Многие знали её, в славе - сила её; твари, монстры, чумные псы да крысы сбегались к ней со всех углов, со всех эшафотов, ища защиты и крова - не он первый, не он последний узнает её в лицо. Вот только это лицо она показывать не готова.
(c) Жимолость

Тень смеётся глухо, отчаянно, стуча зубами о зубы и впиваясь лопатками в целое ещё стекло. Их не двое здесь — трое. Primum non nocere тебе в глотку, кровожадный кусок дерьма. Возьми себя в руки, дыши, дыши, дыши, говорю. Ты живой, а она — мёртвая, мертвее всех, и нет её здесь, и быть не может.
(c) Тень

Не дошел бы он до дому. И до Фитцроя бы не дошел. Никуда бы он не дошел; расправил бы черные крылья, разбросал бы черные перья, разметал бы черные клочки да по черным закоулочкам - и остался бы в черном пакете, получив в белый лоб черную пулю.
(c) Жимолость

Нет, господин Доджсон, ничего, всё в порядке, спасибо за беспокойство, и вам тоже самых мирных снов. Кошмарных снов о ваших мёртвых, скрежещущих зубами у порога дочерях, господин Доджсон. Нет, вам, должно быть, послышалось. Рад был увидеться. Очень, очень рад.
(c) Тень

Люди с дырявыми мозгами щемятся в переулки и помойки, захлопывают створки, щёлкают замками, как собачьими челюстями; Предместье хохочет утробно, слышно только детям, как она ловко подменяет улицы, личности, реальность.
(c) Ярогора

— Отпусти, — шипит он с голодной улыбкой и знает: выдрать из деревянных внутренностей стула его дрянную спинку так же просто, как очистить от лишних костей да мяса чужой хребет. Непропорционально, неправильно длинный.
(c) Тень

Когда они вырезали целые селения язычников, никакой полк не соглашался ночевать вблизи: все чаянно верили, что после смерти люди, отказавшиеся от Бога, ходят демонами несколько ночей, и шепчут. Шепчут. Сжимают руками головы живых и давят, могут так до самой церкви висеть «терновым венцом». С язычниками всегда ходит что-то ещё.
(c) Ярогора

Больничный запах увивался за ним, словно пёс, разнося характерный аромат лекарственных настоек пустыми коридорами Башни.
(c) Артур Райнер

Говорят, что этих ненастоящих звёзд столько же, сколько холдов есть в мире. Банально, но кто знает, а ну как правда? Во время любых катаклизмов, говорят, звёзд и вправду становится меньше. Она, по счастью, не застала...
(c) Лидия

Шейли выскочила наружу первой, через черный вход, решив не признаваться себе, что она только что начала и выиграла у Лидии гонку "кто доберется до улики первой".
(c) Тина Шейли

Вилкой с изогнутыми зубьями Лира царапает на сколотой грани стола созвездие; ее брови чуть сведены вместе, выражая то ли крайнюю степень сосредоточения, то ли просто желание немного подумать.
(c) Лира

Она ведь тоже убивала. Не мечом. С любовью, по-матерински, по-сестрински мягко - "я помогу", "я разберусь". "Я знаю, где-то есть из этого выход, потерпи еще разок, станет легче".
(c) Софья Раневская

...Всё было бы проще, если бы такие бланки можно было печатать на двух разных листах, но закон есть закон, и Хцио следовал его букве безукоризненно. И с небольшим удовольствием.
(с) Хциоулквоигмнзхах

Дыхание монстра позади говорило о том, что некоторые блага человеческой жизни (вроде зубного порошка или, на худой конец, зубочисток) до низших форм будут идти еще очень, очень, очень долго.
(c) Жимолость

Она ведь этого хотела. Искала. Ждала. Чтобы в мире появилось хоть что-то, способное её сломать. Сломать, чтобы выпустить на свободу. Но что теперь, Ярогора? То, что должно было тебя сломать — сломало. Но оказалось, что освобождать некого.
(c) Ярогора

Ешь меня, отрывай еще и еще — и служи до последней капли кипучей крови, пачкай руки грехом убийства, разврата, алчности. Чужие руки, чужой грех. Руки Яги чисты, белы и пахнут молоком и хлебом.
(c) Жимолость

Спонтанный крик или дёрнувшаяся рука может произойти в любой момент и сломать всё, что готовили несколькими днями. Поэтому они пьют. Много. Хорошо. И жуют опустелую траву.
(c) Ярогора

И Валденская Католическая ей, конечно, чужая. Не Исаакиевский, и даже не Лютеранская на Невском - скорее реплика настоящей церкви, последняя, отчаянная попытка зацепиться за начитанное в реальности писание. Ждать и верить в Христа там, где его очевидно нет - глупость. Так посмеиваются над верующими в Башне, и Раневская только смущенно улыбается - "глупость, верно", и ей совсем не хочется спорить.
(c) Софья Раневская

Интересно, а подпадают ли сказочные вампиры под понятие "нежить"? Чтоб нет-нет да и сказать Джо так лениво — "Изыди!", и тот, захлопав перепончатыми крыльями, с воплями уносится в адские кущи...
(c) Артано

Крапинка ответственно понюхал буклетик. И так же ответственно отложил в сторонку, больше интересуясь своим новым снаряжением. В конце концов настоящим героям не нужны никакие инструкции, тем более если эти инструкции такие непонятные.
(c) Крапинка

Читал утренние письма дома, в тайне от коллег, и только после этого покидал жилище — такова стратегия выживания управленца высшего звена. Да и молиться на рабочем месте неудобно.
(c) Тайб

Такое по-детски простое описание всего, что давит в груди (”не виновата!”), кажется святотатством. Дьявол кроется в деталях.
(c) Жимолость

— Извините, миледи, что не в яблоках, — язвит Ярогора в ответ, — но ты это сожрёшь, — заканчивает разговор.
(c) Ярогора

Её тянет просто опуститься на колени здесь и сейчас, и будь что будет – но вместо этого она опирается кончиками пальцев на столешницу, ища поддержки, и делает то, что должно.
(c) Тина Шейли

Назад дороги больше не было. Он сбежал от себя в Сказку. Теперь будет бежать от себя к Смерти. Дальше бежать некуда.
(c) Артано

Так, у тебя восемнадцать бойцов. Выдели мне четверых, кто имеет хоть какой-то опыт боевых действий. Которые не побегут при виде волка и не спутают рожу чудовища с моей.
(c) Гиль-Камиль-Каар

Сказки есть сказки, и неважно, сколько в них правды – однажды разумные существа берут какой-то факт, навешивают на него мишуру и вуаля! Готовая сказка на блюдечке.
(c) Гиль-Камиль-Каар

Есть такая вещь — красота. И если бы Гекльберри попросили придать этому понятию какой-нибудь приятный визуальный образ, ещё вчера он бы назвал Синтию с обложки Стальных Монстров июля 1998 года.
(c) Гекльберри

Март был Петербуржский, с давящим, низким серым небом, снег таял коричневыми разводами слякоти. А год назад на ветках уже цвели почки; Сказка непредсказуема.
(c) Софья Раневская

Поэтому он решил заявиться к звездочету в гости, - нет, не так как он обычно "ходил в гости", - а вполне официально и миролюбиво. Через дверь.
(c) Каминари

- Помимо гаданий и предсказаний судьбы, я также могу заглядывать в прошлое, относительно недалекое, и видеть те события, при которых присутствовал… кхм… этот ботинок, - гадалка жестом указала на изделие из коровьей или не очень кожи.
(c) Аншара

Это же подумать только, в Сказке живет белый пушистый пес размером с некоторые домишки, у него есть своя собственная роща с десятками песиков поменьше и игрушками, а Шадани об этом ни сном, ни духом!
(c) Шадани

Кому вообще понадобились чугунные деньги? Для чего их использовать? Покрыть пол по новомодному дизайнерскому веянию? Или вскоре чугун подскочит в цене и станет дороже золота?
(c) Ариадна

Запах крови ударяет в нос. Эреда закрывает глаза, втягивая этот аромат, пытаясь наполнить им каждый бронх. Не свежая, но тоже бодрит. Она ведома этим. Движется, словно хватаясь за незримую алую нить.
(c) Эреда

Но иногда случаются моменты просветления и монстры пробуют взять обстоятельство в свои лапы. Или же зубы, как это предпочитает делать Зэнхи.
(c) Зэнхи

путеводитель сюжет нужные гостевая правила о мире роли магия расы внешности
❖ В Предместье неспокойно. Монстры — разумные и не слишком — недобро поглядывают на местных, принадлежащих к другим расам. Поговаривают о нескольких случаях нападения. Въезд в Предместье временно запрещён Гильдией Стражей.
❖ Творцы подали спорное прошение о постройке на месте Валденского рынка загадочного сооружения. Сами авторы спорного проекта не уточняют его целей и таинственно отмалчиваются. Сооружение сложной формы из бумаги высотой с пятиэтажный дом может быть возведено в Валдене к следующему году.
❖ На фермах выросли потрясающих размеров сливы — к несчастью, произошло это прямо на границе между грядкой господина Ръо и госпожи Хопли-Допли. Споры не стихают уже вторую неделю. (подробнее...)
Июль года Лютых Лун
❖ Две луны продолжают вырастать над Валденом каждую ночь; с бледно-голубоватого их цвет сменился на кроваво-красный. Участились осадки: тяжёлые ливни заливают столицу и её окрестности.
❖ Монстры бродят по дорогам между поселениями. Не рекомендуется выходить из дома без крепкого зонта и базовых представлений о самообороне.
❖ Бестии могут чувствовать себя слегка некомфортно. Судя по последним вестям из Латт Свадже, они слышат некий зов, но пока не понимают, куда именно он зовёт и каково его происхождение.

Dark Tale

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dark Tale » Личные главы » [06.06 ПН] Лжебог


[06.06 ПН] Лжебог

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

ЛЖЕБОГ

06.06 Год Путеводных Нитей

На просторах Сказки. Лагерь Банды Доу

Эреда и Роджер Доу

Накануне решающей битвы Банды Доу и Гильдии Стражи.

Свобода Воли: нет.

0

2

Было шумно. Крики, музыка, песни, пляски, парад огней. Самый настоящий праздник. Но праздник, который немногие решились бы посещать.
Банду Доу ликовала.
Поначалу, впрочем, волнения одолевали ватагу головорезов. Даже Кусака Джон, который был здоровенной образиной, убивавшей для забавы детей и женщин, подошел к Роджеру Доу со словами.
- Доу, а это было не слишком?
- О чем ты, Джонни?
- Ну это… я все понимаю. Весело, хех… Но это. С богами то шутить.
- Да что лопочешь?
- Боги! Они же, блин, боги.
- И?
- Ну опасно с ними так?
- Ха-ха, Джонни, чего эти боги нам сделают? Смотри!
У него как раз была резная статуэтка Бройе, которую Доу бросил на землю. Помочился на нее, после чего хлопнул Джона по плечу.
- Да к черту их! Мы новые боги? Никто нас не остановит.
Довольно быстро веселье захлестнуло весь лагерь, если можно было так называть стоянку Банды Доу.
Они пили, веселились, совокуплялись, плясали, пели и не только. Из Мираэль ватага головорезов угнала с собой и живых: простых прихожан и жрецов. Их было довольно много, но к моменту когда Доу вскочил на какой-то пенек почти никого не осталось.
У чудовища была в руках голова. Монстр буквально оторвал ее от тела, бросил в толпу. Банда вторила ему воем и свистом.
- Да кто нас остановит?! Кто?!
Толпа вторила ему какофонией воев.
- Границы, стражи, жрецы. Да к черту их всех! Мы все – это клич о том, что Волю Сказки достали все эти игры! Кто мы? Убийцы? Головорезы? Преступники? Да кто это сказал? А я говорю, что все это дерьмо!
Он зарычал. Никто не затих. Ответом стал гогот и завывания.
- Мы это новая Сказка! Дальше нас ждут фермы. А потом мы придем в Валден! Каждый из нас стоит тысячи. Поэтому нас тут сотни тысяч! Кто выстоит против такой армии?!

Доу прошествовал мимо сородичей. Обнимались. Хлопали друг друга по плечам. Он был в человеческой форме. Голый торс, какие-то рваные штаны и босые пятки.
Эреда была окраине их стоянки, будто в стороне от веселья, которое все продолжалось, когда живых пленников почти не осталось.
Заложники? Да кому они нужны!
- Эй, Реда! Ты чего спряталась?

+1

3

И почему в сказках всегда побеждает добро? Кто так решил? Ведь если взглянуть трезвым умом – злодей так тщательно и скрупулёзно разрабатывают свои планы, а какой-нибудь Иван-дурак нашел на помойке меч-кладенец, да и всех победил Ерунда, да и только.
Но всё-таки она знала и понимала, почему это происходит. Так называемые плохие парни слишком уж болтливы. Какой глупец будет выкладывать свой план врагу как на духу. Но такое бывает лишь в выдуманных историях.
В реальности дело далеко не в глупости. Тщеславие – страшный грех и порок – вот что губит сотни и тысячи. Погубит и их.

Она всё видит. Желтую струйку, от которой на холоде непременно пошел бы пар. Он не верит в здешних богов, не уважает и не почитает.  И если они всё-таки существуют, то, кажется, их это вполне устраивает. Их боятся, их ненавидят. И чувства эти будут расти с каждым днем, потому что никто не собирается останавливаться.
Их накажут, бесспорно, когда-нибудь. Это будет жестокая казнь на всеобщее обозрение. Повезет, если смерть будет быстрой. Только вот не повезет.

Она стоит в стороне. Видела это десятки раз. Грязные пьяные оргии. Алкоголь, экскременты, кровь убитых жертв – всё смешивает на полу и в жадных ртах, распространяя зловоние, столь привычное для неё.  У них нет рамок приличия и запретов. Можно ли назвать это очарованием? Отбросы общества, которых вовремя не пристрелили, как бродячих псов.
А кто же мы, Роджер? Если не убийцы, насильники, головорезы?
Она обводит взглядом это сборище. Крики заглушаются стонами. Чума на теле Сказки. И Боги, как же её плевать на это.
Эреда смывает кровь с клинков, наслаждаясь их остротой, прокручивая в голове каждое совершенно сегодня убийство. Она довольна. Она улыбается. Она такое же ничтожество и мусор.

Ей ни к чему прятаться. Но и эта свора ей тоже не нужна.  Нескромно будет отметить, что Эреда не похожа на них. Она порой вспыльчивее, жёстче, агрессивнее, но ей чуждо то тщеславие, которые они сейчас упиваются, словно сладким вином.

- Эреда.
Она поправляет своё имя, но он не слышит, даже не подумает. Убийца поднимается, стирая последние кровавые капли с лезвия.
-  Я убила сегодня больше всех. Это они прячутся, а не я. Трусы. Сбегут.
Она скалится, недовольная чем-то своим, затем переводит глаза на Доу. Даже в темноте виден их жуткий красный цвет.
- Чего тебе?

0

4

Тут была разношерстная публика. Банда Доу в основном состояла из тех, кому было привычнее путешествовать в одиночку, оставляя за собой шлейф из трупов. Но так уж вышло, что все эти одиночку оказались в одном месте. Желание убивать и мстить сплотило их вокруг Роджера Доу. Но оставались и те, кто старался держаться обособленно, вроде все той же Эреды.
Эреда оставалась всегда в стороне от головорезов Банды. И всегда была на взгляд Роджера чересчур депрессивна. Он догадывался, что в ее жизни произошло нечто такое, что сломало личность, сросшуюся после этого в страшное уродливое нечто. Умом он мог это не понять, но не почувствовать. Доу ведь ассоциировал себя с хищниками, потому с трудом мог принимать на себя чужие эмоции.
- Да куда им бежать? Отступать уже некуда, - легкомысленно пожал плечами Роджер.
Он вообще не верил в то, что может умереть. Доу уже не раз убеждался в собственной силе и исключительной живучести. И это не говоря о том, что он разорил святилище богов и даже не получил какое-то воздаяние за это…
Эреда была непредсказуемой. Вот сейчас она ведь вполне могла броситься на него. У нее клинки. И она ведь умеет ими пользоваться. Не успеешь среагировать и все, конец Черного Доу.
Роджер только усмехнулся собственным мыслям. Глупость то какая! Будто кто-то тут в самом деле может его убить. Хоть Роджеру интересно достаточно будет промежуточной формы, чтобы свернуть Эреде шею?
- Фу, как грубо, - усмехнулся Роджер.
Он неспешно сокращал дистанцию. Без особой опаски, разумеется.
- Опять думаешь тут о каких-то глупостях небось, - он пожал плечами мол «ну, что там у тебя в голове может быть важного, а?».
- Один из наших рассказал, что у ферм наш враг выстраивает линию обороны. Столько стражи в одном месте не было никогда, - его глаза блестели. Он не ощущал опасность. Наоборот какое-то… величие? Будто совсем скоро он совершит то, что никому еще не удавалось. Покорит точку настолько высокую.
- Понимаешь, о чем я? Возможно это последний день веселья для тебя и остальных, - и венчала эту фразу самодовольная ухмылка Черного Доу.

+1

5

- Всегда есть куда отступать.
Кто из них готов на вечные скитания?
Животные продолжают свои развлечения. Упиваются свободой и правами, которые им никто не давал. Сами себе судьи, бесчестные и продажные. Они должны стать сильнее, но им не понять. Их действия неразумны, взгляды пусты. И у неё нет цели. Это ненужное  и глупое. Для Эреды нет смысла. Вот только она выживет – они нет.
- Но если побегут, - будто пытается поймать движение каждого. Дикий смех, грубость, дикость. И как их носит Сказка? Эреда улыбается. – Я догоню каждого. И убью.
И они знают, что мольбы не помогут. Она хочет почувствовать их страх. Видеть его. Вдыхать. Он пахнет отвратительно - мочой и грубым, едким потом. Всегда разный. От него даже тошнит, и тем приятнее прервать чужую жизнь, чтобы наполнить легкие очистившимся от смрада воздухом.
Бегите.

Для Доу всякая мысль, что сидит не в его голове – глупость. Она принимает это как данность. Ей не нужно от него понимание и теплая ладонь на плече, что понимающее похлопывает в знак поддержки. Ей ни от кого это не нужно. Уже нет. Было необходимо тогда, на диком морозе, в проливной дождь и под палящем солнцем. Чтобы на ухо прошептали лишь одно: «Всё будет хорошо». Теперь она творит безумие. И это приятно. Больше не осуждает себя, но не может простить тех, других.
- Твои мысли не лучше моих, Доу. Но ты не за этим пришел.
Она нахмурилась, услышав про линию обороны.
- Опасно.
Эреда медленно облизывает нижнюю губу, погружаясь глубже в мысли.
- Ты знаешь, что опасно.
Но ты доволен этим.
- Я понимаю.
Ты тщеславен. Остановись.
Но Эреда молчит, потому что сама хочет ворваться в эту гущу. Прыгает в зыбучие пески с широко открытыми глазами, даже не пытаясь ухватиться за какие-то остатки разума.
Она не верит в их удачу, так же как и в провал. Доу не станет тем, кем желает, как бы не пытался. Но не ей говорить об этом.
- Ты обещаешь им победу, которой может не быть. Лишаешь их шанса уйти сейчас. Вот это глупость.
В словах нет упрека, Эреда улыбается, пока говорит это.
- Когда мы выходим?
Я не хочу больше ждать.

+1


Вы здесь » Dark Tale » Личные главы » [06.06 ПН] Лжебог