Многие знали её, в славе - сила её; твари, монстры, чумные псы да крысы сбегались к ней со всех углов, со всех эшафотов, ища защиты и крова - не он первый, не он последний узнает её в лицо. Вот только это лицо она показывать не готова.
(c) Жимолость

Тень смеётся глухо, отчаянно, стуча зубами о зубы и впиваясь лопатками в целое ещё стекло. Их не двое здесь — трое. Primum non nocere тебе в глотку, кровожадный кусок дерьма. Возьми себя в руки, дыши, дыши, дыши, говорю. Ты живой, а она — мёртвая, мертвее всех, и нет её здесь, и быть не может.
(c) Тень

Не дошел бы он до дому. И до Фитцроя бы не дошел. Никуда бы он не дошел; расправил бы черные крылья, разбросал бы черные перья, разметал бы черные клочки да по черным закоулочкам - и остался бы в черном пакете, получив в белый лоб черную пулю.
(c) Жимолость

Нет, господин Доджсон, ничего, всё в порядке, спасибо за беспокойство, и вам тоже самых мирных снов. Кошмарных снов о ваших мёртвых, скрежещущих зубами у порога дочерях, господин Доджсон. Нет, вам, должно быть, послышалось. Рад был увидеться. Очень, очень рад.
(c) Тень

Люди с дырявыми мозгами щемятся в переулки и помойки, захлопывают створки, щёлкают замками, как собачьими челюстями; Предместье хохочет утробно, слышно только детям, как она ловко подменяет улицы, личности, реальность.
(c) Ярогора

— Отпусти, — шипит он с голодной улыбкой и знает: выдрать из деревянных внутренностей стула его дрянную спинку так же просто, как очистить от лишних костей да мяса чужой хребет. Непропорционально, неправильно длинный.
(c) Тень

Когда они вырезали целые селения язычников, никакой полк не соглашался ночевать вблизи: все чаянно верили, что после смерти люди, отказавшиеся от Бога, ходят демонами несколько ночей, и шепчут. Шепчут. Сжимают руками головы живых и давят, могут так до самой церкви висеть «терновым венцом». С язычниками всегда ходит что-то ещё.
(c) Ярогора

Больничный запах увивался за ним, словно пёс, разнося характерный аромат лекарственных настоек пустыми коридорами Башни.
(c) Артур Райнер

Говорят, что этих ненастоящих звёзд столько же, сколько холдов есть в мире. Банально, но кто знает, а ну как правда? Во время любых катаклизмов, говорят, звёзд и вправду становится меньше. Она, по счастью, не застала...
(c) Лидия

Шейли выскочила наружу первой, через черный вход, решив не признаваться себе, что она только что начала и выиграла у Лидии гонку "кто доберется до улики первой".
(c) Тина Шейли

Вилкой с изогнутыми зубьями Лира царапает на сколотой грани стола созвездие; ее брови чуть сведены вместе, выражая то ли крайнюю степень сосредоточения, то ли просто желание немного подумать.
(c) Лира

Она ведь тоже убивала. Не мечом. С любовью, по-матерински, по-сестрински мягко - "я помогу", "я разберусь". "Я знаю, где-то есть из этого выход, потерпи еще разок, станет легче".
(c) Софья Раневская

...Всё было бы проще, если бы такие бланки можно было печатать на двух разных листах, но закон есть закон, и Хцио следовал его букве безукоризненно. И с небольшим удовольствием.
(с) Хциоулквоигмнзхах

Дыхание монстра позади говорило о том, что некоторые блага человеческой жизни (вроде зубного порошка или, на худой конец, зубочисток) до низших форм будут идти еще очень, очень, очень долго.
(c) Жимолость

Она ведь этого хотела. Искала. Ждала. Чтобы в мире появилось хоть что-то, способное её сломать. Сломать, чтобы выпустить на свободу. Но что теперь, Ярогора? То, что должно было тебя сломать — сломало. Но оказалось, что освобождать некого.
(c) Ярогора

Ешь меня, отрывай еще и еще — и служи до последней капли кипучей крови, пачкай руки грехом убийства, разврата, алчности. Чужие руки, чужой грех. Руки Яги чисты, белы и пахнут молоком и хлебом.
(c) Жимолость

Спонтанный крик или дёрнувшаяся рука может произойти в любой момент и сломать всё, что готовили несколькими днями. Поэтому они пьют. Много. Хорошо. И жуют опустелую траву.
(c) Ярогора

И Валденская Католическая ей, конечно, чужая. Не Исаакиевский, и даже не Лютеранская на Невском - скорее реплика настоящей церкви, последняя, отчаянная попытка зацепиться за начитанное в реальности писание. Ждать и верить в Христа там, где его очевидно нет - глупость. Так посмеиваются над верующими в Башне, и Раневская только смущенно улыбается - "глупость, верно", и ей совсем не хочется спорить.
(c) Софья Раневская

Интересно, а подпадают ли сказочные вампиры под понятие "нежить"? Чтоб нет-нет да и сказать Джо так лениво — "Изыди!", и тот, захлопав перепончатыми крыльями, с воплями уносится в адские кущи...
(c) Артано

Крапинка ответственно понюхал буклетик. И так же ответственно отложил в сторонку, больше интересуясь своим новым снаряжением. В конце концов настоящим героям не нужны никакие инструкции, тем более если эти инструкции такие непонятные.
(c) Крапинка

Читал утренние письма дома, в тайне от коллег, и только после этого покидал жилище — такова стратегия выживания управленца высшего звена. Да и молиться на рабочем месте неудобно.
(c) Тайб

Такое по-детски простое описание всего, что давит в груди (”не виновата!”), кажется святотатством. Дьявол кроется в деталях.
(c) Жимолость

— Извините, миледи, что не в яблоках, — язвит Ярогора в ответ, — но ты это сожрёшь, — заканчивает разговор.
(c) Ярогора

Её тянет просто опуститься на колени здесь и сейчас, и будь что будет – но вместо этого она опирается кончиками пальцев на столешницу, ища поддержки, и делает то, что должно.
(c) Тина Шейли

Назад дороги больше не было. Он сбежал от себя в Сказку. Теперь будет бежать от себя к Смерти. Дальше бежать некуда.
(c) Артано

Так, у тебя восемнадцать бойцов. Выдели мне четверых, кто имеет хоть какой-то опыт боевых действий. Которые не побегут при виде волка и не спутают рожу чудовища с моей.
(c) Гиль-Камиль-Каар

Сказки есть сказки, и неважно, сколько в них правды – однажды разумные существа берут какой-то факт, навешивают на него мишуру и вуаля! Готовая сказка на блюдечке.
(c) Гиль-Камиль-Каар

Есть такая вещь — красота. И если бы Гекльберри попросили придать этому понятию какой-нибудь приятный визуальный образ, ещё вчера он бы назвал Синтию с обложки Стальных Монстров июля 1998 года.
(c) Гекльберри

Март был Петербуржский, с давящим, низким серым небом, снег таял коричневыми разводами слякоти. А год назад на ветках уже цвели почки; Сказка непредсказуема.
(c) Софья Раневская

Поэтому он решил заявиться к звездочету в гости, - нет, не так как он обычно "ходил в гости", - а вполне официально и миролюбиво. Через дверь.
(c) Каминари

- Помимо гаданий и предсказаний судьбы, я также могу заглядывать в прошлое, относительно недалекое, и видеть те события, при которых присутствовал… кхм… этот ботинок, - гадалка жестом указала на изделие из коровьей или не очень кожи.
(c) Аншара

Это же подумать только, в Сказке живет белый пушистый пес размером с некоторые домишки, у него есть своя собственная роща с десятками песиков поменьше и игрушками, а Шадани об этом ни сном, ни духом!
(c) Шадани

Кому вообще понадобились чугунные деньги? Для чего их использовать? Покрыть пол по новомодному дизайнерскому веянию? Или вскоре чугун подскочит в цене и станет дороже золота?
(c) Ариадна

Запах крови ударяет в нос. Эреда закрывает глаза, втягивая этот аромат, пытаясь наполнить им каждый бронх. Не свежая, но тоже бодрит. Она ведома этим. Движется, словно хватаясь за незримую алую нить.
(c) Эреда

Но иногда случаются моменты просветления и монстры пробуют взять обстоятельство в свои лапы. Или же зубы, как это предпочитает делать Зэнхи.
(c) Зэнхи

путеводитель сюжет нужные гостевая правила о мире роли магия расы внешности
❖ В Предместье неспокойно. Монстры — разумные и не слишком — недобро поглядывают на местных, принадлежащих к другим расам. Поговаривают о нескольких случаях нападения. Въезд в Предместье временно запрещён Гильдией Стражей.
❖ Творцы подали спорное прошение о постройке на месте Валденского рынка загадочного сооружения. Сами авторы спорного проекта не уточняют его целей и таинственно отмалчиваются. Сооружение сложной формы из бумаги высотой с пятиэтажный дом может быть возведено в Валдене к следующему году.
❖ На фермах выросли потрясающих размеров сливы — к несчастью, произошло это прямо на границе между грядкой господина Ръо и госпожи Хопли-Допли. Споры не стихают уже вторую неделю. (подробнее...)
Июль года Лютых Лун
❖ Две луны продолжают вырастать над Валденом каждую ночь; с бледно-голубоватого их цвет сменился на кроваво-красный. Участились осадки: тяжёлые ливни заливают столицу и её окрестности.
❖ Монстры бродят по дорогам между поселениями. Не рекомендуется выходить из дома без крепкого зонта и базовых представлений о самообороне.
❖ Бестии могут чувствовать себя слегка некомфортно. Судя по последним вестям из Латт Свадже, они слышат некий зов, но пока не понимают, куда именно он зовёт и каково его происхождение.

Dark Tale

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dark Tale » Архив эпизодов » [23.06 ЛЛ] Q: Прирождённый убийца


[23.06 ЛЛ] Q: Прирождённый убийца

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

ПРИРОЖДЁННЫЙ УБИЙЦА

23 июня года Лютых Лун; день

Предместье, дом Пьерро

Софья Раневская, Дэн Пэро, Роджер Доу

https://i.imgur.com/GFisY2M.png

ПРЕДИСЛОВИЕ

Предместье — особая часть Сказки: здесь мелкие кражи и будничные убийства так же естественны, как дерьмовый кофе в сколотой кружке на завтрак. Но даже у жестокости предместных жителей есть предел. Волна убийств прокатилась по улицам: за последние сутки погибло больше пары дюжин существ. Очевидцы указывают на одну вполне конкретную девушку, которую всегда видели где-то поблизости. Стража пообещала кругленькую сумму тому, кому удастся привести её в гильдию для допроса.

Очерёдность постов: ГМ, далее — игроки, в любом порядке.

+2

2

Мирно снуют туда-сюда спины косматых монстров, торгуют чем-то из-под полы парочка одноглазых близнецов, хохочут бабы, плачет зубастый ребёнок. Предместье дышит так, как никогда не дышало.

Дышит, пока из толпы не доносится чей-то слабый, сдавленный крик, пока не ударяется тяжёлым мешком о землю мёртвое тело.

— Она!

Быстро-быстро топчут подошвы мокрую землю, взрывают пятками грязь, мчатся прочь, не разбирая дороги.

Рушится мир.


СОФЬЯ РАНЕВСКАЯ

Не всякий пациент может добраться до башни. Некоторые из них живут у самых стен Валдена, другие — в близлежащих поселениях, и только самые отчаявшиеся, самые несчастные обращаются к тебе из дальних уголков Сказки. Господин Бледный — как раз их таких.

Господин Бледный написал тебе длинное, сбивчивое и совершенно душераздирающее письмо, в котором просил посетить его в «хижине на углу Восемнадцатой и Скрипучих Половиц, маленький такой, покосившийся домик». Первое, что ты узнала, едва успев сделать пару шагов по грязной мостовой Предместья: Бледный мёртв. Как и ещё около двадцати других местных жителей. Все они погибли за минувшие сутки. Только об этом теперь на мрачных улочках и толкуют.

— Чернявая такая, и глазищи — ух-х, горят! — выплёвывают один.
— Жуткая девчонка, — вторит ему второй. — Не хотел бы я ей дорогу перейти.
— Как кошке чёрной, чёрной кошке — пе-рей-ти! — заливается кашляющим смехом третий.

Ужасно.

Ты знаешь наверняка: у господина Бледного нет родных, а значит, и утешать тебе некого. Остаётся только почтить его память и отправиться домой. Тихим, скорбным шагом ты направляешься к покосившемуся заборчику, возле которого обычно останавливаются немногочисленные повозки. Тогда-то это и происходит.

Вынырнув из-за угла, что-то больно задевает тебя плечом. Подняв взгляд, ты буквально на долю секунды замечаешь напротив горящие ярким голубым светом глаза.

А потом она исчезает у тебя за спиной. Она. Ты чувствуешь, как сердце пропускает удар. Возможно, прямо сейчас тебе посчастливилось избежать скоропостижной гибели. Но удастся ли избежать её кому-то ещё?

У тебя нет времени на то, чтобы принимать взвешенное решение. Пойдёшь своей дорогой — и забудешь о произошедшем через месяц-другой. Побежишь за ней — сможешь спасти чью-то жизнь. Это твой шанс; твой, а не чей-либо ещё. Стоит ли его упускать?


РОДЖЕР ДОУ

«Выползай-ка ты, Змей, на криву дорожку, на предместну тропку — и прямь ход держи, до кукольника, да пополудни на месте будь».

Кривой Зоб — хороший товарищ. Если скажет что, то верить можно смело, без раздумий. Зоб помогал тебе ещё тогда, когда вы с бандой купали Мираэль в крови. Зоб знает, где достать самые острые ножи и самые пряные травы. Зоб знает, что нужно тебе на этот раз, и принесёт это — в Предместье, куда тебя выпустил не слишком чистый на руку страж, к дому кукольника Пьерро.

Минута. Две. Восемь.

Тебе прекрасно известно, что Кривой Зоб никогда не опаздывает на встречи.

Четырнадцать. Двадцать пять.

А девчонка-то эта, о который все говорят, ничего себе, а? Две дюжины человек за две дюжины часов — шутка ли. И не попалась.

Тридцать.

Помер Зоб, тут и к гадалке не ходи. Нет больше Зоба.

Ты отлипаешь от пыльной стены и уже готовишься зашагать прочь, когда вдруг видишь... Да, сомнений нет. Ту самую. По всем признакам подходит: яркие глаза, тёмные волосы, запах смерти, оседающий в воздухе, стоит ей только появиться в поле твоего зрения. Появиться — и тотчас же исчезнуть прямо в дверях, не заметив тебя, стоящего за поворотом.

Вот и познакомились. Ничего не скажешь.


ДЭН ПЭРО

Есть особый род проблем, с которыми лучше разбираться тихо. Эта — одна из таких.

Ты был направлен в Предместье в качестве негласного руководителя одного скромного отряда: под твоим началом — четвёрка бойцов из боевого отдела, один разведчик и один аналитик по кличке Посвист, старательно пытающийся урвать у тебя лидерство. Твоя задача — найти как можно больше информации о загадочном убийце в сжатые сроки, передать её группе в полном объёме и... Дождаться, пока они покончат с грязной работой сами, без твоего непосредственного участия.

Есть и ещё кое-что — то, чего ты не знаешь наверняка, но о чём догадываешься. Кажется, твой непосредственный начальник, глава отдела аналитики, направил сюда далеко не одну только вашу группу. Вполне вероятно, что наравне с вами работает ещё парочка коопераций. Возможно, тот, кто сумеет разобраться с делом быстрее и эффективнее остальных, заслужит награду посерьёзнее.

Тебе повезло. Если, конечно, пару звонких лайнов и хорошо подобранные слова можно набрать везением.

Благодаря везению ты узнал, что девчонку видели в доме Пьерро, этой жуткой хибаре на задворках Предместья. Именно сюда ты и решаешься заглянуть около полудня, оставив свою группу в ближайшем трактире. Ты проводишь здесь не дольше получаса и успеваешь осмотреть только пару ближайших комнат. Ничего интересного. Стеклянные глаза причудливых кукол смотрят на тебя со всех сторон, улыбаются криво и, кажется, похихикивают, когда ты решаешь отвернуться. Нетрудно понять, почему жители Предместья предпочитают обходить жилище покойного Пьерро стороной.

Ты делаешь ещё один шаг — и вдруг слышишь, как на расстоянии пары комнат от тебя резко хлопает входная дверь.

Кто-то рядом.

ТЕХНИЧЕСКАЯ ИНФОРМАЦИЯ

» Подробнее о доме Пьерро:

16,2 написал(а):

Дом Пьерро. Красивый двухэтажный дом, который раньше принадлежал известному кукольнику. Многие говорят, что дом — жуткий. И не только потому, что куклы почившего мастера наблюдают за прохожими из-за стёкол окон.


» Софья Раневская находится в нескольких метрах от дома Пьерро, куда только что забежала подозреваемая в убийствах девушка. Роджер Доу стоит за поворотом, недалеко от входной двери. Дэн Пэро уже находится внутри.

[icon]https://i.imgur.com/KkPlwoi.png[/icon][nick]Убийца[/nick][status]здравствуй — и прощай[/status]

+2

3

Деньги это зло – но зло, которое порой так нужно, и которого сейчас так не хватает Хмуру. Пэро умудрился потратить весь свой капитал, вложив тот в рисковое дело, которое прогорело аки дешевая сигарета при долгой затяжке. Утро началось не с крепкого кофе и доброй сигареты, а с холодной яичницы с парой сухарей вместо хрустящих тостов. Сигарет почти не осталось, настроение дрянь, а на носу маячил срок оплаты аренды квартиры. Возможно, именно обстоятельство когда не хватало звонкого зла, и вынудило Дэна подписаться на сомнительное дельце, досье которого можно было выжимать от крови жертв. Работа обещала неприятности, но зато в случае успеха можно было получить пару балов перед начальством, да и премию выхлопотать вдобавок к обычному окладу.
Непонятно что ударило в голову начальству, но именно Хмура поставили во главе расследования и даже выделили ему стандартную группу поддержки из коллег соседних отделов. Наличие крепких парней, что в случае чего примут на себя удар и дадут время на то чтобы сделать ноги от опасности должно радовать. Но к такому щедрому подарку прилагался неприятный сюрприз – коллега аналитик, которому явно мозолил Хмур в роли начальника, пускай и временного. Посвист был одним из тех, кого Дэн считал очередным придурком, который готов танцевать на задних лапках ради возможности казаться выше остальных. Даже такого придурка можно было использовать, как тот же живой щит, пустив его вперед себя в темный коридор, но это не компенсировало некоторых неудобств. Дом кукольника находился не в самом светлом квартале, и у Хмура тут водилась пара знакомых из незаконных предпринимателей уличного бизнеса. К сожалению, обратится к местным за информацией, при пристальной слежке со стороны коллеги-придурка было слишком рисково. Но к счастью Хмуру выпала возможность незаметно для команды узнать кое-что интересное, когда на последние монеты он у непримечательной девушки что прямо на улице разливала кофе из термосов, получилось купить стаканчик крепкого горького напитка, завернутый в салфетку. Кофе было выпито залпом, салфетка после прочтения пары строк, была скомкана, вымочена в остатках кофе и выброшена в ближайшую урну.
Как это ни удивительно, но оставить группу поддержки в ближайшем питейном заведении оказалось довольно просто. Помог в этом деле именно Посвист, а точнее его стремление показать кто тут главный. Придурок не упустил возможности остаться наедине с остальными, без Пэро, который одним своим видом напоминал о его месте.
Прошло около получаса, но Хмур, в одиночестве бродя по печально известному дому Кукольника, внимательно осмотрев пару комнат ничего, не обнаружил. Разве что куклы казались осуждающими наблюдателями, которым явно претил незваный гость в их доме. Хмур тихо выдохнул и сел на пыльную тумбочку, чтобы собраться с мыслями, а заодно выкурить последнюю сигарету из пачки. Рука не успела поднести горящую спичку к сигарете, как раздался хлопок двери. Кого там так стремительно принесла нелегкая в этот дом? Хмур понимая, что неизвестный явно торопился, и может быть опасен, убрал сигарету за ухо и как можно тише направился к входной двери. По пути, детектив оставлял все двери открытыми, чтобы на виду было как можно больше окон, дабы в случае опасности нырнуть в тень собственного плаща и выйти уже вне дома.





Инвентарь

Черный блокнот 3301 с цикадой на обложке.
Обычный блокнот для рабочих записей + карандаш и ручка.
Служебное оружие - пистоль однозарядный и несколько бумажных патронов.
Спички и мятая пачка из под сигарет в которой осталась горстка табака и немного бумаги для самокруток.
Одет в жилет-безрукавку поверх белой неглаженой рубашки, на ногах серые брюки и прогулочные туфли. Кобура с пистолетом закреплена  слева, чуть ниже груди.  На поясе, сбоку небольшая кожаная сумка для мелочевки(вроде блокнота, ключей и пустого кошелька).

Отредактировано Дэн Пэро (2019-04-27 06:20:21)

+2

4

Она всё никак не могла осознать, как это -  много-много лет быть, а потом, легким движением ножа, случайно подвернувшимся камушком на мостовой, не быть совсем.

Не важно, хорошо ли, плохо ли ты был в этом мире, но ты был такой один. Ты - неповторимый набор защитных механизмов и травм, поведенческих паттернов и необъяснимых предпочтений в еде. Ты - невинный и маленький, ты - взрослый и усталый. Ты важен, ведь ты уже что-то. И вдруг - ты исчезаешь, становишься абсолютным ничем, - таким, какое человеческий мозг не в состоянии представить. Ничто всегда рядом, прячется за плечом; ты никогда к нему не оборачиваешься, но оно пугает.

Но это - не худшее. Худшее - то, что нож над тобой заносит чья-то рука, а каждая случайность может оказаться неслучайной. Соня не осуждала, но ужасалась: как можно измучить человека, как можно изломать его, чтобы он однажды взял - и убил? Может, господин Бледный и не был самым образованным в Сказке, может, был крайне одиноким, - настолько, что его кончину даже некому оплакивать, а его тело, учитывая нравы Предместья, вероятнее всего закопают в какой-нибудь общей могилке, - но он заслуживал тихой, мирной смерти. Как и все. Еще несколько часов назад он дышал, расхаживал по своему покосившемуся домику и ждал Сониной помощи; теперь его ждут Чертоги.

Впрочем, говорят, в Сказке каждая смерть неспроста.

Раневская ждала у дома, совсем не вписывавшегося в местную архитектуру - такие она когда-то видела на иллюстрациях детских книжек, навроде того, в котором жила маленькая Элли со своим Тотошкой; но он был заброшен: со стен ошметками слезала потускневшая краска, а окна, - удивительно, что не выбитые, - покрылись многолетней пылью. Сквозь мутное их  стекло виднелись темные силуэты, но, как бы Соня ни пыталась их опознать, зрение ее подводило. Она ждала и надеялась, что ей повезет, и скоро чья-то повозка вернет ее в родной, спокойный Валден, где двадцать трупов за сутки могли бы появиться разве что от эпидемии. Было тревожно, хотелось отвлечься. Наверное, ради таких моментов и начинают курить.

Двадцать - считай, по одному за час. Безумие.

Что-то толкает Софью - она уже собирается  извиняться, поднимает взгляд и видит её.  Нутро скручивается в узел, мысли разом вылетают из головы. В груди что-то болезненно сжалось. Голубые глаза, голубой свет. Голубой - цвет моря, ласкового, чистого неба, не опасности. Но эти глаза - точно такие, как ей описывали. Древний как мир инстинкт умоляет бежать, но женщина не двигается - замерла, точно каменная, и чувствует, как немеют руки, дрожат колени. Соня боится выдохнуть. Ее убьют? Конец? Вот так?

Но это - всего мгновение, а ее убийца, будто не заметив, пошла дальше. За спиной хлопает дверь, Соня оборачивается - ее нет.

Паника вырывается наружу, Раневская глубоко и прерывисто дышит, пытаясь прийти в себя. Так себя чувствовали ее жертвы? Нет, хуже. Сонин страх - вопрос, надежда, их страх - обреченность. В последние секунды они должны были понять, что вот-вот переступят черту, и никто, никто их не спасет. И их не спасли. Боже.

Соня никогда не дралась - если ее и били, она не отвечала; она пыталась сбежать. Обычно она считала это здравой мерой, но сейчас - другое. Вряд ли ее кто-то осудит, сбеги она от убийцы; наверное, никто даже и не узнает. Но она сбежит, спрячется, а кто-то - нет. Просто не сможет. И в этом будет и ее вина тоже. Она ведь может хотя бы попытаться? Не навредить, но обезоружить - запереть, приложить чем-то по голове... она понятия не имеет, как задерживать преступников. Она едва удерживает в руках пятикилограммовый ящик больничных лекарств.

Но всё лучше, чем утром, проснувшись дома, в тепле и безопасности, услышать, что голубоглазое чудовище сгубило еще десять таких Бледных.

Она, не сознавая себя, бросилась к дому. У двери отпрянула - спокойно. Не торопиться. И аккуратно, едва касаясь туфлями земли, вошла внутрь; в Свадже она научилась ходить тихо-тихо, чтобы не будить пациентов, и не думала, что этот навык пригодится где-то еще, но благодаря нему подгнившие половицы лишь слегка скрипнули под ее весом.

Она осмотрелась. Всюду - куклы, те самые оконные тени. Смотрят, не моргая, и будто чего-то ждут; Соня ежится, вздрагивает, но не останавливается - в голове по-прежнему пусто. С комода она подбирает тяжелую вазу, дальше и дальше движется по темному коридору.

Где-то шаги.

Инвентарь

- обычное светлое платье, попорченное Предместной грязью
- легкий плащ с двумя внутренними карманами и двумя внешними; используются три
- в одном внешнем: недоеденный сэндвич, завернутый в бумагу; связка ключей от кабинета в Башне, от дома и кабинета в Лечебнице
- в другом внешнем: рабочая записная книжка; смятый листочек с адресом господина Бледного; карандаш
- в последнем, внутреннем: баночка с успокоительным общего действия для ныне покойного Бледного; выписана по рецепту

Отредактировано Софья Раневская (2019-04-26 23:53:08)

+2

5

Роджер Доу уже успел неплохо освоиться в мире, где ему просто необходимо взаимодействовать с разными живыми существами, не прибегая к насилию. В общем-то он мог в звероформе пробраться в город и без контактов с кем-либо, но, право, к чему лишние сложности. Главное миновать стражей. А дальше…
В конце концов, не многие помнят Черного Доу. Да и те, кто помнит, скорее всего не признают его в опрятном мужчине.
Зоб был на редкость пунктуален, но в этот в намеченном месте никого не было. Роджер толком пожал плечами. Принялся ждать.
Постоял. Походил из стороны в сторону. Присел на землю. Даже скорчил недовольную физиономию. Уж Зоб то должен знать, что Доу нельзя заставлять ждать. Должна быть веская причина игнорировать Роджера. Например… например, смерть.
Предместье всегда было далеко не самым безопасным местом. Дикий лес из каменных домов, а теперь в этом лесу, судя по многочисленным слухам, завелся крайне опасный монстр.
Это напомнило Роджеру деньки, когда он сам охотился на людей в Валдене.
И, конечно, Роджер не боялся. По привычке, даже лишенный львиной доли своих возможностей, он считал себя альфа-хищником, которому попросту нечего было опасаться. Уж всяко не какую-то девчонку с горящими глазами.
В этот самый момент провидение – или Воля сказки – будто услышала мысли Доу. В эту секунду прямо у него на глазах пробежало существо, скрывшееся в дверях дома. Оболочка обыкновенной человеческой самки, но Доу нутром чуял опасность. Он криво усмехнулся. Черного Доу не испугать зловещей аурой.
Правда, ухмылка сменилась... недоумением? Следом ведь пробежала еще одна особь. Тоже самка. Выглядела опрятнее. Да и непроизвольное чувство тревоги всяко не вызывала. Таких Доу любил убивать в Валдене. Непроизвольно облизнулся. Какие времена были!
Прикинул варианты в голове. Подбросил монетку, но даже не стал смотреть, какой стороной она упала. Ему итак стало ясно, чего он хочет.
Направился к дому непринужденной походкой. Встал у двери. Открыл ее. На пороге никого не было. Ну, кроме кукол.
Красться? Прятаться? Да вы шутите?
- АУ! Давай-ка ты избавишь нас от поисков и выйдешь сюда сама, а? – крикнул Доу в пустоту, игнорируя тот факт, что кроме убийцы в доме, должно быть, как минимум еще одно действующее лицо – та самая девушка. Но какое ему дело до нее? Если разберется с убийцей, то сможет спокойно свернуть шею второй и свалить все на чудовищную девку. Похоже на отличный план.

Инвентарь

- темные брюки, черная рубашка, темные ботинки.
- есть трость с набалдашником в виде кобры.

+2

6

Вдох. Выдох. Слушать собственное дыхание, это всегда помогает, помогает не отвлекаться, оставаться в сознании, в норме, в себе, слушать собственное дыхание, слушать собственное дыхание, слушать, слушать
слушать
слушать
с л  у   ш    а     т      ь


Ты, Пэро, видишь её первым. Она проносится мимо тебя, прочь, резким скачком, мимо заставленного кукольными рядами прилавка. Она не замечает тебя, хотя в какой-то момент ты оказываешься совсем рядом. Буквально в нескольких сантиметрах. Только руку протяни.

Ты, Софья, замечаешь её второй. Но сперва — слышишь доносящийся из-за спины голос. Не женский — мужской. Фарфоровые уши фарфоровых детей, выстроившихся у тебя под ногами, тоже слышат его. Ты отвлекаешься на звук голоса, на жуткие, нечеловечески кукольные рожицы, смотрящие на тебя с явным ожиданием, — и потому упускаешь нужный момент. Она — та самая девушка — появляется за поворотом, резко подаётся тебе навстречу и едва-едва не сбивает с ног. Тяжёлая ваза падает на пол и разбивается о него сотней осколков. Ты оборачиваешься и, наконец, видишь его. Того, кто кричал.

Ты, Доу, замечаешь её последним. Она слышала твой крик, но бежала прочь от него, а не навстречу. Нелепая случайность: попавшаяся ей под руку девчонка, разбитая ваза — сыграла тебе на руку. Повезло. Она смотрит в твои глаза собственными, ярко-голубыми, и ты понимаешь: в них нет страха.

— Уходите.

Её слова — приказ. Не одно из тех странных вербальных заклинаний, сопротивляться которым невозможно; нет. Всего лишь набор звуков, не обладающий и зачатками магической силы. И всё же вы — каждый из вас — чувствуете, как наливается тяжестью воздух вокруг.

— Сейчас же, — говорит она, сжимая руки в кулаки.

Становится холоднее.


Дыши.

ТЕХНИЧЕСКАЯ ИНФОРМАЦИЯ

» Роджер Доу стоит ближе всех ко входу в дом. В коридоре по правую руку от него — Убийца, Софья Раневская и то, что осталось от вазы. Дэн Пэро располагается дальше всех от места происшествия. На данный момент его никто не видит. Он, в свою очередь, слышал крик Роджера Доу, слышал, как разбилась ваза, и, разумеется, слышал, что сказала Убийца.

» Убийце некуда бежать. За её спиной стоит Софья Раневская, чуть дальше впереди — Роджер Доу. Она останавливается и смотрит на них, по очереди.

» Вы можете предпринимать любые действия по своему усмотрению.

» Вне зависимости от предпринятых действий, каждый из вас должен бросить один стогранник. Сложность проверки для Софьи Раневской составляет 70. Сложность проверки для Дэна Пэро составляет 60. Сложность проверки для Роджера Доу составляет 50. Это проверка на ментальную защиту от неизвестной угрозы. В случае неудачи ГМ опишет результаты в следующем посте.

» Порядок постов: произвольный.

[icon]https://i.imgur.com/KkPlwoi.png[/icon][nick]Убийца[/nick][status]здравствуй — и прощай[/status]

+2

7

Сказать, что у Пэро перехватило дыхание от промчавшейся мимо него женщины – ни сказать ничего. Хмур конечно не из робкого десятка, но и не отчаянный герой. Легкий ветерок, незаметный сквозняк что вошел в дом через дверь, на мгновение показался ледяным ветром. Спина, ладони и лицо детектива взмокли от неожиданности и ощущения угрозы, что на секунды сделали из только что хмурого и ворчащего мужчины застывшую серую статую.  Ступор? Возможно, именно в него впал Хмур, чьи мысли были выбиты первобытным и искренним желанием смыться в тень.
Рука инстинктивно потянулась за ухо, к сигарете, к источнику расслабляющего вонючего дыма, но трясущиеся от волнения пальцы вместо того чтоб взять сигарету, смяли и поломали ее. Хмур проследил взглядом за падающими на пол обрывками фильтра и табака, и затем медленно сделал вдох.  Выдохнув,  детектив со спорным успехом попробовал скинуть с себя последние нотки мимолетного ступора, и медленно сделал шаг назад.
Что делать? Сбежать в тень и отправиться за подкреплением, пускай парни перетрясут весь этот чертов дом, пока отважный детектив будет смело наблюдать за сим действом с соседней улицы? Попробовать взять себя в руки, рискнуть, поставив на кон свое здоровье и возможно жизнь, ради маленькой возможности? Дэн не боец, он слишком ценит свою жизнь и считает ее высшим приоритетом, но с другой стороны, вдруг это нечто умеет наводить ложную панику? Хмур уже бывало, сталкивался с личностями в Сказке, которые одним взглядом могли лечить запоры, что уж говорить про магические фокусы.
- Ну ладно, попробуем отработать хотя бы часть получаемого оклада. С этой мыслью, детектив крадучись направился вслед за напугавшей его фигурой. Не стоило, и забывать про другой голос, тот мужской, который Хмур не очень запомнил из за промчавшейся мимо него женщины, ни тот звон чего то разбившегося.
[dice=83248-1:100]

Отредактировано Дэн Пэро (2019-05-03 17:24:49)

+2

8

Слева - скрип двери. Слева, за спиной - громкое, издевательское "ау", эхом бьющееся о стены, о невидящие стеклянные глаза, о Сонины нервы. Она дергается, оборачивается, хочет увидеть его - только вошедшего, - но всюду - куклы; они, десятки маленьких Элли и Дороти, тоже издеваются. Они-то точно всё знают наперёд.

Впереди, дальше по коридору - шаги. Торопятся, громыхают, слетают к Соне с соседнего поворота, и она опять видит ее. Она несется прямо к Раневской, Раневская жмурится, до боли сжимает в руках вазу, столбенеет - наверное, она с ножом, наверное, будет кровь... ее толкают. Софья отшатывается, впивается пальцами в стену, только бы не упасть. И совсем забывает о своей ноше.

Дребезг. Грохот. Сердце валится в пятки, а вместе с ним и сотни осколков. Мелкой пылью, широкими хрустальными гранями. Надо бежать - но куда бежать? Может, он поможет? Он, хриплый голос? Она делает шаг назад, - туфли - плохая обувь, чтобы ходить по стеклу, - и наконец замечает незнакомца. Между ними - убийца.

Соне хочется броситься к нему, кем бы он ни был, скрыться за ним - он, кажется, высок, - чувствовать, что вместо нее разберется кто-нибудь ещё. Она привыкла доверять свою безопасность другим; в Свадже - Эдриану, в башне - Монтгомери, на улицах - Ноксу. Какие бы ошибки она ни допускала, всегда есть кто-то лучше, умнее, сильнее. Кто-то, кто всё исправит, и перед кем она понесет понятное, узаконенное наказание. Простая иерархия, знакомая с детства. Но здесь, в этом коридоре - дикий лес и дикие звери, которым нет до нее дела, о которых она не знает ни-че-го. Зачем он кричал? Зачем звал ее? Почему "избавишь нас"? Либо он настолько силен, что не боится, либо ему просто плевать. Он с самого начала понимал, что Соня в доме. Не так бы повел себя отважный рыцарь, увидев даму в беде.

И она стоит, ни туда, ни сюда. Ждет, когда убийца сделает следующий шаг.

Уходите.

Становится тяжелее дышать, холодает; Софья объясняет это страхом, верно, всё - страх. Губы стягиваются в нервной улыбке - может, и не стоит так бояться? Они столкнулись уже дважды, а Соня, Соня-то еще жива! Обойдется. Она смотрит в крепкую спину девушки, на сжатые кулаки. Может, она себя не контролирует, сама себя пугает - с психопатами такое случается. Она не хочет вредить, Соня тоже не хочет. Ей бы только помочь.

Но если гонит - значит, что-то вот-вот случится...

Раневская еще чуть-чуть отступает, прятаться некуда. И молится, чтобы убийца не повернулась лицом.

- Пожалуйста, может, тебе нужна помощь? Что с тобой случилось? Я могу помочь, только... только не волнуйся...

Заикается; почти шепчет. Вряд ли это сработает. Убьет. Даже если она не сдвинется с места, даже если Соня успеет что-то понять, ощутить, что дальше? Перед смертью не надышишься.

Да и вооружение тяжелыми предметами не способствует доверительному диалогу.

Применение Ассоциативного Метода

- заклинание, позволяющее считывать подсознательные образы собеседника. Подопытный обязательно должен стоять, лежать или сидеть спиной к Соне и рассказывать о любых своих тревогах; так как бессознательное работает непрерывно, оно так или иначе покажет Соне хоть что-то, возможно, маловажное или несвязное. Ассоциативный метод помогает Соне узнавать истинные чувства (а порой и воспоминания) пациента, и она переживает их через себя, чтобы в дальнейшем провести Принятие.

[dice=25168-1:100]

+1

9

ДЭН ПЭРО

Ты делаешь шаг. Ещё один. Тихая, почти беззвучная вязь; ты умеешь передвигаться незаметно, когда хочешь этого. Снова шаг. Слегка поспешные два. И ещё немного...

Ты осторожно выглядываешь из-за коридорного угла и тотчас встречаешься глазами с ней. С этой женщиной. Ты и понятия не имеешь о том, кто это, но одного взгляда на неё хватает, чтобы сердце ушло в пятки.

Холодно. Ты чувствуешь, как руки и ноги сковывает резкий, ледяной, практически первобытный страх. Хочется отступить назад — не можешь. Хочется уйти в ближайшую тень — ноги не двигаются с места. Получается только смотреть на неё, смотреть в ответ, совершенно круглыми от ужаса глазами. Увидел бы себя со стороны — посмеялся б, должно быть.

Но не теперь. Теперь тебе не до смеха.

СОПРОТИВЛЯТЬСЯ СТРАХУ
Может, ты и не из боевого отдела, но тоже кое на что годишься. Сопротивляться можно любому страху. Получится ли у тебя — уже другой вопрос.

ЗАГЛЯНУТЬ В СЕБЯ
Грубая сила — далеко не лучший выход из большинства положений. Куда важнее понять, что вызывает в тебе этот страх. Осознать, откуда он взялся.


СОФЬЯ РАНЕВСКАЯ

Тебе не страшно. Ты умело складываешь слова в предложения, потому что понимаешь: всё это уже было. На своём опыте ты повидала самых разных пациентов, в том числе и... таких. Необычных. Ты хочешь помочь.

Когда ты начинаешь говорить, она переводит на тебя взгляд свирепых, даже злых глаз. Хмурится. Поджимает губы — не то в раздражении, не то в беспокойстве. А потом — смотрит куда-то мимо, прямо тебе за плечо. Видит другого. Третьего. Лишнего. Этот лишний окончательно выбивает её из колеи.

Ты не успеваешь заметить, когда она срывается с места.

Не успеваешь отпрянуть, когда она оказывается у тебя за спиной.

Не успеваешь и слова вставить, когда она цепко обхватывает руками твоё горло и говорит:

— Прочь! Подите прочь!

Ты со всей ясностью понимаешь, что скрывается за её напускной злостью. Самая простая, сама древняя мотивация хоть сколько-нибудь сознательного человека — страх. Она боится. За собственную жизнь?

Тебе почти не больно. Она держит крепко, но не сдавливает тисками — только жмёт ближе к себе, спешно вдыхает и выдыхает. На секунду тебе кажется, что ты можешь услышать быстрое, нервное биение её сердца.

— Убирайтесь отсюда, или я убью её, честное слово! Клянусь!

Ногти царапают кожу.

— Неужели вы, как те, хотите... Вы ведь тоже... Она... — женщина замирает. Дышит часто. — Уходите, ну, не нужно!

И опять повисает тишина.

Приватная информация

Ассоциативный метод — сильная способность, но ты понимаешь: условия не те. Слишком сложно сосредоточиться. Слишком упрямо сопротивляется пациент.

Несмотря на это — ладони на твоём горле, присутствие незнакомцев поблизости, собственный страх, — ты всё равно предпринимаешь попытку. Поджимаешь губы, силясь сконцентрировать остатки внимания. Что-то вспыхивает. Исчезает. И появляется снова.

Ты осознаёшь не сразу. Сперва — путаешь её с одной из этих тяжёлый фарфоровых кукол, которыми забиты прилавки. И только потом понимаешь: не кукла — настоящий человек. Или всё-таки?..

У неё белая кожа, белые волосы, и даже шаги её оставляют за собой блёклые, почти прозрачные следы. Она выглядывает из-за входной двери (совсем близко к тому, длинному, в щеголеватом костюме), осматривается неторопливо, останавливает свой взгляд на той, что свирепо сжимает твою шею, и — улыбается.

От этой улыбки внутренности стягивает в тугой комок. Глухо, пусто, холодно, чуждо; всё в этой девочке противоречит всему твоему существу. Но видишь её, кажется, только ты.

Сзади — вдох. Выдох.

Или всё-таки вы обе?

ГОВОРИТЬ С УБИЙЦЕЙ *
Ты знаешь, кто твой пациент. И именно ей сейчас следует уделить время.

ГОВОРИТЬ С ДЕВОЧКОЙ *
Кажется, она знает тебя. Кажется, ты знаешь её. Но что из этого следует?

* при желании выборы можно скомбинировать;
такое решение будет иметь последствия.

ТЕХНИЧЕСКАЯ ИНФОРМАЦИЯ

» Ход Роджера Доу пропущен. Дальнейшие пропуски хода могут негативно сказаться на судьбе персонажа.

» При выборе любого развития событий Дэну Пэро необходимо совершить бросок. Сложность проверки для первого варианта (сопротивление): 60. Сложность проверки для второго варианта (анализ): 20.

» На этому ходу Дэн Пэро, скованный собственным страхом, не может двигаться с места.

» Судя по действиям, которые предпринимает убийца, у неё нет при себе никакого оружия, кроме собственных рук.

» Порядок постов: произвольный.

[icon]https://i.imgur.com/KkPlwoi.png[/icon][nick]Убийца[/nick][status]здравствуй — и прощай[/status]

+1

10

Руки, горло, ногти и страх. Но уже - не Сонин. Соня дышит с убийцей в такт, помнит десятки таких же прерывистых вдохов и выдохов. Мишель, сорок один год, персекуторный бред; Кристофер, семнадцать лет, синдром Кандинского; мелькают страницами толстые медицинские карты, и к ним, как бы случайно, в тайне, добавляется новая: свежая, беленькая. На ней - ни имени, ни возраста, только пометка. Глаза - голубые. Самые.

Она просто болеет. Она не виновата. Софья перебирает диагнозы.

А, может, здесь что-то большее. Глубже. Мигают видения, содрогая реальность так, что их друг от друга и не отделить. Девочка, девочка же вон, прямо за дверью, выглядывает, улыбается! И правда - улыбается. Сама Смерть пришла, точно. Кукольная, светлая, совершенно сюда вписывающаяся к своим фарфоровым сестрам. Ну посмотри на нее, незнакомец! Покажи, что тоже ее видишь! Соня не понимает, в ее ли голове этот призрак, в голове ли убийцы. Не понимает, кому адресована эта улыбка - то ли ей, то ли той, что позади. Сработало? Получилось?

Сработало. Нутро сковывает холод, захлестывается чужими чувствами. Тяжело. Пусто.

- Уходите, послушайтесь! Пожалуйста, - горло сипло выдает подобие просьбы. Раневская не видела того, второго, выскочившего из комнаты, но надеется - и ему, и кричавшему хватит безразличия (или наоборот, сочувствия?), чтобы повиноваться. - Оставьте нас тут, всё будет хорошо.

Последнее - не им, а, скорее, ей. Верь мне, мол, девушка, всё еще наладится, не гони и меня с ними. Соня глотает слезы - с ней иногда такое делается, что ей все кажутся просто замученными детьми; она, в общем, тоже ребенок, разве что различает, что и как их мучает, и ей становится их так жалко, так больно за них, что хочется плакать. Только вот плач, конечно, разряжает, а толку от него нет.

- Не бойся, я ее тоже вижу, не бойся... Можешь меня не выпускать пока, если тебе так спокойнее. Я тебе не наврежу. Ты на нее не смотри, не надо, мы со всем разберемся. Я помогу. Обещаю.

Шепчет так, чтобы слышно было только им двоим, шепчет мягко, почти не срываясь. Соня, может, и ребенок, а с пациентами - мать.

Отредактировано Софья Раневская (2019-05-16 05:40:25)

+1

11

Когда-то все боялись Роджера, точнее Черного Доу. Но сейчас многие забыли об этом. Доу даже привык к этим бесстрашным взглядам.
Убежать не сумела из-за белокурой особы. Они очевидно не были связаны. Сама голубоглазая девка все еще не выглядела опасной, пусть Роджер и немного напрягся. Ее бесстрашие его забавляло.
А уж как она потешно сжала кулаки. Глумливая насмешка.
Что-то там шептала еще одна. Роджер едва разбирал ее слова. Да в общем-то и не пытался. Прикидывал в голове, кого он больше хочет убить, а кого изнасиловать перед убийством. Блондинка определенно была симпатичнее. Да и, очевидно, безопаснее.
В следующий миг убийца сорвалась с места. Роджер дернулся, но она вместо этого переключила свое внимание на незнакомку. Взяла заложника?
Роджер вообще не пытался вникнуть в то, что там говорила эта сумасшедшая девушка. Он в каком-то заброшенном особняке в неблагополучном районе. Перед ним убийца. Как часто ему выпадает возможность не просто убить, но и с легкостью свалить это на кого-то еще. Так и героем можно стать.
Тело почти не двигалось. Холодок по спине. Это странное ощущение неведомое Доу. Страх? Какой-то паралич? Нет, его тело определенно двигалось. Какое-то подавление воли через страх.
Рассмеялся.
Напугать его? Настало время напомнить, кто такой Черный Доу.
Глаза налились кровь.
- Если убьешь ее, то с кем мы будем развлекаться, после того как свернем тебе шею? – его голос становился ниже.
Ткань затрещала по швам. Тело вытянулось, он стал визуально значительно крупнее. Физиономия звериная с клыкастой пастью. Рубашка превратилась в лохмотья. Сердце бешено стучало.
Как тут не хватало третьей – истинно звериной – формы.
Никаких разговоров. Ему ведь в сущности вообще наплевать на белокурую девку. Рывок в сторону – в право – после прямиком на дам. Не удар, но попытка зверем прыгнуть на убийцу. Во второй форме он хорошо имитировал поведение всякого зверья. Клыки наготове.

+2

12

РОДЖЕР ДОУ

Трещит по швам ткань. Рвётся наружу сердце. Прыжок.

Ты ожидаешь, что крепкие пальцы схватят девчонку за плечи, что безоружное тело рухнет на землю безвольным мешком, что отшатнётся в ужасе та, вторая, белокурая, сделает какое-нибудь лицо посмешнее... Испуганное такое. Тебе понравится.

Но нет.

Под резким ударом трещит паркет. Костью — о дерево. Ты падаешь на колени раньше, чем успеваешь закончить прыжок. Тело встряхивает коротко, одной резкой судорогой — как при смерти, почему-то приходит тебе на ум глупая мысль. Но ты ведь не собирался умирать?

Когда к тебе возвращается зрение, ты видишь Её. Не убийцу с глазами цвета самого яркого неба. Не белокурую шептунью с мокрыми от слёз щеками. Другую, третью, маленькую и кудрявую, словно кукла. Именно перед ней ты становишься на колени. Именно в твои волосы она вплетает аккуратные, тонкие пальцы, гладит неторопливо, в бережном презрении.

Ты чувствуешь, как обхватывает твоё сердце такая же маленькая ладонь.

— Нет, — просто говорит она, эта девочка, улыбаясь тебе в лицо. — Рано.

Хватка становится теснее.

Смерть всегда защищает своих детей.

ПОРЯДОК
Смерти плевать на твой аппетит и твою прыть. Есть вещи, с которыми не следует шутить даже Чёрному Доу. Преклонить перед Ней голову — твой лучший выбор.

ХАОС
Рвать. Терзать. Драть. Ломать. Жрать. В клочья. Если ты приступил к делу, то доведёшь его до конца. Смерть или сама Воля во плоти — велика ли разница? Ты хочешь Её крови.


СОФЬЯ РАНЕВСКАЯ

Она слышит тебя, она слушает, ты знаешь. Дыхание выравнивается: вдох, выдох. Раз, два. Три, четыре. В какой-то момент вы начинаете дышать в унисон.

Именно тогда Она — Смерть — останавливает зверя в прыжке. Опускает его на колени одним движением ладони. И снова поворачивается к вам, с задумчивой улыбкой.

— Сколько ещё ты будешь бежать, дитя? — спрашивает она неторопливо, нараспев, обращаясь к той, чья хватка ослабла окончательно. Ты понимаешь, что свободна. Ты можешь уйти. — Мы хорошо поиграли: ты убегала, а я догоняла, оставляла за собой этот длинный, вёрткий след. Но теперь тебе пора домой. Ты наконец устала, дитя. Дай мне руку.

Ты чувствуешь, как она — стоящая позади тебя, испуганная, дикая, тихая — вздрагивает всем телом и отступает на шаг. Секунду назад ты была заложницей, а теперь — грудью защищаешь её от самой Смерти. Жизнь полна сюрпризов.

Смерть переводит на тебя улыбчивый взгляд — таким смотрят на чужих, дурно воспитанных детей. Она кивает чему-то. Вздыхает. Во вздохе — миллиарды жизней, уже оборвавшихся и ещё висящих на волоске. Может быть, и твоя тоже.

Да. Скорее всего, и твоя.

— Выбирай, Свет, — тихо шепчет она тебе, весело, лукаво. — Могу забрать его Жизнь, а её Путь — оставить в покое. Маленький каприз. А могу поступить по совести — дочь станет дочерью, зло останется злом. Что предложишь мне, Свет?

И смеётся.

— Себя не предлагай. Тебя мне не надо.

СУДЬБА
Повелители ужаса не выбирают свою специализацию. Ты знаешь: если Смерть пришла, чтобы забрать своё дитя, стоит позволить Ей сделать это.

ВОЛЯ
В человеке, стоящем напротив, ты чувствуешь злость. Ярость. Слепую жажду крови. Сколько жизней он уже отнял? И достоин ли собственной? Решать только тебе.

ТЕХНИЧЕСКАЯ ИНФОРМАЦИЯ

» Ход Дэна Пэро пропущен. Дэн Пэро временно не может принимать участие в квесте: всё это время он остаётся в сознании, но парализован страхом. Когда Дэн Пэро сможет вернуться в игру, то автоматически выйдет из этого состояния и сможет действовать.

» Теперь вы знаете о том, что женщина, которую считают убийцей, — повелитель ужаса; точнее, ей только предстоит получить эту специализацию. По всей видимости, те, кто считаются погибшими от её руки, на самом деле были жертвами Смерти, охотящейся за своей дочерью.

» При выборе в пользу «Хаоса» Роджеру Доу необходимо совершить бросок со сложностью 60. Это скрытая проверка, о результатах которой станет известно либо в следующем посте ГМа, либо в конце квеста.

» Порядок постов: произвольный.

[icon]https://i.imgur.com/nDGlaQ8.png[/icon][nick]Смерть[/nick][status]тёплые блудные дети[/status]

+1

13

Роджер оказался на пыльном полу мрачного особняка. Он и сам не сразу осознал, что произошло, хоть и мысленно был готов ко всякому. В конце концов, эта девчонка убивала людей не своими тщедушными ручонками, верно?
Доу и правда показалось, что он отключился, но нет. Вот перед ним была еще одна особа. Доу не встречал ее раньше, но он прекрасно знал, кто это.
Да, он удивился. И, пожалуй, это был тот редкий случай в его буйной жизни, когда он, считающий себя силой, способной плевать на любую сущность высшего порядка, ощутил страх. Страх от осознание того, что смерть – не как ее персонификация, а именно как явление – совсем близко.
Роджер был уверен, что она сможет его убить. И он легко мог умолять ее о пощаде. Но…
Она говорила. Говорила с белокурой. Говорила, что может отпустить какую-то грязную девчонку, забрав его жизнь вместе нее. Какая-то глупость.
Доу засмеялся. Татуировка на спине, оставленная ему стражей, сейчас жгла, будто поток магии пытался пробиться сквозь нее, обратив Доу в настоящее чудовище. Его пальцы оставляли борозды прямо на твердом полу.
- Я Черный Доу, - прорычал Роджер.
Это ведь его называли самым опасным человеком в Сказке. Это ведь он убил людей больше чем всякое чудище. Ведь именно он был персонификацией страха какие-то десятки лет назад. И сейчас какая-то девчонка будет решать его судьбу? Или какая-то неведомая сущность?
Вены вздулись, глаза налились кровью. Его сердце бешено стучало. Он даже не ощущал больше никакого страха. Только животную ярость и дикий азарт.
- Здесь я решаю, когда умирать.
Глаза в сторону «дочери» смерти. Мышцы напряглись. Сейчас он больше походил на зверя. Но в тот же миг разворот, попытка прыжка на смерть.
Он все равно бы не успел добраться до девчонки, находящейся под покровительством смерти, но ведь сама Смерть совсем рядом. Вдруг он успеет всадить в нее свои клыки? В конце концов, такая смерть всяко веселее.

Бросок кубика тут

+2

14

Она узнает его.

Узнает, когда из человечьей плоти вырывается Черный Доу, обрастая клыками. Узнает из газетных сводок, гвоздями вбивающих в паническую беспомощность, из регулярных ночных кошмаров - каждые полгода он когтями доставал ее сердце, жевал его, надкусывая, и лениво выплевывал к парализованному телу. Софью ужасали его поступки, но прежде всего - само его существование. Она не понимала. Не принимала. Пыталась, ведь никто - никто! - не виноват; и когда его имя стало всплывать только с "Много лет назад...", она убедила себя - наверное, он покаялся. Наверное, изменился, ведь десять лет тюрьмы не могут не изменить.

Но он - такой же.

Когда Смерть заберет свою дочь, он сделает все кошмары реальностью. Сначала для нее, потом еще для кого-то - вряд ли Доу избирателен в жертвах. Кровь леденеет в венах.

Вся жестокость мира в призме узких зрачков.

Девушка сзади дрожит, прячется за ней раненным олененком; ничего не просит, только боится этой маленькой, светлой Смерти. Смерть лукавит, делает одолжение - вот мой дар, Соня, убей во благо! А Соня, не ощущая себя, смотрит ему в макушку. Думает - он был когда-то ребенком. Любил, может, печенье с молоком или таскать соседок за косы. Он - живой, мыслящий, чувствующий, пусть в это и сложно поверить.

Дешевая бумага, плохо пропечатанный текст:

"Изнасилована, расчленена, обглодана, вырвана, выпотрошена, обезглавлена. Мертва." Множество раз.

Больно. Софья отводит взгляд. Ему просто нужна была помощь. Всем нужна.

Что-то внутри усмехается, цокает языком. Неужели ты, Соня, думаешь, что ему никто не пытался помочь? Что ты, особенная - смогла бы? Поверь, в Страже водятся не только садисты.

Жалостливо заглядывает в голубые глаза, извиняясь молча - прости, не смогу.

Что-то злится. Уходит в памяти дальше, грубо выдирает всё похороненное и забытое. Опиумная сладость, запах спирта, туго затянутая петля. Сколько раз Софья говорила, что поможет? Сколько обещала защитить? Сколько не выполняла обещаний, сколько мучила? Сколько можно врать? Бояться? Сделай уже что-нибудь. Исправь. Почини. Спаси, наконец. По-настоящему.

Сердце глухо стучит в ушах. Что-то меняется.

Она долго молчит. Не плачет уже и не боится - подводит в мыслях сухие расчеты. Это - для нее. Это - для себя. Для всех. Не всегда мирный способ - лучший, даже если хочется, чтобы мир был устроен иначе. Сказка - точно не будет.

Отступает к не-убийце, улыбается нездорово:

- Я же... Я же сказала, что помогу.

Вот и ответ.

+1

15

СОФЬЯ РАНЕВСКАЯ

Смерть ждёт послушно, степенно, сложив руки на груди. Кажется, твоё присутствие вовсе не доставляет ей дискомфорта — Мать не похожа на собственных детей. Может, не так уж и чужды ей на самом деле архонты.

Тихо отстукивают свой ход часы над входной дверью. Ты думаешь. Вспоминаешь. И, наконец, выносишь свой приговор.

Смерть удивлена. Ты замечаешь это в изгибе её бровей, в том, как она склоняет голову набок, оглядывает тебя оценивающе с ног до головы. Так, будто это не она здесь приняла облик двенадцатилетней девчушки. Будто не она сейчас смотрит снизу вверх, а ты. Ты; словно блудница в поисках работы. Или первоклассница с полным набором троек в дневнике.

— Вот как.

Молчит. Смотрит приветливо.

Тик-так.

— И что же, Свет? Полагаешь, родство с Матерью стоит всего одной гадкой человеческой жизни? Как насчёт... нескольких?

Мягкая улыбка тенью ложится на её лицо. Смерть довольна твоим решением.

Тик-так.

— Этот человек никогда не оставлял меня без работы. Он будет умирать много, долго — каждый раз, когда снова захочет поднять на кого-нибудь руку. Похоже на твоё проклятие, верно, Свет? Почему бы тебе не сделать Роджеру Доу подарок.

Её голос безразличен, будто вторит белизне платья и волос. Когда она наконец отводит взгляд, ты слышишь скрип двери за собственной спиной. Тихий. Едва различимый. Та, кого нарекли убийцей, оборачивается одновременно с тобой и приподнимает ладонь в усмиряющем жесте:

— Ступай отдыхать, Юджин. Всё хорошо. Я... скоро.

Ты едва-едва успеваешь различить в дверном проёме худое мальчишеское лицо.


РОДЖЕР ДОУ

Неотрывно следят за тобой глаза фарфоровых кукол. И фарфоровые глаза Смерти — тоже следят. В этих глазах ты видишь собственное лицо: обезображенное твоей истинной, звериной сущностью, раскрасневшееся, бешеное, яростное. Настоящее.

— Нет, — говорит тебе Смерть. Тихо, почти кротко мотает головой. — Ты — Кобальд Джонс. Но твоя смерть — каждая из твоих смертей — будет смертью Чёрного Доу, ничьей больше.

Твоя попытка сорваться с места вновь встречает мягкую, протянутую в неторопливом жесте ладонь. Холодеет вокруг. Ты видишь, как лицо Смерти приближается к тебе, чувствуешь, как ледяные губы трогают твой лоб целомудренным поцелуем. Смерть улыбается, улыбается, улыбается...

Аннабель Брукс, человек, сорок три года. Выпотрошена наживо.
Кит, полукровка, пятьдесят один год. Разрезан на части кухонным ножом.
Лия Терр, фэйри, двадцать восемь лет. Изнасилована. Обезглавлена.

Ты чувствуешь прикосновения рук. Десятков, сотен, тысяч — они ощупывают твоё лицо, скользят ногтями по спине, забираются под рёбра, до самого сердца — туда, где ты ещё секунду назад ощущал скупое прикосновение Смерти. Ты умираешь от рук собственных жертв. Их имена мелькают перед глазами плотным мушиным роем, газетные вырезки захлопывают тебе рот, и из этой стеснённой глотки рвётся наружу беззвучный крик.

Так умирает Чёрный Доу.

Когда Смерть говорит снова, ты уже не слышишь её слов.

— Будь осторожна со своими желаниями, Свет, — произносит она одними губами, прежде чем исчезнуть.


ИТОГИ КВЕСТА

» Софья Раневская убила Роджера Доу и спасла повелителя ужаса от становления.

» Несостоявшимся повелителем ужаса оказалась женщина по имени Офелия, мать Юджина, мальчика семи лет. На следующий день Офелия сама обратилась в Стражу, а ещё через какое-то время — предстала перед «Железной рукой» и была полностью оправдана.

» Офелия не забыла Софью Раневскую. Она чтит её как собственную спасительницу, регулярно шлёт винги с предложениями любой помощи и практически возводит в лик святых. Любой, даже самый неумелый психолог назвал бы такое поведение по меньшей мере нездоровым.

» Роджер Доу очнулся на полу дома Пьерро через несколько часов после произошедшего. Что-то изменилось в самом его существе. Что именно — он не смог бы сказать наверняка; но лоб до сих пор жгло беспощадным поцелуем Смерти.

» Дэн Пэро доложил о произошедшем в Гильдию Стражей, получил заслуженную премию и ещё сильнее прославился в своих кругах.


Приваты открыты.

Софья Раневская: получено достижение.

» Если тебе когда-нибудь понадобится моя жизнь. Офелия, которую Софья спасла от становления повелителем ужаса, преданна ей до гроба. Единожды за игровой месяц Софья может использовать её для выполнения любого задания: как в рамках разумного, так и вне таковых.

» Палач. Софье пришлось принять сложное для архонта решение. Что-то в её существе пошатнулось — тихо, незаметно, но ощутимо. Софья больше не чувствует боли и не получает повреждений, когда причиняет их другим, однако по-прежнему остаётся архонтом. Её магические способности также не претерпели изменений.

Софья Ранеская: обновлена репутация.

[23.06 ЛЛ] Q: Прирождённый убийца. Когда Офелия была оправдана, то рассказала о своём чудесном спасении всеми знакомым и друзьям. Слава о Софье разнеслась по Предместью.
Предместье: [0][+30]

[23.06 ЛЛ] Q: Прирождённый убийца. Гильдия Стражей узнала об участии Софьи в деле о Предместном убийце.
Гильдия Стражей: [0][+20]

[23.06 ЛЛ] Q: Прирождённый убийца. Смерть осталась чрезвычайно довольна неожиданным приговором Софьи, вынесенным Роджеру Доу.
Смерть: [0][+30]

Роджер Доу: получено достижение.

» Поцелуй Смерти. Смерть забавляет энтузиазм Роджера. Каждый раз, когда Роджер попытается причиняет физический вред любому разумному существу, он ощущает всю причинённую боль на собственной шкуре. Больше всего это похоже на проклятие, которым Воля наделила архонтов. Как избавиться от него — пока неизвестно.

» Горьким опытом. Роджер лично повстречался со Смертью и почти сумел ранить её. Почти. Он получает бонус +10 к броскам на любые взаимодействия с высшими сущностями.

Роджер Доу: обновлена репутация.

[23.06 ЛЛ] Q: Прирождённый убийца. Роджеру удалось как следует позабавить Смерть своей яростью.
Смерть: [0][+10]

Дэн Пэро: обновлена репутация.

[23.06 ЛЛ] Q: Прирождённый убийца. Гильдия Стражей благодарна Дэну за успешную работу.
Гильдия Стражей: [+40][+50]

Дэн Пэро: пополнен бюджет.

Гильдия Стражей выписала Дэну премию за успешную поимку опасного преступника. Он получает 100 лайнов.

[nick]Смерть[/nick][status]тёплые блудные дети[/status][icon]https://i.imgur.com/nDGlaQ8.png[/icon]

+2


Вы здесь » Dark Tale » Архив эпизодов » [23.06 ЛЛ] Q: Прирождённый убийца