Тут же, громко цокая когтями по полу, в дверь вломилась громадная собака. Именно вломилась, проделав в ней большую дыру. Что поделать, хозяин, хоть и был талантливым кинологом, забыл, видимо, научить собаку открывать двери.
(c) Вейкко

Яркая и разношерстная Сказка каждый день умудряется подкинуть новый вызов, будто специально так и норовя поиспытывать стойкость и желание жить.
(c) Тессае Эдар

Люди невероятны сами по себе, а вместе они собирались в единое целое, способное справиться почти с любой бедой..
(c) Эмиль

— Вот знавал я одну сестру милосердия , Авдотья звали, девчонка смазливая была, лет восемнадцать только только исполнилось, младше всего нашего брата почти, но ты только проверни чего, приобними или ещё чего, так она тебе потом так уколет, что хоть на стенку лезь, а присесть, неа , и стой весь день.
(c) Алексей Вольский

Толпа явно стягивалась к одному конкретному месту, видимо, там и находились представительницы прекрасного пола. Ури словно на встречу фанатов со звездами попал. Кажется, стоит кого-то расспросить, может здесь нужно очередь занимать? Нет, ну мало ли, вдруг это специальное показательное выступление для таких же заинтересованных, как и он?
(c) Ури

Она никогда не делилась своим прошлым, мужчина даже за эти полгода вряд ли смог узнать хоть что-то стоящее, помимо возможности ящерицы находить неприятности на свою аппетитную задницу.
(c) Рене

— Вот знавал я одну сестру милосердия , Авдотья звали, девчонка смазливая была, лет восемнадцать только только исполнилось, младше всего нашего брата почти, но ты только проверни чего, приобними или ещё чего, так она тебе потом так уколет, что хоть на стенку лезь, а присесть, неа , и стой весь день.
(c) Алексей Вольский

Это Сказка – ему нужно привыкать к такому. Сегодня говорящий кот, а завтра прямоходящая акула. В конце концов, маленького дракона он уже повстречал.
(c) Нуар

Когда ты — маленькое и хрупкое существо, на которое, в теории, можно даже наступить и не заметить, вопрос защиты имущества встаёт ребром.
(c) Форте

Это же что должно было случиться по всей сказке, что в пределах досягаемости не оказалось ни одного знакомого фейри, дабы составить компанию ей и ее фантастической способности превращать любой выход из дома в фарс?
(c) Персефона

Она никогда не делилась своим прошлым, мужчина даже за эти полгода вряд ли смог узнать хоть что-то стоящее, помимо возможности ящерицы находить неприятности на свою аппетитную задницу.
(c) Рене

Это же что должно было случиться по всей сказке, что в пределах досягаемости не оказалось ни одного знакомого фейри, дабы составить компанию ей и ее фантастической способности превращать любой выход из дома в фарс?
(c) Персефона

Ему замечательно спалось в канаве, учитывая, что в тот момент он был куда ближе к свинье, нежели единорогу, а то, что храп кому-то мешал — дык зря что ли изобретали такую замечательную вещь как беруши? И вообще это был не храп, а звуки прекрасной живой природы. Скотина он, в конце концов, иль где?
(c) Молот

Ротт не был бы самим собой, если бы так просто и безэмоционально забывал о долге и деле, которое умел и мог делать. А лучше всего ему удавалось то, что многие под прикрытием милосердия и некоего высшего блага не воспринимают всерьез: калечить, рубить, сражаться, умерщвлять и иным способом губительно воздействовать на внешний мир.
(c) К. Д. Ротт

Звали этого маститого мясного голема Дарий и, если Ротту не изменяла память, массивный и практически неподъемный меч за спиной у этого человеческого выброса применялся тем весьма часто. А это значило, что пользоваться он им, как минимум, умеет. И, конечно же, Бешеному Псу хотелось проверить сей тезис на собственной шкуре, а заодно и испытать бывшего сопартийца по гильдии на предмет личностного роста, и степени прогресса боевых навыков.
(c) К. Д. Ротт

В вечернее время в Сказке всегда начинает твориться всякое необъяснимое и жуткое непотребство. То за поворотом тебя тварь какая-то поджидает, то в тенях деревьев оживает что-то странное и не очень материальное, то ещё какая странность произойдёт.
(c) Дарий

Конечно многие посчитают странным то, что двадцатилетняя девушка приглашает детей в гости. Что такого интересного можно было найти в общении с детьми? Но Агнес — это несколько иной случай.
(c) Агнес

Вместо вытекающей крови — клубничное варенье. А вместо меня — каскадер, который сейчас встанет, отряхнется и пойдет дальше по своим делам.
(c) Джун Нин

Есть в этом что-то странное, полагаться на чужое зрение. Хотя оно как бы уже твоё собственное, но все равно это иная перспектива, ведь твои глаза всегда закрыты. Все сложно. Зато никогда не заблудишься. Ведь если смотришь на мир с высоты птичьего полета, всегда знаешь, куда приведет тот или иной поворот.
(c) Стрикс

путеводитель сюжет нужные гостевая правила о мире роли магия расы внешности
❖ Книжный клуб «Вавилон» приглашает на работу Вещую Птицу. Оплата обсуждаема.
❖ Глава гильдии стражи Тень пропал. Незадолго после этого был найден труп Лидии, главы отдела разведки.
❖ Неизвестный Ы. предлагает купить трусы главы гильдии Границы за бешеные деньги. Писать на общий винг! (подробнее...)
Октябрь года Лютых Лун
❖ Аномальная жара и два солнца никуда не делись. В Сказке очень жарко.
❖ В Сказке вновь объявились Вещие Птицы. Внешне они абсолютно неотличимы от обычных птиц, однако они разумны. Они предлагают любому обывателю ответы на любые вопросы, если обыватель разгадает их загадку.
❖ В Сказке настолько жарко, что даже Яга и Зверь не хотят ничего делать в этом месяце. Однако знающие умы говорят - это лишь затишье перед бурей, расслабляться никак нельзя.

Dark Tale

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Dark Tale » Незавершённые эпизоды » [12.05 УЗ] Captive Audience


[12.05 УЗ] Captive Audience

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

CAPTIVE AUDIENCE

12.05 года Убывающей Звезды (ночь)

Радужный Город

Окари, Джин

https://i.pinimg.com/originals/f5/6b/bc/f56bbc7f1f32f2cac1eb68b2433cdf5f.jpg

ПРЕДИСЛОВИЕ

Художник не может творить без музы и вдохновения.
Иногда и то, и другое можно найти самым неожиданным способом.

Свобода Воли: да.

+1

2

Бесшумной и бестелесной поступью, едва ли тревожа хоть былинку на земле, призрачная дева скользила по улицам города, как всегда не ведая покоя, и в пустоте ее сердца не было ничего, кроме как притаившейся там, где-то на дне тихой ненависти к чему-то, что едва ли возможно сформулировать словами. Призрак остановилась, будто встретилась на ее пути невидимая преграда, и так она простояла не одну минуту, обводя взглядом не столько спящий, сколько притаившийся в диком ужасе город. Страх его казался почти материальным, словно каждое здание, лавочка, фонарь надрывно кричали, звали на помощь, так остро нуждались в протянутой руке, чтобы их укрыли, спасли от взора...
Чьего?
Их отчаяние и страх не принадлежат ей. Она - случайный гость. Она скоро уйдет и никогда не вернется. Наверное. Нет?
В мире Сказки всё перетекало и пересыпалось, будто мелкий песок в руках лукавого ветра, и сами собой появлялись города, сами собой они исчезали, пожалуй, лишь Валден был незыблем и относительно постоянен, меняясь сутью, но не исчезая с глаз, будто развеянный мираж. Должно быть, этот город тоже был подобной бабочкой-однодневкой, а может быть и нажил себе небольшую историю - Окари не ведала, оказавшись в этих землях впервые. В своих скитаниях едва ли она помнила, едва ли знала, куда идет - неспешно, вдумчиво, но неостановимо, задерживаясь в одном месте так редко и обязательно ненадолго, будто сама суть ее отныне принадлежала к чему-то дикому, мятежному, ищущему.
Это место было из тех немногих, что заставляло обратить на себя и взор призрака - недоуменный, отчужденный, но ведомый холодным любопытством. Будучи не в силах что-то испытывать, окромя настолько ярких чувств, что они ушли за ней в посмертье, она не ведала страха и могла бы с равнодушной пустотой взглянуть прямо в глаза самого страшного монстра, встреться он на ее пути.
В этом городе пахло кровью и страхом, будто смерть частенько забредала сюда в гости, и эта аура не могла не манить ее к себе, будто мотылька на свет. Ее руки, сквозь которые сейчас виднеется ночь, тоже были в крови, и было что-то странным в том, когда она убивала - не деяниями, будучи не в силах прикоснуться к своей жертве, но словами, опутывая ее будто паук в свои сети из лжи и обмана. Что-то странным... Будто сожаление, раскаяние, чувство вины. Но желала ли призрак обратить время вспять, глядя на итоги своих деяний?.. Едва ли.
И так шла она, продолжая свою бессмысленную прогулку в темноте и одиночестве. Улицы были безмолвны, окна чернели темнотой, и некому было обратить свое внимание на незваную гостью. [icon]https://sun9-63.userapi.com/c205620/v205620334/df099/ByXWH-ONNoM.jpg[/icon][status]Бу.[/status]
Некому ли?
Постепенно, шаг за шагом, она проникалась чем-то сродни симпатии к этому месту. Оно страдало. Оно умыто кровью, и едва ли способно найти утешение и покой.
Так много общего между этим городом и ей самой... Быть может, это место создано для нее? Быть может, это отражение ее сути, и теперь она - сердце города?
В мире Сказки всё было возможным. Окари продолжала идти и идти.

+2

3

Раз-два-три-четыре.

Джин считал шаги, неспешно вышагивая по мостовой города, спящего в беспокойном, охваченном кошмарами сне. Каблуки его высоких сапог негромко отбивали ему одному известный ритм, эхом разносящийся над пустынной в это время улицей. Ночь вступила в свои права, укрыв город безмолвным покрывалом ужаса. О, это сладкое осознание, что это все - именно твоих рук дело, твоя заслуга! Нагонять панику, сеять ужас в их сердцах, впитывать его, как губка и получать ни с чем несравнимое удовольствие... По коже пробежали мурашки, и мужчина на мгновение замедлился, прикрыв глаза и глубоко вздохнув. Признаться, он слегка нервничал перед своим выступлением, но без этого никуда.

Два-два-три-четыре.

Город спал, спали жители, попрятавшись в своих домах, словно пугливые крысы в норах. Ни единой живой души, ни одного намека на жизнь. Не горел в окнах свет, лишь фонари тускло мерцали то тут, то там, скудно освещая узкие улочки своим бледным светом. Кожа мужчины казалась неестественно бледной, словно у мертвеца... Или это была не кожа? Фонарь выхватил гладкий череп с проступающими рогами - жуткая гротескная маска украшала голову человека, рискнувшего нарушить ночной покой. В руках творца его очередное творение, один из лучших шедевров на его взгляд, достойный того, чтобы быть на самом видном месте. Поэтому Хада направлялся прямиком к центральной площади, где с первыми лучами солнца снова зародится жизнь. Центр площади украшал фонтан, ныне не работающий, однако не утративший своей красоты. Мрамор, из которого была высечена фигура, немного потрескался от времени. Это нисколько его не портило, скорее придавало некий шарм. Джин провел кончиками пальцев по неживому каменному лицу, слепо глядящему куда-то за его плечо. Его всегда влекла красота, застывшая в безвременье. Труд художника не прост, но работа скульптора достойна отдельного восхищения. Каким талантом нужно обладать, чтобы превратить бесчувственный грубый кусок камня в шедевр, трогающий до глубины души!

Раз-два...

Маэстро опустился на колено перед статуей, осторожно положив мешок с чем-то внутри на бортик фонтана. Затем раскрыл его и достал человеческую голову. Светлые волосы длинными локонами струились между пальцев, обрамляя безымянное лицо. Нельзя было сказать, кому оно принадлежало - настолько сильно изменил он его. Ни глаз, ни рта, ни носа нельзя было рассмотреть, вместо этого на лице распустились прекрасные цветы. Джин полностью перешил кожу, собрав по кусочкам, по стежкам расписав скучную физиономию, которой даже не помнил уже, настолько блеклой и невзрачной она оказалась. Но волосы... Хада поднес голову к лицу и вдохнул запах. Волосы пахли медом и лавандой, шелковистые и очень приятные на ощупь. Они отлично вписывались в созданную им композицию, уж намного лучше, чем раньше!

- Они буду рыдать, когда найдут тебя, - благоговейно прошептал мужчина, устраивая голову на протянутых руках статуи. Поднялся, делая пару шагов назад и выдыхая через нос, сдергивая мешающую маску. Сердце сжалось, забилось часто-часто от того самого чувства, которому он никогда не мог найти описания. - Прекрасно... Как же прекрасно... - шептал он, будто в бреду, жадно скользя взглядом по постановке. - Ты заслуживаешь только такого конца. Пойми, - ладонь невесомо огладила изуродованное "цветочное" лицо. - Твоя жизнь все равно была бессмысленной. Теперь же ты обретешь свое признание...

Внимание привлекло внезапное движение со стороны противоположной улицы, и Хада поднял взор. Шепот моментально оказался в левой руке, а тело напряглось в струну. Бледноватая полупрозрачная фигура... Неужели снова приступ?

+2

4

На этих улицах ее ненависть присмирела, покорно улеглась, закрыла глаза, утихла, перестав терзать и грызть. В объятиях городка, пропитанного смертью и страданиями, она была словно рыба в воде. Как давно ее губ не касалась робкая и спокойная улыбка? Как давно ее взгляд не глядел с потаенным любопытством? Это не было глотком жизни ни в каком отношении, да и какую жизнь может подарить смерть?.. Но этот город, испуганный и напряженный, будто под дулом охотника забившийся в угол дикий зверь, не способный куда-то убежать, дарил ей нечто большее - понимание. Она была не одинока, и каждого человека в этом месте, хотел он того или нет, связывала с призраком тончайшая, будто паутинка, нить утраты, горечи, сожаления...
Ни единого воспоминания о своем прошлом в ее мыслях не было, но то, что переживала она в муках до смерти, стало подобным рефлексу, неосознанному движению и мотиву. Какая жалость, что она больше не дышит. Окари многое бы отдала за то, чтобы впустить этот воздух в себя, стать с ним чем-то единым. Позволить ему пропитать свою кровь...
Призрачная дева останавливается вновь, прикрыв глаза. Тихое пение - кажется, колыбельная, - зародившись где-то внутри, теперь обволакивает ее, стелясь вокруг. Она не помнит песни, не помнит и того, откуда эта песня живет в ней, и поет без слов, добавляя лишь ужаса и священного трепета истерзанному неведомой бедой городу.
Ей хорошо.

И так в своем умиротворенном шествии она добирается до мертвого фонтана на площади, издалека видя такую же беспокойную одиночку, как и она, лишенную смысла затаиться дома или где-то в укрытии. Она почувствовала укол ревности, словно город ей изменяет, ведь невдомек было призрачной деве, что как раз этот человек и оросил кровью улицы, посеяв террором страх среди всего живого.
Она сделала шаг, исчезла, мгновенно появившись намного ближе, и спустя шаг телепортировалась снова - казалось, глаз не способен зафиксировать ее перемещение, настолько быстро происходили эти рывки. Она замерла перед человеком в рогатой маске, но взгляд ее надолго не задержался на этом лике - сделав шаг вперед и пройдя сквозь одиночку, Окари воззрилась на итоги его рук. Помолчала, разглядывая долго и вдумчиво. И задумчиво проговорила, обращаясь не то в пустоту, не то к Творцу.
- Лотос. Цветок чистоты, не запятнанный рождением из грязи, и, говорят, растущий на границе меж жизнью и смертью.
Заинтересованная, она подплыла вплотную к тому, что некогда было головой, а теперь куда больше походило на цветочную корзинку, вазу... [status]Бу.[/status][icon]https://sun9-63.userapi.com/c205620/v205620334/df099/ByXWH-ONNoM.jpg[/icon]
- Говорят, что тот, - ровным голосом, вообще не интересуясь тем, слушает ли кто ее, продолжала говорить призрак, словно нуждалась в этом просто для себя, - кто сорвет цветок на той границе, сможет вернуться назад и начать всё с чистого листа, а все грехи его будут прощены и забыты. Это не совсем жизнь, ибо ты пройдешь через смерть... Но и не смерть, ведь живые будут видеть в тебе равного, - глухо закончила она, словно задела что-то больное в своей душе. И лишь теперь обернулась на человека (?) в маске. По крайней мере, она была уверена в том, что он не призрак. Почти уверена.
Призрачная дева клонила голову набок, что сейчас почему смотрелось с толикой лукавства, и уставилась в глазницы маски.
- Живые порицают, если кого-то из них умертвить, - почему-то призрак посчитала своим долгом это сообщить и продолжила, обведя взглядом город вокруг, - Это сделал ты?

+4

5

Фигура тоже заметила его. Джин, не моргая, следил за тем, как она приближалась к нему, исчезая на мгновение и снова появляясь в воздухе, с каждым разом все ближе и ближе. Что-то нечеловеческое было в этой бледноте, что-то леденящее душу, но страха он не испытывал. Хада давно разучился бояться, он уже и не смог бы точно описать, что представляет из себя это чувство. По спине пробежались мурашки, волосы на затылке зашевелились от осознания того, что перед ним потустороннее существо. Призрак, самый настоящий призрак, леди без плоти и кожи. Сквозь ее блеклый образ расплывчато виднелась противоположная улица. Откуда здесь эта неупокоенная душа? Неужели она одна из тех, кто стал творением его рук?

Джин присмотрелся к безэмоциональному холодному лицу, но оно расплывалось перед взором, плыло, оставаясь бесформенным пятном. Тряхнул головой, выдохнул неровно, опустив глаза на статую. Он не узнал бы ее лицо, будь они знакомы хоть всю жизнь. Он никогда не помнит лиц, никогда не запомнит их, даже если очень постарается. Даже если обвесит комнату свою фотографиями - на него будут смотреть зияющие дыры вместо лиц, пугающие, голодные.

Призрака привлекло его творение. Потрошитель озадаченно проследил за ее взглядом, пока девушка рассматривала цветочное лицо. А потом тишину нарушил ее голос, и было в этом голосе что-то надрывно чудесное, отдающее запахом могильного праха и формалина, словно сама Смерть говорила с ним голосами упокоенных жертв. Он до последнего надеялся, что это очередная галлюцинация, игра воспаленного больного разума, но все догадки развеялись с чужими словами. Она говорила о лотосе - цветы, в которые Джин превратил чужое лицо. Его символ, его любимое растение, символизирующее слишком многое, чтобы объяснить в двух словах. Рождение и смерть. Прошлое, настоящее и будущее, потому что лотос имеет семена, цветы и бутоны одновременно.

Хада ощутил легкий трепет, некое новое чувство, которое сравнимо было с приливом нового вдохновения. О, как близки были ему ее слова, как много они значили! Словно она читала его мысли, его образ жизни, его самую суть.

— Живые порицают, если кого-то из них умертвить. Это сделал ты?

Он сдернул маску и прижал к груди, во все глаза - точнее, глаз! - глядя на таинственную незнакомку, своей речью затронувшую что-то глубоко внутри. Будто провел кто незримой рукою по струнам, коснулся едва-едва, вызвав первый робкий звук.

- О-о-о... - протянул он, не сводя с нее очарованного взора, каким художник смотрит на нечто прекрасное и вдохновляющее. Поднял ладонь, но та прошла сквозь призрака, не встретив никакого сопротивления, лишь холодок едва ощутимо облизнул сухую кожу. - Да, - ответил, помолчав немного. - Но я не убивал никого из них. Убивает само действо, - последнее слово прозвучало с каким-то особым выражением, понятным только одному художнику. - Я превращаю их в совершенные картины, в произведения искусства, в нечто такое, чем им никогда не стать при жизни. Посмотри, - он тронул один из лепестков на чужом лице. - Разве она не прекрасна? Ее скучное лицо никогда не привлекло бы ничьего внимания, но завтра... - Джин отвернулся от фонтана, встав лицом к улице и раскинув руки в стороны, словно пытался обнять этот город. - Они увидят ее завтра такой, какой она и должна быть! Искусство должно потрясать, должно трогать до глубины души, вытаскивать наружу все потаенные чувства... - он прервал свой монолог и снова повернулся к призраку, наклонив голову на бок. Ее лицо наконец смогло сформироваться в четкую картинку в его сознании. - Что же здесь делаешь ты, о дивный мираж?

+2

6

Теперь она смотрела на его лицо, далекое от демонических очертаний равнодушной маски, и во взгляде единственного живого глаза ей мерещилось нечто странное, едва ли знакомое - возможно, позабытое... Когда в последний раз кто-то смотрел на призрака вот так, без животного ужаса, без угрюмых подозрений, но с трепетом, сравнимым лишь с восторгом от божественного снисхождения?.. Призрак, удовлетворив свое любопытство творением, теперь пристально, не мигая, смотрела на творца, испытывая то, что можно сравнить с удивлением. Живые казались непонятными, нелогичными, странными. Их мотивы были туманны и зачастую трудно объяснимы для призрака, ведь Окари уже не помнила, что значит быть живой, и, возможно, позабыла о собственном существовании в момент самой смерти, чтобы потом будто бы заново родиться, начать с чистого листа...
Много ли чего появилось на этом листе за всё время?
Неважно. Речь не о ней. Она просто тень, не знающая, зачем существует, и если в момент тоски живое существо способно сбежать от реальности напившись, либо уснув, то Окари была обречена бодрствовать каждый миг, каждую секунду, и не было ни единого шанса убежать от самой себя. От загадочного мрака в ее памяти, из пустоты (пустоты ли?..) которого скалился загадочный зверь, чудовище, монстр.
Монстр... Не им ли она стала теперь? Этот человек, должно быть, изгой среди своих. Преступник. Убийца. Но вот он рядом с ней и не боится, напротив, как будто тянется. Как будто пытается утешиться ее обществом, найти... понимание? Сбежать от одиночества?..
- Как странно, что живого влечет к смерти, - выдохнула призрак, непроизвольно вытянув руку навстречу, будто желая коснуться в ответ, но едва ли способны соприкоснуться их миры, являющиеся и отражением, и продолжением друг для друга. Насколько бы загадочным ни выглядело происходящее и ее новая компания, Окари сейчас отчетливо понимала, что хочет задержаться. Остаться на неопределенное время. Пропитать своей призрачной сутью общество человека, посмотрев, не отравится ли он ядом компании не-живой. - Чувствуешь ли ты себя Богом, плетя узор из чужой жизни? - шепчет призрак. - Чувствуешь ли ты трепет, глядя в глаза той, что послужит тебе материалом? Говори же, говори, - призрачная дева, казалось, молит о том, чтобы он не смел молчать, не смел останавливаться в речах. Она будто ослепшая, которая до этого беззащитно странствовала по миру, а теперь встретила поводыря.
Он говорил о том, чего призрак была лишена, и говорил столь живо, эмоционально и глубоко, что ей казалось - она чувствует. Она почти настоящая. Она почти...
Призрак отчетливо томно выдохнула, пусть едва ли ее оболочка нуждалась в подобном. Порой у тела - у того, что выглядело как тело - просыпались как будто старые привычки, сейчас не приносящие ни единого смысла. Дышать, моргать... Иногда ей думалось о том, что не хватает снов. Пищи, воды. Удовлетворения самых низших, жизненно необходимых потребностей, лишившись которых не воспринимаешь себя чем-то настоящим. Она даже была бы рада испытать боль от какого-то увечья.
Боль - сигнал о том, что ты еще жив.
Кажется, она нашла свой дом.
- Кажется... - это странно. Чувства не вернулись, но она словно опьяненная, пусть и способна мыслить здраво, насколько это вообще доступно призраку. - Я искала тебя, - ее голос звучит потерянно? Невозможно. Будто позабыв о том, кем является, призрак вновь тянется рукой к незнакомцу, не сводя с него глаз. - Ты пытаешься говорить с ними, но они глухи. Ты пытаешься показать им, но они слепы. Но я слышу тебя. Я вижу.

+1


Вы здесь » Dark Tale » Незавершённые эпизоды » [12.05 УЗ] Captive Audience


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC