Джейсона устраивала работа с Закари. Не смотря на заслуги перед Гильдией, Шандар давал себе отчет, что в обычной жизни он довольно бесполезен. Примерно на уровне собаки-компаньона. Вроде, взгляд умный, понимающий, какие-то простые вещи может делать самостоятельно, даже команды выполняет. А какашки после выгула все равно кому-то другому убирать приходится.
(c) Джейсон Шандар

Девчонки, чего, когда подрастают, за сахаром охотятся? Поэтому им на свидании конфеты дарят? И шоколадки? Чтобы тебя не слопали?
(c) Почуй-Ветер

Люди невероятны сами по себе, а вместе они собирались в единое целое, способное справиться почти с любой бедой..
(c) Эмиль

— Вот знавал я одну сестру милосердия , Авдотья звали, девчонка смазливая была, лет восемнадцать только только исполнилось, младше всего нашего брата почти, но ты только проверни чего, приобними или ещё чего, так она тебе потом так уколет, что хоть на стенку лезь, а присесть, неа , и стой весь день.
(c) Алексей Вольский

— Лист капудыни? — усмехнувшись и пожав плечами, тихо проговорил Вейкко. — Лично я считаю, что раз уж этот листик не способен привести к сокровищам или юной заколдованной принцессе, то это скорее лист бесперспективной капудыни. Лист беспердыни, черт возьми.
(c) Вейкко

Она никогда не делилась своим прошлым, мужчина даже за эти полгода вряд ли смог узнать хоть что-то стоящее, помимо возможности ящерицы находить неприятности на свою аппетитную задницу.
(c) Рене

— Вот знавал я одну сестру милосердия , Авдотья звали, девчонка смазливая была, лет восемнадцать только только исполнилось, младше всего нашего брата почти, но ты только проверни чего, приобними или ещё чего, так она тебе потом так уколет, что хоть на стенку лезь, а присесть, неа , и стой весь день.
(c) Алексей Вольский

— Зануда? Гм.. Да, говорили и не раз. Мои соратники считают, что одной из моих магических способностей, является атака монотонными витиеватыми речами, пока противник не сходит с ума. Ахахахахахаха… — На сей раз, Эссен раскатисто хохочет, хлопая себя по колену ладонью.
(c) Герман Эссен

В вечернее время в Сказке всегда начинает твориться всякое необъяснимое и жуткое непотребство. То за поворотом тебя тварь какая-то поджидает, то в тенях деревьев оживает что-то странное и не очень материальное, то ещё какая странность произойдёт..
(c) Дарий

Решив, что «убийца» не достоин жизни, люди также постепенно начинали обращаться с ним хуже, чем с диким зверем. Насилие порождало ещё большее насилие, вот только преступникам очень часто отказывали даже в базовых нуждах, что уж говорить о компетентной медицинской помощи. Виктор давно решил для себя, что невзирая на их проступки, не спрашивая и не судя, он будет им её оказывать. Потому что несмотря ни на что, они всё ещё оставались разумными существами.
(c) Виктор

Она никогда не делилась своим прошлым, мужчина даже за эти полгода вряд ли смог узнать хоть что-то стоящее, помимо возможности ящерицы находить неприятности на свою аппетитную задницу.
(c) Рене

Нет, они любили лезть в жопу мира. Иначе зачем вообще жить? Вообще от мира со временем достаточно легко устать, особенно если не соваться в его жопы. Но было бы неплохо из этой жопы выбираться с деньгами, да еще и с хорошими деньгами, чтобы там например меч новый можно купить.
(c) Керах

Ему замечательно спалось в канаве, учитывая, что в тот момент он был куда ближе к свинье, нежели единорогу, а то, что храп кому-то мешал — дык зря что ли изобретали такую замечательную вещь как беруши? И вообще это был не храп, а звуки прекрасной живой природы. Скотина он, в конце концов, иль где?
(c) Молот

Ротт не был бы самим собой, если бы так просто и безэмоционально забывал о долге и деле, которое умел и мог делать. А лучше всего ему удавалось то, что многие под прикрытием милосердия и некоего высшего блага не воспринимают всерьез: калечить, рубить, сражаться, умерщвлять и иным способом губительно воздействовать на внешний мир.
(c) К. Д. Ротт

Звали этого маститого мясного голема Дарий и, если Ротту не изменяла память, массивный и практически неподъемный меч за спиной у этого человеческого выброса применялся тем весьма часто. А это значило, что пользоваться он им, как минимум, умеет. И, конечно же, Бешеному Псу хотелось проверить сей тезис на собственной шкуре, а заодно и испытать бывшего сопартийца по гильдии на предмет личностного роста, и степени прогресса боевых навыков.
(c) К. Д. Ротт

Конечно многие посчитают странным то, что двадцатилетняя девушка приглашает детей в гости. Что такого интересного можно было найти в общении с детьми? Но Агнес — это несколько иной случай.
(c) Агнес

Вместо вытекающей крови — клубничное варенье. А вместо меня — каскадер, который сейчас встанет, отряхнется и пойдет дальше по своим делам.
(c) Джун Нин

Есть в этом что-то странное, полагаться на чужое зрение. Хотя оно как бы уже твоё собственное, но все равно это иная перспектива, ведь твои глаза всегда закрыты. Все сложно. Зато никогда не заблудишься. Ведь если смотришь на мир с высоты птичьего полета, всегда знаешь, куда приведет тот или иной поворот.
(c) Стрикс

путеводитель сюжет нужные гостевая правила о мире роли магия расы FAQ
❖ Гильдия Стражей ожидает беспорядки на фоне приближающегося Дня Зверя.
❖ Где-то в холмах неподалёку от Валдена, по слухам, поднялся из земли древний трон. Говорят, тот, кто просидит на нём всю ночь, утром встанет либо мудрецом, либо сумасшедшим.
❖ В поселении объявился отец Забин, весьма странный тип, который коллекционирует святые символы любых форм, размеров и конфессий. Всем известно — он каждый год начинает поклоняться новому богу. Одни говорят, что он шарлатан, другие же — что он может даровать благословение от любого известного бога. (подробнее...)
Октябрь года Лютых Лун
❖ Свет и жара от двух солнц негативно влияет на все окружение; невыносимая жара, гибель урожаев на фермах. Кое-где в Валдене начали плавиться дома..
❖ 29 сентября года Лютых Лун в парковом районе практически полностью уничтожено четыре дома, девять задеты взрывами и пожарами. Погибло семнадцать человек и фэйри, пострадало около тридцати, в том числе многие ранены не последствиями взрывов и пожаров, на их телах обнаружены колотые раны в жизненно важные органы.
❖ В ходе Совета Гильдий решили временно отказаться от войны с Ягой: в такую жару просто невозможно двигаться и что-то делать.

Dark Tale

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dark Tale » Незавершённые эпизоды » [30.05 ЛЛ] Ночь, улица, фонарь... дракон?!


[30.05 ЛЛ] Ночь, улица, фонарь... дракон?!

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

НОЧЬ, УЛИЦА, ФОНАРЬ... ДРАКОН?!

30 мая Лютых Лун. Поздний вечер.

Валденские улочки-переулочки

Даэсар, Персефона, Тессае Эдар

https://i.imgur.com/nG76grUl.jpg

ПРЕДИСЛОВИЕ

Первый просто хотел перекусить.
Вторая - повеселиться.
А разруливать все приходится третьему.

Свобода Воли: да

+2

2

[icon]https://i.imgur.com/K5cqE6r.jpg[/icon]

выглядит

Откровенно плохо выглядит. Большая часть лица скрыта капюшоном, но даже так - видно отслаивающуюся чешуйчатую кожу и нездорово, несовместимо с жизнью измождённый-иссушенный вид. Человеческого в облике ощутимо меньше, чем обычно - драконьи черты очевидны, начиная с разрезавших ткань капюшона рогов, заканчивая острыми костяными наростами по нижней челюсти и позвоночнику. Характерно пахнет разложением.

Гонящий вперёд голод. Совершенно бездумное состояние. Пронизывающие улицы запахи - здесь кого-то ранили несколько дней назад, высохшая кровь отдаёт железом и чем-то ещё, тут часа три назад прислонился отдохнуть кто-то больной, возможно доживающий последние дни, а здесь - совсем недавно проходил кто-то пьяный. Нетрезвый от чего-то ещё? Мертвец останавливается, по-животному приоткрыв полную острых зубов пасть, втягивает носом какой-то словно бы вязкий, загустевший воздух, медленно поворачивая голову из стороны в сторону.
Где-то совсем рядом. Живое, тёплое. Голодная тварь восторженно бьётся внутри черепной коробки, навязывает своё мнение. Тварь заявляет, что неизвестный пьяница всё равно почём зря прожигает свою жизнь, никто даже не заметит отсутствия такого кадра. Так почему бы этой жизни хоть напоследок не послужить чему-то полезному?
С тварью бесполезно сейчас спорить. В этих словах есть своя правда.
Без каких-то ответных мыслей, без протестов - мёртвый бессознательно идёт в сторону источника запаха. Чувствует чужую жизнь всё острее. Ярче, ещё ярче. Пара поворотов - и действительно от темноты переулков отделяется чужой силуэт. Красные светящиеся глаза смотрят, но не видят за этим силуэтом ничего индивидуального, живого в социальном плане. Только пульсирующую алую дымку непосредственно физической жизни.
Несколько размытых, слитых в одно непрерываемое движение шагов вперёд. Короткая дистанция, на которой так удобно броситься, целясь в чужое горло. Инстинкты и голодная тварь синхронно орут, что это действительно единственно правильное развитие событий. Необходимое. Естественное. Так и должно быть.
Вес переносится с одной ноги на другую, мышцы напрягаются перед отправляющим в короткий полёт движением. Ещё мгновение и...

Стоп.
Даэсар дёргается, осматривается так, будто впервые видит это место и человека - живого человека - прямо перед своим носом. Шагни вперёд, вытяни руку - когтистые пальцы ощутят чужое тепло. Попытки вспомнить, что он здесь делал и кто перед ним - разбиваются об оглушающее чувство голода. Очевидно, болезненно очевидно, что мёртвый в этот раз облажался, допустив, доведя своё состояние до крайней точки. Растормошить лениво ворочающуюся память не удаётся. Он не помнит, не знает, сколько времени уже провёл в этом состоянии и в пограничном ему.
Отвратительно. Стоило подготовиться раньше, найти кого-то, кто сам хотел умереть. Или, хотя бы, как в прошлый месяц - кого-то, за чью голову висела награда, кого-то, кто заслуживал умереть с точки зрения большинства. Но нет, пытался давить это, сдерживаться. И к чему это привело? Отвратительно.
Хвост медленно, в каком-то угрожающем жесте раскачивается из стороны в сторону. Бессознательно, бесконтрольно. Даэс не знает, заметили ли его, смотрят ли на него. Воспринимать ситуацию, держаться за собственный разум, за сознание невыносимо тяжело. Хочется попросить прощения за то, что он сейчас сделает, выразить сожаление. Но вместо слов из глотки рвётся только низкий, глухой рык, отдающий неприятным для даже собственных ушей хрипом.
Все инстинкты твердят не терять времени - действовать сейчас, пока живое не попыталось сбежать или не оказалось чем-то, способным упокоить окончательно.
Даэс намеренно тормозит. Пытается держаться, пока и сколько может. Лучше он сожрёт кого-то, кто сам попытается причинить ему вред - на ночных улицах это не такая уж редкость. Особенно если пройти подальше, добраться до более сомнительных районов. Лучше бы этой живой понять ситуацию через своё опьянение и сбежать в панике, но сохранить своё живое состояние. У всего же, вне зависимости от того, живое оно или мёртвое, инстинкт самосохранения - один из ведущих. Да пусть хоть сама бросится в атаку первой - даже так будет потом легче.
Хочется крикнуть на неё - давай же, вали отсюда, пока можешь. Получается только очередная порция хриплого рычания, сопровождающаяся резким жестом разлагающейся руки в чужую сторону.

+2

3

Это.
Было.
Весело.

В самом деле, кто бы мог подумать, что столь необычный способ раздвинуть рамки принесет такие необычные ощущения?!  Мир вдруг стал таким красочным, таким ярким! Это не неоновые огни мегаполиса, не сочные цвета летнего дня, но что-то совершенно непохожее, новое.
Почему она не пробовала этого раньше?
Как ни странно, толчком к ее сегодняшнему времяпрепровождению стала работа. Если быть точной, не совсем она, но…
«Не обижайся, но как мы можем взять тебя на вечеринку. Ты и веселиться то не умеешь! Ну то есть, не умеешь как… нормальные люди, понимаешь? В общем, прости. Это собрание для нормальных людей.»
Нормальных… как все остальные ее коллеги, да?
Персефона, выходит, ненормальная? Не умеет веселиться? Ведет себя странно?
Ну и… плевать. Настолько плевать, что понятие «умеет веселиться» Сеф вдруг спонтанно решила примерить на себя, смешав парочку собственноручно изготовленных настоек. А ну как в самом деле с ней почти никто не общается исключительно из-за ее «странного» ярлыка?
Странного…
Какое смешное слово!
Она была уверена, что покинула дом как цивилизованный человек, намереваясь самостоятельно нанести визит вежливости сбежавшим на корпоратив коллегам, но…
Кажется, вместо этого она  танцевала на чьих-то похоронах.
Или это была свадьба?
В любом случае, у нее теперь красивая черная ленточка в волосах! А после, а после…  провал в памяти, судя по всему, на несколько часов. Сеф более менее осознала свое состояние практически к ночи, когда, хихикая, сидела прямо на тротуаре, болтая отчего-то босыми ногами и рассматривая старинную табличку с названием много поколений назад закрывшегося кабака.
И она явно ждала кого-то. Впрочем, кого кроме господина Дознавателя она могла бы ждать?
Босиком по камушкам гулять было решительно неудобно! Пусть лучше Тесс отнесет ее домой! Кстати, вот же он! Только какой-то взъерошенный и рычащий что-то нечленораздельное.
Может, он тоже пьян?
Или у нее от наркоты со слухом проблемы?
- Дар! – с трудом сфокусировав взгляд на хвостатой фигуре, Сеф расплылась в совершенно счастливой улыбке и подскочила на ноги, бросившись на шею фейри…
- Дар, я так рада тебя видеть! Уфф, это новый одеколон из внешнего мира? Смени аромат, он просто ужасен. Ты пахнешь как мясная лавка в самый знойный полдень. – затрещала она, прижимаясь к мужчине и болтая в воздухе поджатыми ногами.
- Дааар, я кажется что-то натворила, только не помню что. Только не рычи на меня! Я замерзла и устала и вообще отнеси меня домой! Отшлепаешь за плохое поведение утром. Утрр… - она захихикала и уронила лоб на чужое плечо.
- Какое смешн-ное слово…

+2

4

[icon]https://i.imgur.com/K5cqE6r.jpg[/icon]
И эта живая, эта проклятая живая одним движением делает ситуацию бесповоротно хуже. Чужие руки моментально обвиваются вокруг шеи, а сама их владелица пьяно повисает, в какой-то момент, кажется, полностью перенося свой вес на дракона, утыкается лбом в плечо. Говорит что-то, точно говорит. Зовёт? Но Даэсар от слова к слову - слышит всё меньше. В ушах - только звук чужого сердцебиения. От одного мгновения к другому - Даэс всё меньше Даэс.

В первое мгновение мёртвый фэйри ещё пытается оттолкнуть, грубо вцепившись когтистыми руками в плечи. Не думает о том, что может ранить или навредить - это теряет значение всё стремительнее, даже напротив - всё больше кажется крайне, крайне притягательной мыслью. Страх и боль, адреналин дают приятный вкусовой оттенок мясу.

Во второе мгновение этот запах, это чувство чужой жизни оглушают. Эта видимая его глазам дымка - вьётся вокруг девицы, обвивается вокруг и вокруг него самого дразнящим теплом. Нежить пытается заставить себя отпустить живую, сделать шаг назад, через тень, куда-нибудь подальше. Ноги не двигаются с места, только цепляются когтями покрепче за землю.

В третье мгновение руки сами собой сжимаются сильнее, уже не пытаются отцепить от себя материальной воплощение такой яркой, чистой жизни, наоборот - мёртвой хваткой удерживают на месте. Нет, не уйдёт. Никуда она уже не уйдёт. Затухающее сознание ещё пытается управлять перехватившей контроль голодной неупокоенной тварью. Пытается пробиться, достучаться, воззвать к чему-то. Глупое.

В четвёртое мгновение зрачки хищно расширяются перед броском. Острые зубы смыкаются на так удобно подставленном плече, легко рассекают кожу и вгрызаются в мышцу. Короткое, какое-то торжествующее хриплое полу-рычание, полу-урчание. Сейчас уже спешить некуда. Зверь ждал, очень долго ждал. Дольше, чем был согласен ждать. И вот теперь - это глупое контролирующее наконец доигралось. В чужой крови привкус какой-то дряни, но ничего, не поможет оно ей. Медленно, нарочито медленно нежить тянет головой из стороны в сторону, не разжимая челюстей. Это не может не быть болезненным, не может не выплеснуть в кровь больше адреналина.

Стоп, чёрт возьми!
Мёртвое отвечает глухим, яростным рычанием, сжимает зубы сильнее, опьянённое чувством того, как рассекаются мышцы. Того, что дёрни головой сильнее, резче - и он просто вырвет кусок из чужого тела. Зверь предпочитал есть, пока живое ещё остаётся живым. Неспешно и точно, так, чтобы это ощущение чужой жизни не начало тлеть раньше времени. И потому сейчас тем яростнее сопротивлялся глупой твари, считавшей себя разумной, человечной.

На стороне сознательной глупой твари был факт того, что проклятая живая изрядно набралась чем-то этим вечером. Что бы ни было в её крови - дрянь оказалось крепкой, дурманящей мозг даже через сглатываемую кровь. Этого мало, ничтожно мало. Сколько времени оно даст? Неважно, до живой должно теперь точно дойти, что лучше сматываться отсюда. Только бы успела, чёрт бы её побрал. Челюсти с неохотой размыкаются, отпуская. Хватка на чужих руках - перетекает в резкое, отталкивающее движение. Даэ делает скачок назад. Невыносимо пахнет кровью. Невыносимо.

+2

5

Что что-то не так до нее доходит медленно. Слишком медленно. Когда Персефона осознает, что ее ребра нещадно сжимают обеими лапами, то слишком крепкое объятие уже становится не самой ее большой проблемой.
Это странно. Необычно. Вроде в состоянии трипа сейчас Сеф, а как озверевший говнюк ведет себя не Сеф. Серьезно, она, конечно, могла подозревать, что дознаватель всея Валдена вполне способен разозлиться за ее несвоевременное и требовательное послание, но чтобы до такой степени?
Она еще не успела ослабить хватку рук на чужой шее, но уже повернула голову и заторможено, с тупым интересом уставилась на приникший к ее плечу рот. Судя по потекшей по бледной коже крови, Дар явно не приветственный поцелуй ей дарил, но боль текла по нервным окончаниям так медленно! Что не успела прострелить воспаленное, затуманенное сознание даже тогда, когда мужчина вдруг дернул головой, раскачивая зажатый в зубах кусок.
И вот тут Персефона обиделась. Она немедленно разжала собственные челюсти и от души вцепилась зубами в чужое синее обнаглевшее ухо!
Забавно, что от немедленного болевого шока ее спас именно наркотик.
Первой мыслью в этот момент было, что она совершенно неудачно надела сегодня именное белое платье. Красное с белым, конечно, прекрасно смотрится, но это же будет совершенно несимметрично!
И вот тут наконец дошло. Заныло, заболело, обожгло огнем, вышибая из глаз неожиданные слезы.
Он не вырвал кусок из плеча, но оставил безобразный кровоточащий след. Казалось, кожа на этот месте пульсировала, и сочилась чем-то… разбавляющим красную кровь легким темным оттенком.
Ой, дурааак.
- Эй. – голос ее задрожал, и Персефона спешно поджала губы, справляясь с нахлынувшим на нее желанием позорно разреветься в голос. Достаточно было и того, что от боли по лицу уже текли слезы.
- Ты совсем дурак чтоли?! – была бы туфля в руках – запустила бы в нахальную рожу, но так Сеф могла только сердито топнуть ногой, насупившись, и перейти в наступление, вновь шагая навстречу фейри с твердым намерением залепить ему пощечину.
- А ну выплюнь! Выплюнь, кому сказала! Отравиться хочешь? Хвост чтобы отсох хочешь?! Дар, когда я говорю, что у меня проклятье внутри, это значит, что жрать меня без предупреждения смерти подобно, придурок ты чешуйчатый! Или это у вас – фейри, брачные игры такие? Это больно, чтоб ты знал!- ооох, как же сейчас не хватало снаряда, да поувесистее, для этой наглой рожи!
Одно дело – унижать ее словами. Одно дело – смеяться над ее глупостью, оскорблять ее, отворачиваться, бросать, пользоваться ее способностями когда вздумается, но это…
Тессае прекрасно знал, что нельзя поднимать руку на Персефону. Знал, почему. Забирал ее в Сказку и сыпал обещаниями, что ей больше никогда не придется испытывать такую боль.
- А сам… - она вдруг отмахнулась и отвела взгляд от мужчины. Посмотрела на собственное плечо.
Кровь уже не шла. Прямо на глазах некрасивая рваная рана начинала постепенно стягивать разорванные волокна.
Медленнее, чем хотелось, но помогать себе Персефона не спешила.
- Извинись!

+2

6

[icon]https://i.imgur.com/K5cqE6r.jpg[/icon]
Чужая кровь лениво стекает по подбородку, в зубах, кажется, застрял шмат чужой же кожи. Дело дрянь. Тянет, безумно тянет выцепить тот мелкий кусок, какой удалось пусть случайно, но урвать. Хоть так, чёрт. хоть немного. Просто хоть немного привести нервы в порядок, хоть немного перебить этот выжигающий всё разумное голод. Совсем немного - и ему моментально станет легче, не нужно будет так отчаянно бороться с частью себя же, не нужно будет так стараться цепляться за сознание. Совсем немного. Ну же.

Звериные уловки. Даэсар трясёт головой из стороны в сторону, шипит яростно и злобно - больше себе, другой части себя, старается заткнуть этот зов внутри его же собственной черепной коробки. Сплёвывает несчастный кусок кожи, пытается игнорировать весь этот чёртов мир - и живую эту, чтоб она провалилась уже наконец, и всё то, что она делает. Сложно, до безумия, до желания скинуть этот неудобный, мешающий нормально охотиться облик и взреветь во всю мощь драконьих лёгких. А голодная тварь только довольно цепляется за эту идею, подначивает.

Остервенело стирает одной рукой кровь с лица, как будто от этого окружающие пронзительные запахи перестанут так рвать на куски собственную же сознательность. Второй тянется к поясу, к заветным склянкам. Бесполезно заранее - ничего там уже не осталось. Тупая, бессмысленная надежда - может, всё же..? Такая же тупая, как попытки держаться. Живая всё тянется, подходит. Через яркую алую пелену он видит, как её лицо меняется, как она говорит что-то. Не слышит, ни черта он уже не слышит. Бессмысленный набор звуков для бесчеловечной твари.

Пытается, упрямо пытается образумить, крикнуть что в духе «да угомонись уже!», в очередной раз призвать к чужому инстинкту самосохранения, сбежать. От прежних попыток результат ни чем не отличается. Сдаётся наконец, оставляет этот подход. Пока ещё может цепляться за сознание, балансировать - зажимает рукой нос, второй - бьёт наотмашь, не особо заботясь о когтях и том, куда придётся удар. В очередной раз рычит, только на этот раз - вкладывая всю угрозу, на какую только способен. И на этот раз - рык будто раздваивается, отдаётся хриплым, щёлкающим эхом. Голосовые связки, кажется, почти развалились в конец. И этого становится достаточно.

Чёрт возьми.
Четырёхпалые лапы сами делают шаг навстречу живой. Плавный, неспешный. Никуда она не побежит.
Чёрт возьми.
Когтистая рука тянется к постепенно стягивающемуся следу от зубов. Его бы вспороть, пустить кровь снова. Проверить. Посмотреть. Эта живая интересно регенерирует. Быстро. Говорят, драконы похищают красивых дев. Этот конкретный слишком мёртв, чтобы его волновала чужая красота. А вот то, с каким темпом человек внезапно затягивает раны... Будь он хоть сотню раз движимой голодом бесчеловечной тварью - проморгать выгоду трудно.
Чёрт. Возьми.
Эти моменты, когда сознание ещё держится, но контроля уже нет. Эти моменты, когда он разве что наблюдать за своими-не-своими действиями может. Даэсар ненавидел эти моменты. Ещё больше он ненавидел то, что не запоминал ни одного из них, чтобы наконец раз и навсегда извлечь свой урок.

+2

7

Казалось бы, к чему все это?

Он затягивается. Дым едкий, густой, заполняет нутро и фейри жмурится, довольно. Вокруг - темнота. Этот район Валдена идеальное место для темных делишек, а вокруг такая тишина.

Тессае нравится тишина. Он едва ли не мурлычет себе под нос, блаженно наблюдая сквозь полуопущенные ресницы за ночным небом. Теплые ночи в мае не так уж часты и грех не воспользоваться случаем.

Посидеть на крыльце собственной квартирки, ловя минуты необъяснимого кайфа. Отчеты подождут до завтра. А может и до после завтра - надо же найти работу новеньким стажёрам. Шейли их разбалует. Как пить дать разбалует.

Тессае выдыхает густой дым, задумчиво глядит как тот неспешно растворяется в чистом воздухе. Хмыкает себе под нос.

Вот еще бы винг не жужжал над ухом и вообще было бы замечательно. Но винг слишком ответственный чтобы позволить кому-то проигнорировать сообщение, даже если этот кто-то сам хозяин. А Дару не хочется. Дару совсем не хочется выяснять откуда и куда надо забрать это рыжее чудовище. Признаться порою он начинал жалеть, что привел ее в Сказку.

Но жалеть было уже поздно. Сеф не понимала намеков. Сеф влипала в неприятности; потом шла жаловаться ему, словно Тессае был ее родной мамкой. Неприятности горе некроманта обычно были такими, что проигнорировать их могло оказаться себе дороже.

Дознаватель уже подумывал поинтересоваться у богов уж не сглазил ли кто доброго доктора, да только времени он никогда не находил. Нет, находить то находил, но всегда была масса более интересных дел. Чай не убьет же она себя? Не маленькая девочка.

- Да ладно-ладно, перестань уже мельтешить. - Поморщился Эдар, отмахиваясь от крылатой рептилии. Винг довольно затрещал пластинами хитина и с двойным рвением замахал прозрачными крыльями.

А Тессае неспешно поднялся. Потянул спину, разминая мышцы. Никакого покоя с этой женщиной.


Он заподозрил что-то неладное еще до того, как увидел знакомый силуэт на другом конце улицы. Учуял чужое присутствие - хищная тень на грани восприятия - заставившее его прибавить шагу.

В кое-то веки он шел абсолютно бесшумно, пытаясь "нащупать" Сеф. Но... она, кажется, была укуренной. В хлам.
Неужели специально накурилась, чтобы ему сложнее было ее найти? Тессае не знал.

Как не знал что его ждет в компании злополучной некромантки.

Что-то мертвое, кто бы сомневался. Мертвое и явно гнилое. Вот только обычно на нее ее собственные творения к ней не тянули лапы с таким рвением. Не для радостного объятия мертвец их тянул, уж это Эдар прекрасно видел. Темнота ему практически не мешала.

- Персефона, какого хрена...
- он подходит ближе и щурит глаза - практически черные в темноте, с тонкой кромкой желтизны вокруг зрачка. - Что ты подняла?! - Зло рявкает Тессае, сильно потянув женщину за локоть. Будет ли ей больно Эдару было абсолютно все равно: лучше пусть без руки останется, чем с проткнутой грудью.

+2

8

Ей больно и немного обидно. И не потому, что ненормальный фейри вдруг вздумал кусаться, а потому, что не удосужился провести хоть какую-то разъяснительную работу своим отнюдь нелогичным действиям! И признаться, если все предыдущие сто пятьдесят тысяч раз Сеф всегда могла понять причины дурного поведения мужчины, то сейчас все происходящее было слишком даже для ее одурманенного разума.
О. Нет. Ошибочка.
«Слишком» настало чуточку позже.
Плечо вновь прострелило болью, когда неведомая сила вдруг потянула ее назад. Даже не потянула – дернула, едва не вынудив потерять равновесие. Персефона зашипела сквозь зубы, жмурясь, сделала несколько шагов назад, подчиняясь направлению, и обернулась.
- О! Тессае! – зародившийся было гнев тут же улегся, и Сеф тут же глупо заулыбалась, расслабляясь под очень-очень сердитым знакомым взглядом. Этот Тессае был уже почт родным. Знакомым, привычным и предсказуемым.
И не истекал слюнями на нее как на кусок хорошо прожаренного мяса. В самом деле, ведь может вести себя как цивилизованный чело…
Этот Тессае?
Сеф моргнула, растерянно приоткрыв рот в удивлении, и, озаренная догадкой, повернула голову в другую сторону. К еще одному синему и хвостатому, и явно тоже сердитому…
- Ха…хаха! – она хихикнула, перевела взгляд обратно на удерживающего ее за локоть фейри… и снова на того – другого.
Еще раз.
И еще.
- Два Тесса! – восторженно провозгласила она, наставительно подняв вверх палец.
Два Тессае! Будто одного ей по жизни было мало, а тут два!
- Теессс… У меня в глазах двоится? – в ее голове сквозила надежда, но даже сейчас Персефона прекрасно понимала, что в если двоится в глазах, то она должна видеть двух Даров рядом друг с другом, а не по обе стороны от нее.
Хотя если вдруг это она научилась вертеть глазами в разные стороны, как хамелеон? Это будет считаться на двоение в глазах?
Сеф хихикнула еще раз и совсем расслабилась.
- Или ты на свете не один такой? Тесс, я нашла тебе братика! Вы так похожи, как близняшки! Только ты пахнешь кофе,  а не… погоди-и... – женщина, словно только что услышав чужие слова, снова обернулась к укусившему ее экземпляру. Да не просто обернулась – бесстрашно попыталась направиться обратно к нему.
- Это как же это. Ты мертвенький? Тесс, у тебя есть мертвенький братик? Не смотри на меня так! – взглядом Эдара можно было сейчас вместо скальпеля резать, - Не виноватая я, он сам пришел! Сам! Честно-пречестно!

+2

9

Звучание голосов раздражает. Другой, ещё один, подходит, вмешивается. Эта живая - его, пусть этот новоприбывший ищет себе свою еду где-нибудь в другом месте. Зверь раздражённо, с двоящимся хрипом разваливающихся голосовых связок рычит. Знает, чувствует, что чужак - живой, ещё и фэйри. Это раздражает ещё больше. Мешает, как же мешает. Мало того, что едва ли съедобен сам - развалится, растает раньше, чем придёт насыщение, - так ещё и смеет вмешиваться!

Звучание голосов почти - почти! - отрезвляет, помогает смещённому в сторону разуму цепляться за те бесполезные остатки сознательности, какие есть. Пускай сейчас Даэс только и может, что наблюдать за происходящим - это уже даётся легче. Он почти может расслышать, понять, воспринять то, о чём эти двое говорят. Возможно, ещё выйдет...

Ничего у этого бесполезного, дурацкого, считающего себя разумным не выйдет. Зверь возмущённо хлещет хвостом по брусчатке. Делает медленный, осторожный шаг ближе к фэйри, смотрит с прямой угрозой, немного оценивающе даже. Едва ли от опьянённой живой стоит ожидать какого-либо сопротивления, едва ли она представляет какую-то опасность. Сбрасывать со счетов рано, конечно, кто её знает, на что она потенциально способна.

Что-то не так. Что-то очень не так. Даэсар чувствует это первым. Неправильно, не так, как должно быть. Что-то похожее на заражение, на отраву, болезнь. Что-то, что определить не удаётся. Размытое ощущение ноющей боли где-то под кожей, под слоями мышц и жил. В костях? Зверь дёргается, не понимает источника боли. Ни удара, ни возмущения от магического воздействия он не заметил, не почувствовал. Что-то неправильно. И что самое отвратительное - ему мешают, отвлекают. Вот этим мерзотным искажением где-то в костях, появлением этого фэйри, тем, что девица слишком много болтает и звук её голоса раздражает. Хочется вгрызться в чужое горло, вырвать зубами голосовые связки. Хочется. Так какого чёрта он этого ещё не делает? Уберёт сначала мешающего. Потом вернётся к живой. Плевать на разумное, пытающееся убедить в том, что всё это плохая идея, в том, что здесь что-то опасное, причём даже не в самом смутно-знакомо выглядящем пришлом.

Зверь не дожидается того, пока его бесполезное разумное соберётся со своими медленными мыслями, развернётся и перехватит контроль назад. Пусть думает, сколько хочет. Зверь прыгает вперёд, метит прилипшему к - его - живой чужаку когтями в горло. Разобраться с этим, чем быстрее - тем лучше. Только и всего. Смотрит вперёд перед собой, но не видит. Ни того, что стоящий перед ним так мерзко похож на него самого, ни того, что вскинутая вперёд когтистая рука лениво, но верно теряет свою человекоподобную форму, всё меньше напоминает руку, как с неё шмотками слезает чешуйчатая кожа, как суставы и кости с хрустом изменяются, вытягиваются, выворачиваются, до мучительного медленно возвращаясь к своему исходному виду.

Не должен он так терять контроль над собственной же формой, да и не должен переход быть таким долгим, идти такими судорожными-невнятными урывками.

Всей этой ситуации вообще не должно бы быть.

+2

10

Что эта идиотка подняла? Тессае кидает острый взгляд в сторону зомбака и тонкие губы кривятся, едва не обнажая клыки. Таланты ручного некроманта и вправду начинают превосходить сами себя: Тессае ощущает это... нечто почти как живое.

Чужое присутствие - какое-то липкое, мерзкое, которое хочется поскорее сбросить с себя как линялую шкуру, - раздражает. Что-то там, внутри этой твари есть. Словно искра болотного огня в глубоких топях. Чего?

Безумия? Страха?

Голода?

Брыкания Персефоны под боком раздражают, но Эдар не отпускает от себя женщину. Слабые ее трепыхания не заставят его когти разжать, а держит он крепко. Удивительно как кожу не пробивает, у нее она тонкая. Слабая. Человеческая.

Надави чуть сильнее и кровь пойдет.

- Заткнись и упокой это немедленно! - Страшным голосом рявкает он, слегка встряхивая женщину. Ее слова были полностью проигнорированы.

Тессае оттаскивает ее дальше мощным, некрасивым рывком, едва не свалившись на мостовую вместе с некромантом. Вовремя: там, где только что были их шеи теперь сомкнулись чужие когти. А потом он слышит этот звук. Слышит запах плоти - знакомый, родной практически запах гниения.

Хруст такой, что даже Эдару становиться на секунду не по себе: после таких хрустов должны идти вопли ужаса и боли, а не давящая тишина.

Чертов мертвый дракон посреди Валдена.

- ПЕРСЕФОНА ТВОЮ МАТЬ?! - Он редко повышает голос. Его трудно довести. Но притащить в центр Валдена мертвого дракона - как раз тот случай. Эдар зол. Зол он не столько на дракона, сколько на идиотский поступок женщины.

Когда он разберется с этим чудом некромантии - посадит ее в любимые подвалы. Пусть Персефона посидит и подумает в теплом сухом месте. Пусть подумает хорошо, как объяснить происходящее, а иначе оттуда не выйдет.

Нет, нельзя сейчас злиться. Нужно что-то сделать с этим, пока оно не перебудило весь город... И где чертовы патрульные? Неужели Фрелда тоже придется посадить рядом с Персефоной?

- Сидеть! - Приказывает он дракону. Тянется к нему, чует где-то там ту искру мозгов.

0

11

Персефона была странной, может иногда даже черезчур, принимая во внимание ее болезненную нежность к увяданию и смерти. Но даже будучи женщиной с закидонами, даже накидавшись наркоты собственного изобретения, дурой Сеф назвать было нельзя. С какой стороны на нее не посмотри.
А потому, когда напрягшиеся вдруг лапы фейри отволокли расслабленно щебечущую о потерянных в детстве близнецах и разнице в воспитании женщину в сторону, Сеф в первую очередь велела себе благоразумно заткнуться.
И подумать. В самом деле, когда голос ее обожаемой феи-крестной приобретает столь угрожающий оттенок, даже самому отбитому некроманту стоит остановиться и немного подумать.
Например о том, почему Тесс так злится? Злится явно на Персефону, иначе бы не давил так страшно на ребра, явно оставляя на память синяки. Не тащил бы ее за собой, стараясь сохранить расстояние между собой и эээ… Тессае номер два? Персефона не видела искры узнавания в чужих глазах, а потому не могла надеяться на сцену внезапно обретенного родства. Может, потому что его не было? Могло ли быть так, что Сеф немного напутала? Но как же похожи! В темноте, да по капюшон лицо скрыть, и не отличить почти, если сильно не всматриваться. Но ведь доктор звала за собой только одного, откуда второй? И почему, во имя Воли, Тессае на нее так страшно злится? Что такого она могла поднять, когда здесь только они тро…е.
- Ого. – пораженно выдохнула она, широко раскрыв глаза и уже куда пристальнее всматриваясь в рвущегося к физическому взаимодействию незнакомца.
- Ого! – уже с оттенком восторга, безвольной куклой обмякнув в чужой хватке, созерцая чудо чужой трансформации.
- Ты только посмотри, Тесс, это же дракон! – она было затрепыхалась, силясь выбраться поближе к изломанной, скрипящей костями фигуре, дабы познакомиться поближе, но тут, наконец, слова дознавателя настигли наконец, ее припудренное восприятие.
- Погоди, ты что, обвиняешь меня в этом?! – от возмущения женщина вцепилась в чужую лапу на своей талии, силясь разжать хватку, - да как ты мог?! Да после всего, что я от тебя натерпелась! Да как тебе не стыдно! Я ничего не делала! Он сам меня нашел! Правда, красавчик? – с надеждой обратилась Сеф к потрясающему созданию напротив.
И, кажется, голодному.
- Ты же не думал, что я позволю себя покусать собственному творению, Дар, серьезно?

+1


Вы здесь » Dark Tale » Незавершённые эпизоды » [30.05 ЛЛ] Ночь, улица, фонарь... дракон?!


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2020 «QuadroSystems» LLC