Многие знали её, в славе - сила её; твари, монстры, чумные псы да крысы сбегались к ней со всех углов, со всех эшафотов, ища защиты и крова - не он первый, не он последний узнает её в лицо. Вот только это лицо она показывать не готова.
(c) Жимолость

Тень смеётся глухо, отчаянно, стуча зубами о зубы и впиваясь лопатками в целое ещё стекло. Их не двое здесь — трое. Primum non nocere тебе в глотку, кровожадный кусок дерьма. Возьми себя в руки, дыши, дыши, дыши, говорю. Ты живой, а она — мёртвая, мертвее всех, и нет её здесь, и быть не может.
(c) Тень

Не дошел бы он до дому. И до Фитцроя бы не дошел. Никуда бы он не дошел; расправил бы черные крылья, разбросал бы черные перья, разметал бы черные клочки да по черным закоулочкам - и остался бы в черном пакете, получив в белый лоб черную пулю.
(c) Жимолость

Нет, господин Доджсон, ничего, всё в порядке, спасибо за беспокойство, и вам тоже самых мирных снов. Кошмарных снов о ваших мёртвых, скрежещущих зубами у порога дочерях, господин Доджсон. Нет, вам, должно быть, послышалось. Рад был увидеться. Очень, очень рад.
(c) Тень

Люди с дырявыми мозгами щемятся в переулки и помойки, захлопывают створки, щёлкают замками, как собачьими челюстями; Предместье хохочет утробно, слышно только детям, как она ловко подменяет улицы, личности, реальность.
(c) Ярогора

— Отпусти, — шипит он с голодной улыбкой и знает: выдрать из деревянных внутренностей стула его дрянную спинку так же просто, как очистить от лишних костей да мяса чужой хребет. Непропорционально, неправильно длинный.
(c) Тень

Когда они вырезали целые селения язычников, никакой полк не соглашался ночевать вблизи: все чаянно верили, что после смерти люди, отказавшиеся от Бога, ходят демонами несколько ночей, и шепчут. Шепчут. Сжимают руками головы живых и давят, могут так до самой церкви висеть «терновым венцом». С язычниками всегда ходит что-то ещё.
(c) Ярогора

Больничный запах увивался за ним, словно пёс, разнося характерный аромат лекарственных настоек пустыми коридорами Башни.
(c) Артур Райнер

Говорят, что этих ненастоящих звёзд столько же, сколько холдов есть в мире. Банально, но кто знает, а ну как правда? Во время любых катаклизмов, говорят, звёзд и вправду становится меньше. Она, по счастью, не застала...
(c) Лидия

Шейли выскочила наружу первой, через черный вход, решив не признаваться себе, что она только что начала и выиграла у Лидии гонку "кто доберется до улики первой".
(c) Тина Шейли

Вилкой с изогнутыми зубьями Лира царапает на сколотой грани стола созвездие; ее брови чуть сведены вместе, выражая то ли крайнюю степень сосредоточения, то ли просто желание немного подумать.
(c) Лира

Она ведь тоже убивала. Не мечом. С любовью, по-матерински, по-сестрински мягко - "я помогу", "я разберусь". "Я знаю, где-то есть из этого выход, потерпи еще разок, станет легче".
(c) Софья Раневская

...Всё было бы проще, если бы такие бланки можно было печатать на двух разных листах, но закон есть закон, и Хцио следовал его букве безукоризненно. И с небольшим удовольствием.
(с) Хциоулквоигмнзхах

Дыхание монстра позади говорило о том, что некоторые блага человеческой жизни (вроде зубного порошка или, на худой конец, зубочисток) до низших форм будут идти еще очень, очень, очень долго.
(c) Жимолость

Она ведь этого хотела. Искала. Ждала. Чтобы в мире появилось хоть что-то, способное её сломать. Сломать, чтобы выпустить на свободу. Но что теперь, Ярогора? То, что должно было тебя сломать — сломало. Но оказалось, что освобождать некого.
(c) Ярогора

Ешь меня, отрывай еще и еще — и служи до последней капли кипучей крови, пачкай руки грехом убийства, разврата, алчности. Чужие руки, чужой грех. Руки Яги чисты, белы и пахнут молоком и хлебом.
(c) Жимолость

Спонтанный крик или дёрнувшаяся рука может произойти в любой момент и сломать всё, что готовили несколькими днями. Поэтому они пьют. Много. Хорошо. И жуют опустелую траву.
(c) Ярогора

И Валденская Католическая ей, конечно, чужая. Не Исаакиевский, и даже не Лютеранская на Невском - скорее реплика настоящей церкви, последняя, отчаянная попытка зацепиться за начитанное в реальности писание. Ждать и верить в Христа там, где его очевидно нет - глупость. Так посмеиваются над верующими в Башне, и Раневская только смущенно улыбается - "глупость, верно", и ей совсем не хочется спорить.
(c) Софья Раневская

Интересно, а подпадают ли сказочные вампиры под понятие "нежить"? Чтоб нет-нет да и сказать Джо так лениво — "Изыди!", и тот, захлопав перепончатыми крыльями, с воплями уносится в адские кущи...
(c) Артано

Крапинка ответственно понюхал буклетик. И так же ответственно отложил в сторонку, больше интересуясь своим новым снаряжением. В конце концов настоящим героям не нужны никакие инструкции, тем более если эти инструкции такие непонятные.
(c) Крапинка

Читал утренние письма дома, в тайне от коллег, и только после этого покидал жилище — такова стратегия выживания управленца высшего звена. Да и молиться на рабочем месте неудобно.
(c) Тайб

Такое по-детски простое описание всего, что давит в груди (”не виновата!”), кажется святотатством. Дьявол кроется в деталях.
(c) Жимолость

— Извините, миледи, что не в яблоках, — язвит Ярогора в ответ, — но ты это сожрёшь, — заканчивает разговор.
(c) Ярогора

Её тянет просто опуститься на колени здесь и сейчас, и будь что будет – но вместо этого она опирается кончиками пальцев на столешницу, ища поддержки, и делает то, что должно.
(c) Тина Шейли

Назад дороги больше не было. Он сбежал от себя в Сказку. Теперь будет бежать от себя к Смерти. Дальше бежать некуда.
(c) Артано

Так, у тебя восемнадцать бойцов. Выдели мне четверых, кто имеет хоть какой-то опыт боевых действий. Которые не побегут при виде волка и не спутают рожу чудовища с моей.
(c) Гиль-Камиль-Каар

Сказки есть сказки, и неважно, сколько в них правды – однажды разумные существа берут какой-то факт, навешивают на него мишуру и вуаля! Готовая сказка на блюдечке.
(c) Гиль-Камиль-Каар

Есть такая вещь — красота. И если бы Гекльберри попросили придать этому понятию какой-нибудь приятный визуальный образ, ещё вчера он бы назвал Синтию с обложки Стальных Монстров июля 1998 года.
(c) Гекльберри

Март был Петербуржский, с давящим, низким серым небом, снег таял коричневыми разводами слякоти. А год назад на ветках уже цвели почки; Сказка непредсказуема.
(c) Софья Раневская

Поэтому он решил заявиться к звездочету в гости, - нет, не так как он обычно "ходил в гости", - а вполне официально и миролюбиво. Через дверь.
(c) Каминари

- Помимо гаданий и предсказаний судьбы, я также могу заглядывать в прошлое, относительно недалекое, и видеть те события, при которых присутствовал… кхм… этот ботинок, - гадалка жестом указала на изделие из коровьей или не очень кожи.
(c) Аншара

Это же подумать только, в Сказке живет белый пушистый пес размером с некоторые домишки, у него есть своя собственная роща с десятками песиков поменьше и игрушками, а Шадани об этом ни сном, ни духом!
(c) Шадани

Кому вообще понадобились чугунные деньги? Для чего их использовать? Покрыть пол по новомодному дизайнерскому веянию? Или вскоре чугун подскочит в цене и станет дороже золота?
(c) Ариадна

Запах крови ударяет в нос. Эреда закрывает глаза, втягивая этот аромат, пытаясь наполнить им каждый бронх. Не свежая, но тоже бодрит. Она ведома этим. Движется, словно хватаясь за незримую алую нить.
(c) Эреда

Но иногда случаются моменты просветления и монстры пробуют взять обстоятельство в свои лапы. Или же зубы, как это предпочитает делать Зэнхи.
(c) Зэнхи

путеводитель сюжет нужные гостевая правила о мире роли магия расы внешности
❖ В Предместье неспокойно. Монстры — разумные и не слишком — недобро поглядывают на местных, принадлежащих к другим расам. Поговаривают о нескольких случаях нападения. Въезд в Предместье временно запрещён Гильдией Стражей.
❖ Творцы подали спорное прошение о постройке на месте Валденского рынка загадочного сооружения. Сами авторы спорного проекта не уточняют его целей и таинственно отмалчиваются. Сооружение сложной формы из бумаги высотой с пятиэтажный дом может быть возведено в Валдене к следующему году.
❖ На фермах выросли потрясающих размеров сливы — к несчастью, произошло это прямо на границе между грядкой господина Ръо и госпожи Хопли-Допли. Споры не стихают уже вторую неделю. (подробнее...)
Июль года Лютых Лун
❖ Две луны продолжают вырастать над Валденом каждую ночь; с бледно-голубоватого их цвет сменился на кроваво-красный. Участились осадки: тяжёлые ливни заливают столицу и её окрестности.
❖ Монстры бродят по дорогам между поселениями. Не рекомендуется выходить из дома без крепкого зонта и базовых представлений о самообороне.
❖ Бестии могут чувствовать себя слегка некомфортно. Судя по последним вестям из Латт Свадже, они слышат некий зов, но пока не понимают, куда именно он зовёт и каково его происхождение.

Dark Tale

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dark Tale » Архив эпизодов » [20.06 ЛЛ] Как нарушить закон, запрещающий нарушать закон


[20.06 ЛЛ] Как нарушить закон, запрещающий нарушать закон

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

КАК НАРУШИТЬ ЗАКОН,
ЗАПРЕЩАЮЩИЙ НАРУШАТЬ ЗАКОН

20 июня года Лютых Лун; ночь

Гильдия Учёных → ???

Тень, Фитцрой

https://i.imgur.com/d4fO63u.png

ПРЕДИСЛОВИЕ

Рецепт успешной кражи — это один возмущённый глава Гильдии Стражей, один слегка утомлённый сообщник и несколько очень искренних «ПОЖА-А-АЛУЙСТА».

Свобода Воли: я за неё!

0

2

Верх наглости, пик нахальства, просто какой-то проклятый хребет абсурда. Писатель имеет право на свою рукопись, композитор имеет право на свою симфонию, так почему бы и создателю — родителю! — Машины такого права не иметь? Ну серьёзно. Если бы умники из Гильдии Учёных украли у него дочь, это не было бы и вполовину настолько же возмутительно!

Бред. Бр-ред.

Тень всегда питал к обитателям башни искреннюю симпатию, но на этот раз они определённо перешли черту. Машину следовало вернуть. И вернуть сегодня же.

— Так вот, издалека тебе может показаться, что это дверь. И вблизи. Вблизи тебе тоже может так показаться. Но это Машина, предназначенная для пространственно-временных перемещений. А Машины — как тебе, вероятно, известно! — не имеют с дверьми ничего общего.

Если подумать, то все попытки объяснить ситуацию этому человеку были заранее обречены на провал. Фантазия — самая слабая сторона любого зануды — у этого конкретного зануды вообще была атрофирована. Скорее всего, с рождения; Тень готов был поставить на это коллекционную бутылку папоротникового виски. Может, даже две.

Но даже с атрофированной фантазией Фитцрой представлял собой идеального кандидата на роль сообщника в этой тяжёлой жизненной ситуации. «Тяжёлой жизненной ситуацией» Тень тактично называл банальную кражу — конечно, только вслух, а не про себя. Вслух он не давал происходящему вообще никакой оценки. И так всё понятно — типичный учёный цинизм.

— В общем, её нужно вернуть, — терпеливо пояснил Тень, маршируя по направлению к башне. С каждой новой секундой он немного ускорял шаг, но уже через минуту осознавал это и рассудительно замедлялся. А потом ускорялся снова. И ещё немного. И ещё чуть-чуть. — План простой: я оборачиваюсь в истинную форму и талантливо изображаю приступ филлио; ты очень авторитетно заявляешь, что в этом их тайном отделе хранится сыворотка, которая вернёт меня в норму. У них такая есть. Не помню, как называется. Может быть, мне придётся сломать пару стульев на входе — ну, знаешь, чтобы выглядело натуральнее... Это будет очень просто. Нам нужен тридцать седьмой этаж.

Возможно, он слишком волновался и не успел продумать всё как следует, но не всякому плану ведь следовало быть идеальным, да? Иногда годился и черновой. Особенно в критических ситуациях. А ситуацию, в которой у тебя из-под носа утаскивают твою собственную ни в чём не повинную Машину, вполне можно было считать критической.

— Между прочим! — Тень даже застыл на месте, чтобы проверить содержимое карманов и одарить Фитцроя очень, очень, очень многозначительным взглядом. — Что бы ни случилось, не трогай её, понял, док? Она боится чужих. Перенервничает ещё... Не хочу, чтобы из-за тебя у неё образовалась какая-нибудь душевная травма.

А она образуется. Обязательно. Любой, кто провёл хотя бы пару минут своей жизни в непосредственной близости от этого человека, уже не мог считаться психически здоровым существом. Может, в медицинских справочниках об этом и не предупреждали, но Тень знал наверняка. Очевидный факт; вроде того, что ягоды кьяры лучше не глотать на пустой желудок, а валденское красное становится в два раза вкуснее, если дать ему как следует простояться у окна.

До входа в башню оставалось всего ничего. Тень тяжело вздохнул, остановился, вздохнул ещё тяжелее и обратился к Фитцрою со всем терпением, на которое только был способен:

— Если ты чего-то недопонял, то лучше скажи сейчас. Попытка только одна, и провал в мои планы не входит. Кстати, она зелёная. Зелёного цвета. И — я уже говорил, что она похожа на дверь?

+3

3

Шаги Фитцроя были вышколены и составляли примерно полтора полных оборота маятника в его кабинете. В стопке бумаг, которую он прихватил из кабинета, чтобы еще немного поработать во время ночного перекуса, один из листков все никак не хотел ложиться на свое место, упрямо топорщаясь налево. Рядом вышагивал Тень, и тихий топот то и дело выпадал из ритма. Фитцрой едва ли смог бы сказать, что из всего вышеперечисленного раздражает его больше.

- Во-первых, - начал Фитцрой, пытаясь заставить лист бумаги улечься ровно. Тот выскользнул и едва не выпал. Фитцрой поставил бы новый галстук на то, что это была справка кого-то из пациентов Жимолости. - Нельзя построить машину в виде двери и не обрести проблем. Ты своими же (кривыми) руками ухудшил свое положение. Кому во всем этом безумном мире могла понадобиться твоя машина, она что, работает?

Сведенные брови придали недовольному взгляду еще больше строгости. К сожалению, Тень уже давно изобрел протектор от строгих взглядов. Фитцрой постарался вложить в свой вздох как можно больше разочарования. Тень — как твой ребенок, чудом дотянувший до четырнадцати, и теперь обращающий на своего родителя внимание только тогда, когда нужно где-то взять денег. Никакого уважения.

- Во-вторых, «сыворотка», о которой ты думаешь, ничем не поможет. Ни от филлио, ни от глупости, что в твоем случае актуальнее. Впрочем...

Фитцрой смерил башню задумчивым, но все еще хмурым взглядом, и на автомате поправил меч на поясе. Может, разрубить его пополам, да и...

Было в Тени нечто раздражающее. Это нечто обычно звучало как «поимпровизируем»!

Фитцрой ненавидел импровизации. Он был глубоко порядочным человеком, любящим с чувством, толком и расстановкой продумывать любые возможные изменения основного плана. Фитцрой никогда не сказал бы «План Б». Он сказал бы «План №168. Кэрол, зачитайте!».

А еще он был человеком, горячо преданным Гильдии Стражей и этому городу. Своему делу. Своим идеалам...Среди которых, увы, затесалась невозможность оставить несправедливость вне своего внимания. Сами подумайте, если бы кто-то выкрал его любимую Кэрол, разве он не приложил бы все усилия, чтобы вернуть ее назад? Конечно, нет, но Тень и не был Фитцроем. Отец имеет право получить свое детище назад.

Нужно было дожить до пятого десятка, чтобы понять, что доверчивость — твоя слабая сторона.

- Слушай сюда. Ты проводишь меня до этажа. Далее вступаю я. Первым. И сделай одолжение, играй достаточно натурально, иначе я отключу тебе легкие, и тогда тебе придется стать убедительным.

Глубокий вдох. Фитцрой ступает вперед, его каблуки щелкают как по плацу, но у двери он задерживается и поправляет очки. Нужно было попросить о награде. С другой стороны...Быстрый взгляд на шею Тени и снова туда, наверх. С этим можно разобраться позднее.

+3

4

За тяжёлые годы своей тяжёлой жизни Тень как следует поднаторел в трёх вещах: скоропостижном опьянении, прицельной стрельбе и копировании интонаций Фитцроя Фортескью. Оли говорила, что получается у него отвратительно. Тень был склонен доверять этому мнению: в конце концов, должной степени отвратительности он добивался целых двадцать лет.

— Во-первых, — мастерски передразнил Тень, щурясь и морща нос, — я её не строил. Я её вырастил. Это совсем по-другому.

Ну серьёзно, он что, на столярных дел мастера похож? Смешно. Тень одёрнул воротник пальто. Засунул вываливающийся из кармана бумажный свёрток обратно в карман. Подумал. И просиял в ответ на чужое разочарование со всей гордостью, что вообще могла поместиться на его лице.

— «Работает»! — фыркнул вдобавок. — Это тебе не кофемолка и не Тина Шейли, чтобы «работать». Впрочем, да, она делает всё то, на что должна быть способна порядочная Машина, — и притом крайне успешно. Но тебе об этом знать не положено. Помнишь? Держи себя в руках. И руки тоже держи, где-нибудь... подальше, в общем, от Машины.

А вот дальнейшее Тени категорически не понравилось. Это выражение лица ему было знакомо от первой и до последней черты: доктор Фортескью изволил задуматься. План ему, значит, не понравился. Ну здравствуйте. Хоть бы замену предложил, а не... вот это вот всё. Кота в мешке Тень выбирать не собирался.

Проблема заключалась в том, что его, кажется, никто не спрашивал.

Грубо. Стоило того, чтобы серьёзно разозлиться. У Тени, впрочем, получилось только насупиться — но тоже весьма и весьма серьёзно. Он с удовольствием затеял бы с Фитцроем спор, наполненный тонной весомых аргументов («Потому что так надо!»), пугающих угроз («Переведу Жимолость в архивы на месяц и скажу, что это была твоя идея!») и замысловатых риторических конструкций («Олень!»); но Машина ждала его где-то там, наверху. Ждала слишком долго, чтобы Тень мог позволить себе отвлекаться на такие мелочи. Отмахнувшись, он пожал плечами с коротким:

— Делай, что хочешь.

И на всякий случай добавил:

— Только не насмерть.

С этим лучше уточнить.

❖ ❖ ❖

Время он подобрал идеальное. Хоть что-то в башне за полсотни лет не изменилось: Глаз по-прежнему нёс свою вахту каждую ночь по понедельникам, средам и пятницам. Старожил гильдии, славный малый и — самое главное! — свидетель Пожара-В-Трёх-С-Половиной-Отделах. Наученный горьким опытом, он не воспринимал всерьёз никакую угрозу, кроме угрозы возгорания. Именно поэтому, просканировав визитёров ленивым взглядом, Глаз и глазом не... Тьфу ты. Не обратил внимания, в общем.

— Как видишь, я тоже подготовился, — веско заметил Тень, перегнав Фитцроя ровненько на подходе к лестнице. Вряд ли тот, конечно, сочтёт бегло просмотренный график дежурств полноценной подготовкой, но кто вообще интересуется его мнением? Никто. Тень точно не интересовался.

Куда больше его заботило отсутствие в Гильдии Учёных портала, ведущего с нижних этажей на верхние, — или хотя бы какого-нибудь захудалого лифта. Пятьдесят лет! Пятьдесят лет, а они до сих пор до лифта не додумались.

К пятому этажу Тень поймал себя на мысли о том, что давно хотел обсудить с кем-нибудь принципы работы обезболивающего на виландесе. На десятом его посетило желание откусить Фитцрою лицо. К тринадцатому Тень вспомнил свой главный аргумент, но умудрился забыть его уже через восемь ступеней. К двадцать третьему ему надоело спорить, к тридцатому он соорудил из собственной тени мирно левитирующее вверх кресло, а к тридцать шестому, наконец, сосредоточился на миссии. Из-за угла чуть повыше показались очертания ограждающих рун.

— Ну, твой выход, — бросил Тень, умудрившись добавить в заговорщический шёпот немного показной беспечности. — Первым, как заказывал.

В конце концов, даже если ничего и не срастётся, то кого эти учёные вызовут? Гильдию Стражей? Пф-ф!..

+2


Вы здесь » Dark Tale » Архив эпизодов » [20.06 ЛЛ] Как нарушить закон, запрещающий нарушать закон