Дыхание монстра позади говорило о том, что некоторые блага человеческой жизни (вроде зубного порошка или, на худой конец, зубочисток) до низших форм будут идти еще очень, очень, очень долго.
(c) Жимолость

— Расскажи мне всё, леди дракон, чистую правду. Не жалей меня. Кажется, свет моих очей вчера вечером отключили за неуплату.
(c) Артано

Читал утренние письма дома, в тайне от коллег, и только после этого покидал жилище — такова стратегия выживания управленца высшего звена. Да и молиться на рабочем месте неудобно.
(c) Тайб

Такое по-детски простое описание всего, что давит в груди (”не виновата!”), кажется святотатством. Дьявол кроется в деталях.
(c) Жимолость

— Извините, миледи, что не в яблоках, — язвит Ярогора в ответ, — но ты это сожрёшь, — заканчивает разговор.
(c) Ярогора

Её тянет просто опуститься на колени здесь и сейчас, и будь что будет – но вместо этого она опирается кончиками пальцев на столешницу, ища поддержки, и делает то, что должно.
(c) Тина Шейли

Назад дороги больше не было. Он сбежал от себя в Сказку. Теперь будет бежать от себя к Смерти. Дальше бежать некуда.
(c) Артано

Так, у тебя восемнадцать бойцов. Выдели мне четверых, кто имеет хоть какой-то опыт боевых действий. Которые не побегут при виде волка и не спутают рожу чудовища с моей.
(c) Гиль-Камиль-Каар

– Не верьте своим глазам. – Джон усмехнулся. – Да и вообще, ничему не верьте.
(c) Джонас Йон

Кажется, что если переиграешь, все сложится наилучшим образом. Наивный самообман. Возможно, все кончилось бы куда печальнее. Никогда нельзя угадать.
(c) Николас Йон

Сказки есть сказки, и неважно, сколько в них правды – однажды разумные существа берут какой-то факт, навешивают на него мишуру и вуаля! Готовая сказка на блюдечке.
(c) Гиль-Камиль-Каар

Как же хорошо, что коты не такие, как люди.
(c) Василий

Есть такая вещь — красота. И если бы Гекльберри попросили придать этому понятию какой-нибудь приятный визуальный образ, ещё вчера он бы назвал Синтию с обложки Стальных Монстров июля 1998 года.
(c) Гекльберри

В "Стражах", поди, не девочки-ромашки работают. А если бы работали, вот это было бы номер. И Киса непроизвольно скалится, дорисовывая вокруг лица блондинки ореол из белых лепестков. Красотища.
(c) Киса Мяу-Кусь

Движение. Стой! Еще одно в сторону. Больной ты ублюдок, прекрати! Дурманящий запах крови ударил в нос. Не смей! Брат, не смей умирать!
(c) Николас Йон

Подушечка выходила просто замечательная, так что едва ли кто мог бы усомниться, что вышивка гладью райских птиц уже выбешивала изрядно. Настолько, что хотелось послать заказчицу и сжечь все двенадцать подушечек.
(c) Ланс

Случайный прохожий мог бы назвать её как-нибудь по-дурацки — ну, «дверь», например (потому что именно дверью она, в сущности, и была), — но Тень отказывался лишать Машину её гордого статуса даже мысленно.
(c) Тень

Но вы, конечно, посидите пока в карете, отгоните её на парковочку, пожалуйста, и отдыхайте пока. Вечером увезёте меня домой в целости, ведь столько кругом упырей, неврастенических повес и всесторонних уродцев на дорогах...
(c) Артано

...Лидия помотала головой, расстёгивая липучки на груди. Это слишком, Оли. Да, Нокс сегодня невменяемый, ну так он же никогда вменяемым не был! Но нож можно и оставить. И пистолет.
(c) Лидия

Через неделю уже весь Шрамовый переулок знал, как сильно Руфус хочет в отпуск. А еще через неделю добрая часть шрамовых уже была готова оплатить плащу любую поездку, желательно куда-то за горы Хап, лишь бы не слышать его непрекращающиеся стенания.
(c) Руфус

Март был Петербуржский, с давящим, низким серым небом, снег таял коричневыми разводами слякоти. А год назад на ветках уже цвели почки; Сказка непредсказуема.
(c) Софья Раневская

Поэтому он решил заявиться к звездочету в гости, - нет, не так как он обычно "ходил в гости", - а вполне официально и миролюбиво. Через дверь.
(c) Каминари

Почему-то в его голове образ «капитана» и «платья» ранее никак не совмещались, тем более, что платье – это же, считай, принцесса и все такое… Ох. Опять он об этих сказках задумался. Не к добру.
(c) Руа

- Чара Шайн… - повторил Роджер. Продегустировал имя. Снова усмехнулся. - Как будто кто-то начал произносить имя, но в процессе чихнул. Ну знаешь, Чара… пхчшайн. Да не обижайся.
(c) Роджер Доу

Бег. Он не прекращался. Ноги сами стремятся вперед. Рука намертво держит брата, словно он – единственный смысл на спасение. Впервые за все время в голове пусто. Совсем. Нет мыслей. Нет ничего. Даже усталости.
(c) Джонас Йон

— Простите. Вечер пусть. Добр будет. “Дамочка в беде”. Где?, — ужасно стесняясь, Грег снова обратился к случайному прохожему, надеясь что уж теперь-то ему повезёт.
(c) Грег

Махина говорила странно. Махина была все-таки вширь, а не в высоту. И это тоже могло стать проблемой. Она даже отклонилась, рассматривая монстра в талии. Мда. Проблемка.
(c) Чара Шайн

- Мряу мя? – Василий постарался вложить в мяуканье как можно больше вопросительной интонации, дабы человек уразумел, что пора уже чем-то заняться, кроме попыток продать никому ненужную ерунду. А голод... А голод и потерпеть можно!
(c) Василий

- Помимо гаданий и предсказаний судьбы, я также могу заглядывать в прошлое, относительно недалекое, и видеть те события, при которых присутствовал… кхм… этот ботинок, - гадалка жестом указала на изделие из коровьей или не очень кожи.
(c) Аншара

Упустить зверину вот так просто — непозволительная роскошь, поэтому Кирион дождался, когда Гек (а что это Гек он понял сразу по характерному кряхтению) заорёт, как маленькая девочка, и вот тогда вышел биться.
(c) Кирион

Это же подумать только, в Сказке живет белый пушистый пес размером с некоторые домишки, у него есть своя собственная роща с десятками песиков поменьше и игрушками, а Шадани об этом ни сном, ни духом!
(c) Шадани

Кому вообще понадобились чугунные деньги? Для чего их использовать? Покрыть пол по новомодному дизайнерскому веянию? Или вскоре чугун подскочит в цене и станет дороже золота?
(c) Ариадна

Запах крови ударяет в нос. Эреда закрывает глаза, втягивая этот аромат, пытаясь наполнить им каждый бронх. Не свежая, но тоже бодрит. Она ведома этим. Движется, словно хватаясь за незримую алую нить.
(c) Эреда

Не хочу умалять способностей вашего босса, но даже ему будет трудно превзойти в жестокости и садизме обычных людей, которые вроде бы и порядочные граждане, а загляни ты им в чулан — и заснуть потом не сможешь.
(c) Дэн Пэро

Но иногда случаются моменты просветления и монстры пробуют взять обстоятельство в свои лапы. Или же зубы, как это предпочитает делать Зэнхи.
(c) Зэнхи

путеводитель сюжет нужные гостевая правила о мире роли магия расы внешности
❖ Торговец Кабула Кахетэм всё-таки выдал свою шестую дочь замуж! Сивушные пары до сих пор не выветрились из дома. Жених получил один из магазинчиков и щедрые 10 000 лайнов.
❖ Уже неделю закрыт популярный ресторанчик «У семерых воробьёв». Говорят, в последнее время было много отравлений, и Гильдия Торговцев временно запретила деятельность ресторана. А может, это происки врагов?
❖ По всему Валдену — от таверны «Старый грифон» до Фонаря Коппера — проходит длинная золотая нить, подарок Зунга. (подробнее...)
Июнь года Лютых Лун
❖ После заката над Валденом появляются две луны, частично закрывающие друг друга. Каждую ночь существа и предметы теряют цвета, превращаясь в свои монохромные аналоги. Участились приступы филлио.
❖ Пострадавшие от ударов молний вернулись в норму. Их родственники и друзья благодарят сотрудников Латт Свадже за своевременное оказание помощи.
❖ В Предместье неспокойно: кто-то из жителей поговаривает, что воочию видел Святую Питу, покровительницу монстров.

Dark Tale

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dark Tale » Личные главы » [07.12 СВ] Чужая душа – потёмки


[07.12 СВ] Чужая душа – потёмки

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

ЧУЖАЯ ДУША – ПОТЁМКИ

7 декабря, Синего Вереска

Гильдия Стражей

Лидия Оливиоли, Софья Раневская

https://pp.userapi.com/c854016/v854016052/1e52b/X3ZeIR22zbg.jpg

ПРЕДИСЛОВИЕ

Тень сказал, что допрос Пайнеки тоже в юрисдикции отдела разведки.

Лидия сказала, что такие допросы она в гробу вертела.

Пайнека сказала: «Не трогайте меня, я этого не делала, я клянусь, я этого не делала, Я̸̵̡ ̷̡͢͞В́҉̡̕͠С̵̡̛͢Ѐ̶̨͡͏Г̢͡О͘͘ ̶̧̛͟Л̷̛͏̢И̨̢͢͞Ш̷͜Ь̧͘ ̷̨У́͝Б͏҉͜͞Ѝ̸Л̸̛͏А̧̀ ̢͏̵̵Т̴̕͜͟О̛͡Ѓ̡͜͞͠О̸̶͠ ̢̀҉̧̀Р̸̧͞Е̶̨̛͜͞Б̨̛͠Ё̴̷̢̛͠Н̨͠͠К̸̶̀̕͏А́͝͝,̵̡̡҉ ̷̴̢П̶̸Р҉͘Я̴̷̢̨͝М̸̧͝О̡͝͞ ̛́͏̧҉Н̴̷̛А̡̀ ̵̡̡͏̨М҉͜Е̢̢͞҉С̶͘͞҉̴Т̡Е҉̡̀,̶̕͏̷҉ ̶̧͝͡Р͝͏А̨̧͡͝З҉͡О̸̴Р͏́̕В͟͡͏̡А҉͘Л̨͘̕͟͡А͘͜ ̸̡̕͝Е̕҉̡҉Ѓ̶͢͡͡О̴́͟ ̶͟͠Н̕̕А̷̨̕͡ ͢͏К̀У̶̛҉͢С̴̡͟͏͡К̵̨̀͏И̛͘,̕͘͘ ́͝Ч́͜͡Т̧́͞҉О̶̧̨̛̀Б̵͞͡͝Ы҉ ̷̵͘В͢͜Ы̴̸С͞О̸̨͟͏С̵̧̧А́͠Т̢͡͠Ь̸̷̷́͝ ̛͝К̴̛О͜͏̷̵͢С̡̕͘͢Т̢̨́Н̛Ы̶̨̕͝Й̧̢ ͠М͘͠О̵̷́͠͞З̵̷̧͜͡Г̸̸̡̧, пожалуйста, я этого не делала, пожалуйста, прошу вас, это не я!»

Эби сказала, что та сумасшедшая.

Вальтер сказал, что она просто косит под дуру и, если хорошенько ей вмазать, то всё пройдёт.

Джи Джей предложила оставить её на пару часиков в гостях (поболтать о девичьем); но Тень так злобно сверкнул глазами, что от этой идеи пришлось отказаться.

Им нужен был специалист, пока все они здесь окончательно не свихнулись.

Свобода Воли: да.

+2

2

Шёл третий день мучений и, честно сказать, они испробовали всё.

– Пайнека, давай попробуем ещё раз...

Шёл третий день и, если бы Тень (и здравый смысл) не запретил её бить, то, вероятно, они оторвались бы на ней ещё вчера.

– Ты Пайнека Джонс, верно? Человек, зарегистрирована как прибывшая в Валден тринадцать лет назад...

Вальтер однажды разлил на неё кофе. Говорит, что случайно, но, впрочем, этот ожог всё равно ничего не дал. Ровным счётом ничего не изменилось.

– Можешь расскзаать нам, где ты была двадцать третьего ноября Синего Вереска? Это было две недели назад...

Никакого результата. Ни крупинки. Три дня – и никто из их отдела не добился ничего. Даже Вальтер с его кофе.

– Тебе знакомо имя «Кевин»?..

За последние шесть часов они исписали около сотни листов бумаги. И это без учёта ругательств. Ни одно слово не похоже на правду. Ничего не сходится, когда Пайнека начинает орать, краснея от гнева и брызжа слюной, ни когда она заходится жалобными рыданиями и с готовностью идёт на контакт.

Ни одного слова правды.

Лидия с трудом подавила усталый стон.

Валден: город, куда попадают только те, кому никак не жилось в той второй реальности. Самоубийцы, не долетевшие вовремя. Солдаты, уставшие убивать. Разорившиеся дельцы. Жертвы катастроф. Пережившие насилие, измены и все сорта переживаний на любой вкус.

Вопрос: сколько в городе толковых психологов, способных вывести на чистую воду одну, всего одну неадекватную?

У этой неадекватной нет филио; люди из Латт Свадже заходили вчера. Ни один из анализов не подтвердился.
На этой неадекватной не проклятие; аналитики крутились здесь с самого начала, и они вполне уверены в своём решении.
Простой вопрос: косит ли она под сумасшедшую или с её крышей на самом деле не всё в порядке? Сколько психологов (психотерапевтов, психиатров – Лидия давно махнула на терминологию рукой) способны это понять?!

Ответ: кажется, только один.

Точнее, одна.

– Софья? Проходите, вот сюда. Мы с вами общались вчера, я присылала вам винг... – кто-то распахнул перед входящей девушкой дверь и, обернувшись, Лидия приветственно ей кивнула. – Я Лидия, Лидия Оливиоли. Можно просто Лидия, на ты. Можно просто Оли. Писала насчёт допроса подозреваемого... Вы ещё согласны за это взяться? Какая информация вам понадобится?

Вряд ли кто-то в здравом уме захочет читать все сто листов бессвязного бреда, но, если вдруг именно так работает психология...

Пайнека вновь заорала за стеной. Кажется, у Эби получалось вести диалог ничуть не лучше, чем у всех остальных. Лидия качнула головой с извиняющейся улыбкой: мол, простите уж нас, что мы вытащили вас общаться с орущей невменяемой бабой; Гильдия Стражей на чашку кофе уж не приглашает!

for Nick(s)|Софья Раневская,Лидия

Прописывай по преступлению любые детали, которые будет нужно, никакого плана действий у меня нет, ровно как и подробностей) Полная импровизация.
Но, если хочешь, могу это продумать и сделать всё происходящее немного более квестовым. Тогда цель будет реально докопаться до истины.

+3

3

Ты замечаешь на двери металлическую табличку: "С. Раневская", переступаешь невысокий порожек, видишь обои невнятного персикового оттенка - бледные, в мелкий цветочек, - и знаешь, что все твои самые грязные тайны останутся здесь. Ты скрепляешь это устно, расписываешься за это на бумажке. Ты защищен. О том, что ты вчера придушил дворовую кошку или пнул своего сына, знаешь только ты. И знает С.

Двадцать лет Соня строила свой островок безопасности, двадцать лет выслушивала жалобы, просьбы и угрозы тех, кому чужие скелеты в шкафу могли быть полезны. Иногда к ней приходили зареванные жены и молили: Софья, ну скажите же, что он тогда был с прачкой! И Соне было стыдно им отказывать - простите, конфиденциальная информация. Иногда приходили с многозначительными намеками: вы, Софья, молчите, да как-нибудь ненароком совсем говорить не сможете. Но на словах все Толстые, и намекающих приходилось со вздохом провожать из Башни.

Ее репутация безукоризненна, по крайней мере в рамках узкого юридического параграфа.

С. Раневская - психолог, которому можно доверять.

Так было до вчерашнего дня.

Черная коробочка нервно жалась по углам кабинета, ускользая из Сониных рук каждый раз, когда она вот-вот была готова ее поймать, и далась адресатке только с третьей попытки. Бегать за ней оказалось даже забавно, и Соне подумалось, что винга отправили с каким-то розыгрышем, только вот вместо остроумной юморески в нем скрывалось одно большое, неприятное нечто. Прошение, написанное скупо, устало и как-то обреченно - как когда долго пытаешься решить загадку, все подсказки кончились, а бросить ее нельзя.

Лидия Оливиоли, Отдел разведки. Убийство. Допрос. Невозможно установить достоверность показаний. Нужна помощь.

Если Соня поможет, об этом точно узнают - и, следовательно, заговорят. Коллеги и пациенты заподозрят ее в сотрудничестве со Стражами; а люди, проведи они хоть вечность в Сказке, всё равно сохраняют недоверие к полиции.

Она и сама им немножко не доверяла. И потому думала, что если не поможет, признание из подозреваемой вытянут уже совсем другими методами.

_______________________________

У Стражей - непривычно и странно. Повсеместное чувство научного азарта сменилось суровыми лицами и впалостью невыспанных глаз, и Соне, белоручке, не державшей ничего опаснее кухонного ножа, неловко среди них. Ее встретили, провели вглубь здания, в одну из множества зрительно одинаковых комнат; в комнате ждала сама Лидия - женщина с легким налетом птичьих перьев на коже, вид которой полностью соответствовал настроению ее письма.

- Рада знакомству, Лидия, - Раневская собралась пожать руку разведчице, когда из-за стены донесся ужасный панический ор. Соня съежилась, инстинктивно отдергивая ладонь и оглядываясь на крик - значит, пациентку держат совсем рядом. Обстоятельства для знакомства могли бы сложиться и пожизнерадостнее.

Прежде, чем дать согласие, Софья вызнала из их переписки самое подробное описание происшествия, какое может передать паршиво работающий винг Оливиоли. Пайнека Джонс заключила контракт с Фэйри тринадцать лет назад, жила в Валдене; работала кухаркой в одной из забегаловок и, по словам клиентов, готовила, как любимая бабуля - то есть замечательно и по-домашнему. Впрочем, удивительно в ней было не это. У Пайнеки - четверо детей, все - рождены тут, в Латт Свадже, от разных партнеров, отличаются крепчайшим здоровьем и отменным аппетитом. У Пайнеки не было ни одного выкидыша, и ее случай многим казался абсолютным чудом, а ученым - необъяснимым феноменом. На всю Сказку она была единственной известной многодетной матерью.

Пайнека исключительно добра к своим отпрыскам. Пайнеку не замечали ни за какими правонарушениями. И оттого весь город особенно ужаснулся, когда ее, прозванную Валденской Матушкой Гусыней, - или кого-то крайне на нее похожего - нашли с девятилетним Кевином на руках. Кевин был изодран, покрыт следами укусов, а из того, что когда-то считалось его спиной, торчали тоненькие обглоданные позвонки, из которых, казалось, что-то высосали.

Это случилось на окраинах, и когда обнаруживший ее сапожник привел Стражу на место преступления, Пайнеки и след простыл. Сапожник видел ее лицо, знал Пайнеку так же хорошо, как любой другой ее посетитель, и уверял, - Богами клялся, что Кевина сожрала именно она.

Несколько дней Джонс не появлялась ни дома, ни на работе, и лишь спустя три ночи ее задержали - кухарка выбирала продукты, чтобы приготовить любимым малышам суп, и уже была в беспамятстве.

Лидия виновато улыбнулась, а Соня, тряхнув головой, натянуто улыбнулась в ответ. Если Пайнека и правда сделала то, что ей предъявлено, ощущения от сеанса будут не из приятных.

- Я... да, согласна. Вы, - нет, извините, - ты можешь показать мне госпожу Джонс? Я помню всё, что ты писала, и если сегодня за ней не наблюдалось ничего из ряда вон выходящего, лучше как можно скорее приступить к делу. Она в порядке? Физически.

Более тактичного способа узнать, били ли Пайнеку, Соня не придумала.

for Nick(s)|Лидия,Софья Раневская

Скажи, если где-то совсем дикие логические дыры и надо что-нибудь исправить

Отредактировано Софья Раневская (2019-04-12 03:23:58)

+2

4

Люди относятся к Страже по разному. Уважают. Боятся. Ненавидят.

Чаще, конечно, боятся и ненавидят. Это первая жестокая истина, с которой сталкивались новоприбывшие Стражи – далеко не все из них привыкли к подобному обращению. Некоторые из них трепались, что у них-то в реальности полицию уважают! Лидия не особенно верила. Люди везде одинаковые.

В Сказке с этим было даже легче. Если там, за пределами этого мира, не существует магии и проклятий, то, выходит, вся чернуха, совершающаяся там, совершается людьми по доброй воле – картинка не особенно радужная.

– Нет, Софья. Её никто не искалечил. Не буду скрывать, мне хотелось пару раз. Но это не относится к моей работе. Будете кофе?

Может быть, эта кружка на Пайнеку не опрокинется.

Стук в дверь допросной, и Эби тут же послушно оттуда ретируется – Лидия спорить готова, что та и сама уже не рада выпавшей возможности поработать. Она качает головой и пожимает плечами устало. Что же, ничего другого и не ожидалось. Кажется, уже поздно признавать свой план с психологом заранее безнадёжным?

– Пайнека? – она могла бы поговорить со стеной. Без шуток, в этой чёртовой гильдии куда больше шансов добиться внятных показаний от стены: ещё после того, как в кабинете Тени на двери появился непомерно говорливый рот...

Пайнека в тихом своём состоянии. Она не поднимает глаз и как будто вовсе не слышит обращённых к ней вопросов. Раскачивается легко из стороны в сторону, напевает что-то под нос. Ужасно хочется посмотреть на то, как Софья будет с этим работать. Даже не из злорадства – из любопытства.
Лидия проверяет всё ещё раз: сцепленные со столом наручники, кожу под которыми Пайнека уже изрядно разодрала (и Стража здесь не при чём!), охранные чары по всему периметру... Здесь должно быть достаточно безопасно, чтобы впускать постороннего человека.

– Вы можете проходить, – она делает приглашающий жест рукой.

+1

5

На пороге она отпивает кофе, ёжится - попросить сахара Раневская отчего-то постеснялась, да и не до того сейчас. Главное - набраться сил. Выспаться перед такой пациенткой ей всё равно не удалось.

Следует жесту Лидии, проходит внутрь. От Пайнеки дало мертвечиной; не тем даже естественным страхом, какой испытываешь, смотря в лицо убийцы, - когда знаешь, что он убивал, - а едва уловимым чувством душевного разложения. Соня замечательно его знает. Не нужно ставить витиеватых диагнозов, чтобы видеть, что что-то не так.

- Здравствуйте, госпожа Джонс, - подходит ближе, улыбается, пытается чуть заглянуть в глаза. Пайнека не реагирует. - Как вы себя чувствуете? Хотите чего-нибудь?

Ничего.

Наверное, Оливиоли ее засмеет - будто уже не спрашивали.

- Пайнека, - Соня перебирает пластинки самых нежных, доверительных своих голосов, и на нужной - "дружеской" - выдавливает нераспробованное языком имя. - Меня зовут Софья. Я здесь, чтобы вам помочь. А вы очень поможете мне, если расскажете, что сейчас чувствуете, хорошо? Я сяду позади вас, а вы говорите всё, что придет на ум. Вы не против?

Пайнека напевает.

Видимо, методы Латт Свадже тут не подходят.

Раневская опускает руку в карман, ощупывая записную книжку, поворачивается к Лидии с неловким пожатием плеч - извините, госпожа, попробуем иначе.

Тут из-за стола хриплое:

- Хочу...

Соня, как собака на свисток, склоняется к подозреваемой, вглядывается в болезную мимику с нескрываемым интересом.

- Чего хотите, Пайнека?

- Хочу... хочу...

Глубокое дыхание. Джонс медленно поднимает лицо, смотрит на Соню, но сквозь, мимо  нее - на Лидию. И вдруг срывается, расшатывает стол, впивает сталь наручников в истертые запястья, и кричит, кричит ужасно и оглушающе:

- Х̶̧̛О̴̧̕Ч̸̢̕У̷͜͡ С̷̨͡О̶̛͜Ж̴̢̛Р̸̡͡А̸̕͜Т̶̧͞Ь̸̧͡ Т̴҇͢В̶̧͠О̷̕͢И̴͜͠ Г̷̢͡Л̵҇͜А҉͢͠З̵̢̛А̵, -пьяно ухмыляется, брызжет слюной Раневской в лицо. Ошарашенная Мозгоправша отшатывается, озирается туда же, куда с жадностью вопиет Пайнека. У Оливиоли глаза - серо-голубые. Почти такие же, как и у нее самой. Почему из них двоих - она? - Т̴̢͞В̷̨̕О̵̛͢И̶̢͠ Г̴̧̛Л҈̡̕А̸̡͝З̴͜͞А̸͜͠ П̸̢̕О̷̢͝Х̶̨͝О̷̛͜Ж̶̢͞И̶̡̛ Н̶̢͡А̶̧͠ М҈̧͝А҉̕͢Р̷̧̕Т̷҇͢И̸̢͡Н̵̢͠Ы̵̧҇.̴̡̕.̶̢͞.҉̧҇...  У̴̧̛ М̸̧̛А̴͜͝Р̴͢͡Т̸̡͠Ы̷҇͜ Ч҈̨͠У̸̢͝Д̶̧͠Е҉̢̕С̵̧̛Н҉̢͞Ы҈̧̛Е̸̧͡,̴̕͜ , М̶͜͞А̴̕͢Л̶̢͠Е̵̨̕Н̴̧҇Ь̶҇͢К̸̨͡И̸̡͠Е̸̨̛ Г̴҇͜Л̸̡͡А҉̡̛З̵͢͞О̴̧̛Ч҉̛͢К̸̢͞И̷̛͜.̸.  Х̵͜͡О̴̢̛Ч҈҇͜У̶̡҇ У̶̧҇В҈̨͠И҉̛͜Д҈̢͡Е̶̢̕Т̸҇͢Ь̸̢̛,̶̨͝, Ч̷̨͞Т̴̢҇О̵͢͡ О҈̧͝Н̴̢͝И҉̨͡ В҉҇͜И҉̨̕Д҉̡͞Е̸̕͢Л҈̨͞И̷͜͡.  Д̴̢͡А̴͢͞Й̶̛͢. Д̶̨͠А҈̢͠Й̷͢͞ М̷̢͝Н̵̧͞Е!

Одной ладонью утирает слюну с щеки, другой - раскрывает блокнот. Боковым зрением замечает разлитый по полу кофе.

- Пайнека, что... что за Марта?

- В҈̨̛Ы̷̢҇К̶̡͞О҈͜͠Л̸̨͡И̸̢͝ И̷̡̕Х̶͜͞.̷҇͜ . В҉̨҇Ы̴̢̕Р̶̨͠В̸̕͜И̴̡͞.̸̡͡ . П̶̧͡Е̴͜͞Р҈̨̛Е҈̧҇Ж̵̡̕У̵̡͠Й҉̡͝,̸̨͞.  О҈̧͞Т̴̢͝Д҉̨̛А҉̨͞Й̵̧̛ М̵̡͞Н̵̢̛Е҈̢͠!̶̕͜ !

Визг застилает уши, Соня давит в себе страх. Пайнеке, видимо, плевать на нее; и, сколько ни ужасайся, ее это не оттолкнет. Теперь ее работа - чисто техническая. Но если Лидия ее так же мало интересовала все дни допроса, конкретно в эту минуту, в этот час, что-то отличается. Терять этот момент - терять Пайнеку.

- Лидия, говори с ней. Провоцируй ее. Допрашивай. Я начну, но говорить придется тебе. Если что, я тебя направлю. Пожалуйста.

Три шага, и Софья уже у нее за спиной. С трудом концентрируется на макушке - Джонс трясется из стороны в сторону, то запрокидывая голову вверх, то вытягиваясь всем корпусом вперед, к своей надзирательнице. Пальцы обхватывают огрызок карандаша и врач, не глядя, давит грифелем первую строчку:
Марта. Лидия. Глаза. Хочет съесть.

------------------в голове Пайнеки Джонс------------------

Соню захлестывает, дикой, необузданной волной накрывает радость. В ее детских, маленьких ладошках - россыпь бурых, белых, песочно-рыжеватых перьев, и чувствуются они намного мягче, чем должны. Мягче, потому что желаннее - разве желают обыкновенный пух, которым набивают подушки? А эти Пайнека - ждала. Жаждала.

В ногах лежит птица.

По ощущениям - живая. Теплится где-то внутри, бестелесная.

А на земле - мертвая.

------------------

Отредактировано Софья Раневская (Вчера 06:49:25)

+3


Вы здесь » Dark Tale » Личные главы » [07.12 СВ] Чужая душа – потёмки