые тени.

- Оно в последнее время ведет себя неспокойно, - пожаловался тихо, озадаченно хмуря тонкие брови, словно незаслуженно обиженный. - Я не знаю, с чем связано ее волнение, но мне становится сложнее сдерживать печать - она забирает все больше и больше сил с каждым разом. Сомнительная, честно говоря, плата взамен спокойной жизни, но... - он слабо повел плечом и замолчал. Говорить о проклятье не хотелось. Точно не сейчас, когда по телу еще гуляют отголоски пережитого удовольствия, а ощущение близости кружит голову похлеще алкоголя. Такие моменты, как этот, позволяли ему и вовсе - пусть и ненадолго - забыть о цепи, что удерживала его на этой горе уже не первый десяток лет.

— Позволь сегодня приготовить тебе ужин и помочь по дому, - в животе после этой фразы требовательно заурчало, и целитель смущенно кашлянул в сторону.

- Позволяю, - отозвался он с ехидным смешком, щекой потерся о грудь мужчины и приподнялся, усаживаясь на постели. Зябко повел плечами - обнаженная кожа, вся в краснеющих пятнах и следах от укусов, постепенно остывала и покрывалась мурашками - покосился на разбросанную одежду и укоризненно взглянул на лиса, развалившегося с самым довольным выражением морды. Джун прищурился, голову на бок наклонил и капризно вытянул руки вперед, как вредное, избалованное дитя. - А теперь неси меня. В ванную!

Раз вызвался помогать, то пусть первым делом отнесет его помыться, иначе тивад, зная самого себя и свою лень, прям тут и уснет. Не помешало бы сначала привести себя в порядок и смыть пот да... другие жидкости, поменять постельное белье и в самом деле поесть, потому что кроме вина и сыра он с утра еще ничего не ел. Джун обвил руками шею лиса, когда тот ловко подхватил его на руки, и, мурлыча прямо в его пушистое ухо какую-то нежную чушь, позволил утащить себя в ванную комнату. Там уже вытолкал Гуймихо наружу и выкрутил краны с горячей и холодной водой, присаживаясь на край ванны и наблюдая за тем, как набирается вода.

+1


Вы здесь » Dark Tale » Личные главы » [07.07 РП] Раз лисичка, два лисичка


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC